Барон - Крабов Вадим - Страница 81

— Вот это масштабы у вас! О секрете и спрашивать не буду.

— И правильно сделаете.

"Вывернуть" отражение удалось. В самом конце августа после астрального "мозгового штурма".

Агнар собрал нас в астрале через неделю после "подсказки" Лизы на счет мозгов:

— Смотрите, вот "отражение", — развернулось большое разноцветное плетение, — обратите внимание на модули, лежащие на внутренней поверхности. Этот, этот и этот, свободные радикалы, как назвал их Егор, — у меня тогда всплыл в памяти рисунок из учебника химии, — они реагируют на возмущения маны, захватывают и разворачивают, отражают "волны" обратно. Казалось бы, разверни их и готово выворачивание, так не получается, возвращаются обратно. Они "чувствуют" друг друга исключительно в закрытом пространстве.

— Мои мысли такие: обратите внимание на заклинание черных из амулета телохранителя. Видите, как изящно выполнено "заворачивание" острых модулей внутрь. Сначала мы подумали плетение вовсе не модульное, но это не так, смотрите, модули прекрасно видны при увеличении, — мы уже поднаторели в изменении "рун" при активации и хорошо представляли обратный процесс. В отличие от наших новобранцев, которые смотрели во все глаза и ничего не понимали. Для них само астральное общение было внове, — примерно так я мыслю "обратное отражение", но с добавками радикалов наружу.

— И, наконец, надо обмануть радикалы, что бы они чувствовали друг друга в открытом пространстве. Опыт виртуальных аур здесь, я уверен, пригодится. Думайте. Жду в любое время.

На этом конференция распалась.

В итоге, двадцатого августа, конференцию созвали мы с Лизой. Я, как самый специалист в виртуальности, создал отличную обманку материального носителя на основе стихии разума, а Лиза красиво прилепила на неё радикалы. В теории должно было работать, но… не работало.

— Странно, — произнес Агнар, — теперь чего не хватает? Красиво получилось.

— Лиза постаралась, — подсказал я, — у меня всегда коряво выходит.

— Но работает, — вставил Рон.

Думали долго, несколько часов астрального времени. Раз за разом прогоняли нормальное и вывернутое заклинания, обстреливали их другими плетениями, а результат был всегда один: не отражает ману наружу, хоть ты тресни!

— Не отражает! — в сердцах воскликнул Витар, — эти демоновы радикалы в одну сторону ману направляют и не желают обратно! Чтоб им всем перевернуться!

— Стой! Повтори, что ты сказал, — заинтересовался я.

Витар повторил, слово в слово. Хорошая память.

— Агнар, а обязательно отражать? А если наоборот, поглощать ману, вот так, — я быстро развернул в вывернутом отражении радикалы обратно. Подумал и прокрутил их вокруг оси, зеркально оригинальному расположению. Мои девочки просчитывали операции с немыслимой скоростью, им только идеи подавай.

— Киньте кто-нибудь фаербол послабее.

Огненный шар медленно приблизился к пленке заклинания, коснулся её и быстро, практически мгновенно втянулся, а с внутренней стороны защиты заклубилась свободная манна огня. Я облегченно выдохнул:

— Господа, на вас задача сделать всестихийные поглотители или сброс лишней маны куда угодно, — важно произнес я, — а у меня извините, дела.

И пулей вылетел из астрала. Хватит, надо отдохнуть. Я буквально обливался потом.

Через неделю заклинание было готово. Снова получился прорыв в науке: не поддавались раньше заклинания обратному превращению в ману. Это как открытие отрицательной энтропии в земной физике — дело совершенно невозможное. 

Глава 19

Первое сентября начался как любой другой летний день, осень настала исключительно календарная. Люди, как обычно, трудились, занимались уборкой урожая, слухи о нападении чернокнижников затихли сами собой. Непрерывные учения нашей армии проходили с прохладцей, солдатам не верилось в реальность войны. Наиболее нетерпеливые воины поглядывали на меня со скрытой усмешкой, мол, пугал барон черными, а где они, сроки подошли.

А нас, стихийников, напрягала неизвестность и… общее успокоение. Больше всех беспокоился Рон. Он вчера мне признался, что с трудом засыпает, и снятся ему кошмары. Я посоветовал обратиться к Лионе, Рон обещал подумать. Совсем помешался от страха за ребенка, лечить пора.

В честь первого дня осени проходила традиционная ярмарка. Посадский рынок был забит товарами и людским столпотворением. Приехали артисты с балаганом. Народ сновал туда — сюда в хаотичном, казалось, движении. Ворота замка были открытыми и усиленный караул, прихоть барона, откровенно скучал, провожая взглядом знакомые лица.

Внимание старшего стражника, Миклоша, привлекла женщина, закутанная в летний дорожный плащ с глубоким капюшоном, закрывавшим почти все лицо. Незнакомая, но в тоже время кого-то напоминающая. Она уверенно пересекла ворота и двинулась вглубь замка.

— Стой, красавица, открой личико, — опомнился Миклош. Женщина не обратила внимания на выкрик стражника, — ребята, задержите её, — крикнул он и сам направился к прохожей.

Двое охранников встали перед женщиной. Она остановилась.

— Открой лицо, — потребовал пожилой стражник.

Женщина медленно подняла руку и откинула капюшон. Со спины Милош заметил длинные грязные волосы незнакомки и побледневшие лица товарищей, которые начали отступать от возобновившей движение женщины.

— Копья к бою, задержать её! — закричал старший стражник и ускорил шаг. Ему стало не по себе, и он сильнее вцепился в копье прямым боевым хватом. Оружие успокаивало.

А стражники меж тем продолжали отступать, выставив перед собой острия симбарских копий. Миклош обогнул женщину и обомлел: на него шла бледная как смерть Геля с совершенно пустыми, выцветшими глазами.

— Стоять! — заорал он, внутренне сжавшись, — держите её остриями, сучьи дети!

Он прекрасно помнил проклятие, присутствовал на свадьбе.

Геля уперлась в копья, но упорно продолжала движение. Из трех ран начала вытекать темная кровь. Стражники продолжали отступать, не решаясь ни убить её, ни схватить руками.

— Да стой ты, дура, умрешь же! Куда же ты прешь! Я буду вынужден тебя заколоть! — орал Милош что есть силы, больше для собственной храбрости.

Вокруг стали останавливаться прохожие, а из караулки удивленно выглянул начальник караула, десятник Кронис.

— Мне. Надо. К барону, — отрывисто произнесла женщина, не сбавив шага.

— А-а-а! — закричал Милош и упер древко копья в мостовую, — сама подыхай!

Геля с безразличием навалилась на наконечник. Захрустели разрываемые хрящи и из кровостока на лезвии, хлынула ярко-алая кровь.

— Призываю, — прохрипела умирающая женщина, повиснув на копье.

Внезапно она вытянулась в струнку, практически выгнувшись назад, рот, на резко постаревшем лице, широко открылся, и оттуда одновременно с предсмертным хрипом вылетело черное облако. Оно быстро сплющилось и закрутилось в большую плоскую воронку. Портал. Геля мешком свалилась на землю. Мертвой высохшей мумией.

— Тревога, — заорал начальник караула, — караул к оружию! Черный портал, сообщить по команде! Все на выход!

Тройка стражников, словно сбросив наваждение, отскочила назад:

— Бросить копья, арбалеты наизготовку, — скомандовал Милош и вовремя, из портала начали выходить воины.

Они были в легких кольчугах и шлемах, в темных удобных одеждах и что самое поразительное — они были безбородые, бритые.

— Огонь, — заорал Миклош и выстрелил первым.

Заполыхали выстрелы, в ответ вспыхнули защиты. Трехуровневые амулеты не смогли с первого раза пробить защиту воинов, а второй шанс стражникам не представился. Черные мгновенно ускорились и легко зарубили троих противников, пробив их защиты древними мечами.

Вслед за восемью бритыми воинами, из портала вышли двое бородатых людей со странными короткими жезлами в руках. Портал захлопнулся. Последний бородатый что-то скомандовал на непонятном языке и десятка быстро, почти размазавшись, побежала к особняку.