Певец Преданий - Лау Миллер - Страница 63

Да и думать о Туланне было все же приятнее, чем о собственных горестях. Так что Эффи лежала с открытыми глазами и вспоминала об императоре, когда увидела странную тень, крадущуюся мимо ее шатра. Силуэт, видневшийся за тонкой тканью палатки, лишь отдаленно напоминал человеческий. Эффи громко вздохнула. Она была благодарна судьбе за то, что видит лишь смутные очертания. Даже этого было вполне достаточно, чтобы девушку охватил ужас.

Тварь за стеной шатра перемещалась медленно и неслышно. Ее силуэт непрерывно подрагивал, словно фигура существа состояла из тысяч мельчайших частиц — наподобие роя насекомых, — находившихся в постоянном движении. Никогда прежде Эффи не видела ничего столь отталкивающего и гадкого. Тотчас же вспомнилось бледное лицо Талискера и гримаса отвращения, исказившая его лицо, когда он говорил о кораннидах.

Прошло немало времени, прежде чем Эффи осознала, что сидит на кровати, прижав ко рту край одеяла, и неотрывно взирает на стену шатра, за которой обретают реальность ее ночные кошмары. Кораннид завернул за угол и остановился напротив дверного проема. Эффи с трудом сдержала вскрик.

«Нет! Уходи... Уходи отсюда». Само собой, она не сказала этого вслух. Эффи старалась не дышать; ткань шатра внезапно показалась слишком тонкой, слишком непрочной. Она не двигалась и лишь в ужасе наблюдала, как кораннид неторопливо обходит ее шатер. Каким-то неведомым шестым чувством Эффи осознала: монстр здесь не один. Под покровом ночи твари вошли в мирный лагерь, и сон воинов скоро обратится адским кошмаром. Коранниды станут тенями своих жертв, заберут их тела. Эффи не знала, действительно ли она слышит вскрики, или это ее исполненное ужаса воображение рисует цепь безмолвных и жутких убийств.

Кораннид исчез, и Эффи нырнула под одеяло, рукавом стирая со щек холодные слезы. «А если бы эта тварь вошла в мой шатер?» — дрожа, подумала она. Ее накрыла новая волна ужаса.

Внезапно донесся придушенный крик. На этот раз — совершенно определенно. Ей не померещилось. Увы! Эффи ничего, ничегошеньки не могла поделать.

Ее последняя мысль была о Туланне. Эффи надеялась, что все в порядке, что император выживет. Что делать! Ей и впрямь нравился этот юный мерзавец...

«Я не смогу уснуть... Не смогу?»

Правда, когда Эффи провалилась в сон, ее кошмары были вовсе не о кораннидах. Девушке снились мертвые тела, распростертые на снегу.

Эффи бежала по лагерю, торопясь проведать Туланна. Ее разбудил тревожный перезвон колоколов, и девушка немедленно поняла, что ночные события не привиделись ей во сне.

Стояло ранее утро, и предрассветный туман плыл над озером, обвиваясь вокруг босых ног. Но Эффи не обращала внимания на сырость и холод. Единственная мысль прочно засела в голове и не давала покоя.

«Туланн...»

— Леди Морган! Эффи!

Она оглянулась. Впервые за все время пребывания в шоретском лагере кто-то, помимо Туланна, Алмасея и Рако, обратился к ней по имени. Все остальные обращались к ней уважительно, поскольку такова была их обязанность, однако настороженно. На сей раз Эффи окликнула женщина, которая спасла Рако и тана, принеся весть об атаке Зарруса. Она стояла у воды, наблюдая за мамонтами, которые принимали утреннюю ванну. Стадо пришло к лагерю часа через два после прибытия Фереби Везул. Шоретские воины собрались огромной толпой, дабы посмотреть на мамонтов, а в особенности — на белую особь. На своих спинах мамонты несли усталых и перепуганных женщин и детишек из южного города — Кармалы Сью. То была маленькая горстка выживших после нападения тварей Зарруса.

Эффи видела мамонтов лишь издали и все же успела понять, что они и впрямь огромных размеров. Достаточно было сравнить их с лошадьми. Она почла за лучшее не подходить ближе, а просто ответила:

— Ты — Фереби Везул, да?

Не далее как вчера Рако рассказывал Эффи о шоретской воительнице. Они вместе пили вино, и Рако взахлеб повествовал о своих приключениях. Не обошел он вниманием и Фереби — в том числе описал их совместный побег из Дурганти. Говоря о Фереби, Рако не мог сдержать восхищения; возможно, впервые между шоретом и феином зародились столь теплые, дружеские отношения. Теперь Эффи увидела Фереби вблизи, и ей оказалось трудно соотнести описания Рако с этой маленькой, хрупкой девушкой. Она ожидала чего-то более... основательного.

Фереби улыбнулась, отстраненно и неубедительно. Ее серебристые волосы развевались на ветру.

— Подойди сюда, — поманила она.

— Я... Мне нужно проведать Туланна. Фереби смерила Эффи удивленным взглядом.

— О, с ним-то все в порядке. Что ему сделается?..

Эффи не слишком-то понравился тон Фереби, однако она промолчала.

— Четыре сотни, — пробормотала Фереби.

— А? Четыре сотни чего?

— Погибших. Убиты кораннидами этой ночью. Если бы я спала подле стада как обычно, то, возможно, сумела бы поднять тревогу. Мамонты чувствуют подобные вещи. У них великолепная интуиция.

Эффи уже готова была рассказать, как близко она видела кораннида, но затем решила держать язык за зубами.

— О, — сказала она тихо, не зная, что еще можно ответить. Фереби снова улыбнулась — на этот раз более приветливо. Видимо, потрясенное выражение лица Эффи смягчило ее.

— Пойдем я познакомлю тебя с Бурей.

Эффи нехотя подошла к озеру. Запах стада смешивался с туманом и висел в воздухе точно едкое облако. Фереби, проводившая уйму времени с этими животными, похоже, вовсе его не замечала, тогда как Эффи невольно сморщила нос.

— Буря! Ко мне! — скомандовала Фереби.

Белый мамонт вышел из озера и с готовностью приблизился к хозяйке. Рядом с хрупкой фигуркой Фереби животное выглядело еще огромнее, и Эффи испуганно подалась назад.

— Не бойся, — с улыбкой промолвила Фереби, — она не причинит тебе вреда. Иди сюда, малышка. — Буря протянула хобот и зашарила по куртке Фереби, разыскивая в карманах гостинцы. — Ох, какая ты нетерпеливая! — Фереби рассмеялась. — Хочешь погладить ее, леди Морган?

Эффи протянула руку и слегка коснулась хобота Бури.

— Ой, ее шерсть...

— Мягкая, правда?

— Да. Я думала, она жесткая и колючая.

— У всех остальных мамонтов она действительно жесткая, а вот Буря — другое дело. Видимо, это оттого, что она белая. Держи. — Фереби протянула Эффи пригоршню орехов. — Положи на ладонь и отставь большой палец.

Буря с готовностью взяла угощение, хотя Эффи протянула ей руку не без опаски. Фереби просияла, словно мамонт был ее собственным чадом.

— Смотри, ты ей нравишься.

Эффи издала короткий смешок.

— Стало быть, таких в Сутре уже двое...

— Да брось. Рако хорошо о тебе отзывался. И здесь твои друзья — Талискер, Йиска и Малки.

— Я их не видела. Они ушли из Руаннох Вера до моего прибытия.

Фереби кивнула.

— Ты тоже из другого мира, да?

Заданный напрямик вопрос застал Эффи врасплох. Она откровенно говорила о себе здесь только одному человеку — Туланну, да и ему не рассказывала о своем происхождении. Затем Эффи припомнила, что Фереби дружна с Рако и была с ним, когда Талискер и остальные прибыли в Сутру. Внезапно ей стало до того грустно, что на глаза навернулись слезы. Она здесь совсем, совсем одна...

— Все нормально?

— Да. — Эффи вздохнула. — Хотя нет... Я... О черт.

Она почувствовала, что слезинка выскользнула из-под ресниц и покатилась по щеке. Эффи стало стыдно. Не хватало еще разреветься перед Фереби Везул, такой самостоятельной, сильной женщиной.

— Обычно я не плаксивая.

Фереби чуть заметно улыбнулась.

— Ради всех богов, Эффи Морган! Ты попала в совершенно новый, незнакомый мир. На твоем месте любой почувствовал бы себя не в своей тарелке. Иди сюда, сядь.

Она подозвала санаха, приглядывавшего за стадом, и тот отвел Бурю обратно к озеру. Затем Фереби направилась к лесу и уселась на бревно, а Эффи пристроилась рядом на низкой ветке каштана.

— Я всего лишь хотела забрать их, — объяснила она. — Я не планировала здесь оставаться и уж точно не собиралась становиться хитом сезона для императора Туланна. — Фереби непонимающе приподняла брови, и Эффи поправилась: — Не собиралась становиться его фавориткой... лучшим другом.