Как раздать долги - Болдырева Ольга Михайловна - Страница 61

— Почему так много? — Не останавливаясь императрица спускалась по винтовой лестнице.

— Ваше величество, нам это неизвестно.

— Да, конечно, — согласилась она, понимая, что рыцари просто выполняли приказ. — Как сопроводите меня, можете навестить своего товарища. Передайте мою благодарность и пожелания скорейшего выздоровления.

В подвалах, к невероятному облегчению Хелены, было прохладно. Даже факелы на стенах с зеленоватым магическим пламенем — заслуга магов Габриэля — не давали жара и не чадили. Она в сопровождении рыцарей быстро прошла по коридору мимо пустующих камер. Легкие шаги по каменным плитам пола отдавались тревожным эхом. Впрочем, без постояльцев долго камерам стоять не придется, это понимали все, а Хелена — особенно хорошо. Императрица отнюдь не была глупа или наивна и знала, что одного желания все изменить к лучшему не хватит. Потребуется достаточно времени и усилий, и конечно же найдутся недовольные.

И тогда ее рука не должна дрогнуть, подписывая приговоры.

— Ну, как тут, Радек? — звонко спросила она, когда старший рыцарь распахнул двери перед Хеленой и вместе с другом остался стоять за ними. — Надо же…

Первым женщина увидела архиепископа и замерла, потому что вместо доброго друга перед ней стоял высохший старик с холодными темными глазами. И в руках он держал клетку с большим серым котом. А на столе для допросов перед ним лежали сплавленные в неопрятный комок ошейники, некогда обрекающие магов на смерть. Окружающие старика рыцари не раздумывая направили мечи на беззащитную женщину, ничуть не стесняясь того, что та была их императрицей.

Бежать было некуда.

Впрочем, Хелена и не собиралась.

— Доброй ночи, почтенный Зуллар, — вежливо поприветствовала она старика. — Вижу, вы заскучали на пенсии?

— Империя разваливается на куски. Я не мог наблюдать за этим со стороны. — Старик покачал головой.

Удержаться не получилось:

— Решили поучаствовать в развале? — звонко рассмеялась Хелена, но через секунду снова стала собранной. — Благодарю, но мы бы неплохо справились и без вашего вмешательства.

— В тебе всегда было мало от отца, Хелена. Однако, как это ни прискорбно, вы оказались сходны в своих ошибках. Заключить мир с Тьмой! Сделать это, — тут старик потряс клеткой, — омерзительное существо архиепископом! Светлейший князь Габриэль вам за это лично пятки поджарит!

Хелена закашлялась. Почему-то она сомневалась, что Габриэля прельстит перспектива заняться пытками, а уж тем более жарить кому бы то ни было пятки.

— Ты не спрашиваешь, почему я здесь и что собираюсь делать. — Кажется, Зуллару, как и любому непорядочному злодею, хотелось покрасоваться.

— Это очевидно, — пожала плечами императрица и переступила с ноги на ногу.

Незаметно распустить тугую шнуровку на халате оказалось не так просто, но она справилась с этим и, почувствовав, что сможет передвигаться более свободно, позволила себе немного расслабиться.

— Диверсия на стройке академии ваших рук дело, вы же специально подставились, чтобы убрать неугодных вам лиц, в число которых вхожу, как можно заметить, я. Понимаете, что как только мои друзья и друзья Радека узнают о нашей судьбе, вы не проживете ни одной лишней минуты?

— Светлейший князь на нашей стороне!

— Княгиня, — привычно поправила Хелена.

Несмотря на пару явлений Габриэль своим подданным, большая часть их с упорством… (ну-у, даже непонятно кого, ибо ослиное упрямство и рядом не стояло) продолжала верить, что у них именно Светлый князь. Мужского пола, и никак иначе. И ничего поделать с этим было нельзя.

Не казнить же за невежественность?

— И еще, — улыбнулась императрица за миг до того, как Зуллар отдал приказ своим рыцарям, — вы забыли об одной немаловажной детали.

— О чем же? — Кривая ухмылка бывшего архиепископа говорила скорее о предынсультном состоянии последнего, нежели о его торжестве.

Льняная ткань рубашки с оглушительным треском разошлась сбоку, когда Хелена специально наступила на подол.

— Меня превосходно обучили убивать!

В следующий момент Хелена поднырнула под меч крайнего рыцаря и основанием ладони ударила мужчину по подбородку вверх. Его голова запрокинулась, послышался неприятный хруст. Выхватывать оружие из ослабевших рук Хелена не стала. В небольшом подвале оно могло помешать. И не настолько хорошо женщина умела обращаться с мечом. Развернулась, присев и пропустив над головой лезвие, пнула другого рыцаря по ноге. И когда тот согнулся от боли, резким движением вытянула у него из ножен кинжал. А натолкнулся носом на колено императрицы он исключительно самостоятельно. Его друг рубанул своим полуторным мечом, словно собирался колоть дрова. От неловкого замаха Хелена легко увернулась, и через мгновение кинжал чиркнул по горлу мужчины, нарисовав на нем второй рот.

У нее было неоспоримое преимущество: само помещение для допросов, где Зуллар решил устроить ловушку. Рыцари-ренегаты в столь малой комнате могли сразу нападать лишь по двое, остальные же напирали на спины товарищей, мешая им. Навались они в просторном зале всем скопом, с императрицей было бы покончено за первые же секунды боя. Но сейчас Хелена чувствовала себя вполне уверенно. Она метнула кинжал в архиепископа, который, забившись в угол, решил расправиться хотя бы с Радеком, а затем кинула в рыцарей стулом. Его встретил удар меча, но несколько секунд Хелена выиграла. Оттолкнувшись руками от стола, она прыгнула через него к стене, в последний момент избежав встречи с метательными ножами. Краем глаза заметила, что клетка с другом оказалась отброшенной в сторону, а старик баюкал раненую кисть. Хелена судорожно выдохнула, понимая, что сил осталось не так много. Нужно было быстрее заканчивать. И за те мгновения, что нападавшие преодолевали разделившее их расстояние, Хелена, опираясь локтями о холодный камень пола, с силой толкнулась ногами в стол, роняя дубовую махину на приблизившихся рыцарей.

Времени оценивать обстановку уже не было, и императрица кинулась на предателей. Сбила одного с ног и, разворачиваясь к последнему, поняла, что ее все-таки зацепили. Левый бок пронзило болью: она прокатилась обжигающей волной по всему телу, сделав его ватным и непослушным. Перед глазами все поплыло, и Хелена, не устояв, упала под ноги рыцарю.

Зажмуриваться не стала, посмотрев прямо на молодого светловолосого мужчину. И в этот момент императрица надеялась не на чудо, а всего лишь на то, что ей удалось сохранить лицо и не показать, как на самом деле ей было обидно и больно.

Но чудо произошло. И в следующую секунду рыцарь осыпался на пол разноцветными блестками.

— Чуть не опоздала. Прости! — Габриэль была бледна и смотрела на Хелену круглыми от страха глазами. — Можешь потерпеть? — Дождавшись кивка, Светлая княгиня повернулась к бывшему архиепископу.

Зуллар уже понял, что проиграл, поэтому ограничился только презрительным плевком в сторону Габриэль.

— Я могла бы попытаться объяснить и доказать, что действительно являюсь Светом, — произнесла девушка почти шепотом, — могла бы, но не хочу тратить время. Ты не достоин того, чтобы увидеть и понять.

Она вытянула вперед руку и резко сжала кулак. Сила, подчинившись княгине, покорно развеяла старика. Габриэль перевела дыхание и кинулась к Хелене.

— Сейчас вылечу, а потом освободим Радека. Кажется, обошлось.

— За дверью еще двое, уже наверняка убежали…

Габриэль рассмеялась:

— Нет, парни обездвижены и готовы к допросу. Только в подарочную обертку не успела упаковать.

Она дотронулась маленькой ладошкой до раны, посылая теплый импульс. Хелене стало тепло и очень хорошо, словно бы на секунду она перестала ощущать себя, а когда все чувства вернулись, больше ничего не болело. Держась за руку Габриэль, императрица неловко поднялась с пола и, не стесняясь Радека, задрала рубаху, надеясь, что молодого архиепископа не сильно смутит ее белье. В конце концов, путешествуя бок о бок по Черным землям, им приходилось мириться и не с такими ситуациями. Кожа на месте, где совсем недавно была смертельная рана, сильно покраснела. Ее обрамляла корочка запекшейся крови. Приложив руку, Хелена ощутила под пальцами неприятный жар, будто бы у нее резко поднялась температура.