Барон - Крабов Вадим - Страница 77

— Да, да, — с готовностью зашепелявил он, — меня скоро отпустят! Правда?

— Истинная правда! Вит'хар, — громко обратился я к Витару, — отпусти его! — и покосился на кинжал на полу.

— Отпускаю, мой господин! — ответил Витар и склонился над графом, — зря ты ударил мою любимую, — прошептал он ему в ухо и с силой вонзил кинжал в сердце.

Рон прижал окончательно обалдевшую Асмильду лицом к своей широкой груди.

— Открывай портал, — сказал я Агнару, а сам внимательно наблюдал за аурой Фомиса. Душу не увидел, аура просто погасла. Все. Умер. Слава богу, он не оказался чернокнижником. А вот второй…

Сзади полыхнуло силой.

— Пошли, Егор, — раздался негромкий голос Рона.

— Витар, хватаем этого, — я показал на бессознательного телохранителя, — идем.

Асмильду вел Рон. Её губы тихо шептали: "Да кто вы такие…". Последним в портал зашел Агнар, и он успел почувствовать колебания силы за дверью. Все-таки решились выбивать…

В офисе принцесса застыла, едва увидев звездное небо. Мы не стали выводить её из транса. Стащили охранника с портального куба, хорошенько связали и оставили лежать лицом вверх. Никому неохота было с ним оставаться, все устали и хотели домой. В портал Асмильду просто занесли.

На том совещании, сразу после замужества Асмильды, Ангар рассказал все, что знал про графа Гранданского. Знал он не много: подозревается в покровительстве пиратов и контрабандистов. Основная территория — архипелаг Грандан, но столица, Пирена — порт на континенте, в ней имеется и телепорт. Вот собственно и все.

На разведку отправился Рон. Он портанулся прямо из руин в Смигул. Никто ничего не заподозрил. Оттуда, честно заплатив, в Пирену. Там пришлось задержаться на двое суток. Графа с женой во дворце не было, но оказалось, что Асмильда у Фомиса не первая, и предыдущую жену он держал на острове Дымном, там оказалась вилла с порталом. Да и сам он вел дела большей частью оттуда.

Координаты портала узнать не удалось и Рону пришлось нанимать корабль туда.

Лизу я оставил дома волевым решением, вместе с Агной. Хоть один маг должен оставаться в замке.

— Лиона, ты сама напросилась, так ответь, чем ты можешь нам помочь? В магии ты слаба, — спросил я у неё.

— Егор, поверь, это вы мне помогать станете.

— Богиня?

Лиона неохотно кивнула:

— Внешний вид, манеры, легкое внушение — и никаких проблем с охраной у нас не будет. Нет, это не подчинение, — ответила на невысказанный вопрос, — это…

— Гипноз? — подсказал я. Было такое слово в иверском языке.

— Вроде того.

— Хорошо, это и обыграем.

В Пирену мы прибыли прямо из офиса, а на корабле Лиона сразу доказала свою полезность.

Рон зафрахтовал судно до города Медузы, но при общении с капитаном, Лиона выяснила, что до "Тихой Гавани", виллы графа, гораздо ближе из поселка с неофициальным названием "Пиратский", туда и поменяли курс. Капитан чуть ли не ел с её рук! Он и сам оказался и пиратом, и контрабандистом, и многое нам рассказал о графе. Витар, услышав эти рассказы, стал еще холоднее. Да и нас они простимулировали в нужную сторону, исчезли всякие сомнения о дальнейшей судьбе нынешнего мужа принцессы. Какой развод! Только вдова.

Переспать с женой покойный граф так и не успел. Он вернулся накануне нашего визита и затребовал жену к себе. Асмильда пришла. Слово за слово и Фомис в возбуждении рвет на жене платье. Ему нравилось насиловать, так он считал было "слаще", но, как говорится, не на ту нарвался: Асмильда исхитрилась и так схватила его рукой за яйца, что чуть не вырвала. Как он взвыл! Теперь было не до первой брачной ночи, он просто её избивал. Принцесса очень рисковала, но убежденность в скором спасении придавала ей наглости.

Граф успокоился, когда Асмильда потеряла сознание. Ничего, она еще у него поплачет, а пока пусть в подвале охладится, на дыбу посмотрит.

Вот, собственно, и все.

В замке, в своей комнате, Витар быстро успокоил любимую и объяснил все несуразности нашего поведения. Она, естественно, поверила Витару, спасшему её дважды. И узнала о смерти отца, муж не удосужился рассказать об этом. Разревелась, неожиданно для себя. Вроде ненавидела его, ан нет, отец есть отец. Потом поклялась Витару "именем Спасителя", что не расскажет никому о портале и вообще, стала смотреть на нас, стихийников, еще более уважительно.

Легализовали мы её просто: Лиза телепортировалась в Смигул, а оттуда, загоняя лошадей, загримированная под Асмильду прискакала к нам и упала в объятия Витара на той стороне моста. В замок Витар занес её на руках под восторженный рев быстро собравшихся зевак.

— А Витар покрепче тебя будет, — дразнила она меня потом, — а как он целуется!

Лиона заглянула в память графского телохранителя:

Тот амулет он получил из рук Фомиса, а тот в свою очередь от жреца Неназываемого на одной из встреч. Речь на встрече шла о поставках "звездной пыли" в обход герцога Гровса. Это был как гром среди ясного неба. Герцог — наркоторговец? В голове не укладывалось. Чего ему не хватало? Или это политика? Тогда я её совсем не понимаю. У человека просто поехала крыша от власти, по моему недалекому разумению.

Этот амулет был новой разработкой черных, спровоцированный, кстати, нашими "антидемонскими" амулетами. Это со слов того жреца. Нашим он уступал в эффективности, зато ни капли не "пах". Такое свойство было достигнуто оригинальным "замкнутым" узором. Не древние плетение, но и не модульное. Агнар очень заинтересовался.

После встречи, Фомис поспешил избавиться от амулета — не доверял он своим покупателям ни на йоту, подарил его своему верному телохранителю. А ведь графу амулет от чистого сердца подарили, так сказать с намеком, мол, не будем на тебя воздействовать. Такие вот у них законы на черном рынке.

Кто же герцога грохнул? Тайна сия великая есть. Асмильде, разумеется, ничего не сказали. А охранника Рон проводил на крышу башни и оставил там без пропуска обратно. Предоставил шанс выйти из руин или людей встретить. Пусть попробует, может, осознает что-нибудь. Человеком он гнилым оказался, но без крови на руках.

— Ханжеская казнь, — буркнул я и попал впросак.

— Отсроченная, с шансом на спасение, — поправил Агнар вполне серьезно, — ему и продуктов и оружие дали.

— А если про нас расскажет?

— Кто ж ему поверит! И имен мы не называли, и помнит он исключительно руины, а как с побережья здесь оказался — ни-ни. Пускай. Одной легендой больше, одной меньше… да и вряд ли он дойдет. А жаль, я на него поставил.

— Меня называют наивным, но ты, Агнар… одним словом — романтик. Неисправимый. На языке вертится выражение покрепче, но я молчу — заметь и цени!

— Ценю, мой господин! И попрошу от работы не отлынивать!

Началось… 

Глава 18

В середине августа, в самый разгар рабочего дня Рон вызвал меня к себе в комендантскую. На улице было сыро, но что делать, пришлось идти. Он, видите ли, подойти не может, ждет важную встречу.

— Если сообщишь какую-нибудь ерунду, я за себя не ручаюсь, — заявил я с порога.

— Тебе понравится, — загадочно ответил друг и налил мне вина.

Ждать пришлось недолго. В дверь постучались, и на пороге возник самый заурядный молодой человек. На вид — мелкий чиновник или лавочник.

Разрослась Роновская служба, многих я и в глаза не видел. И результаты были: два пойманных Барматских шпиона и одна предотвращенная попытка отравления, заказанная из Волчка. Конкретней выяснить не удалось, Ярош свою причастность гневно отверг. Конечно, нас отравить практически невозможно, но факт есть факт. Теперь Рон пробует каждое блюдо, предназначенное Агне, и бьется над амулетом — детоксикатором, как я его назвал. Пригласил с этой целью одного очень известного алхимика и купил несколько уже существующих подобных амулетов. Его боязнь потерять ребенка граничит с манией, и я неоднократно говорил ему об этом. На что он резонно замечал: "Вот забеременеет твоя Лиза, тогда я на тебя посмотрю". Сама Агна к такой "заботе" относилась спокойно — снисходительно: "Чем бы дитя не тешилось".