Дева дождя - Комарницкий Павел Сергеевич - Страница 56

– Не сердись на него, Марина. Наш Йорик здорово научился проходить сквозь стены, а также те стены крушить… равно и всякую нежить. Что касается кулинарии, то с этим у всех рыцарей туговато.

Если бы не телепатия, Марина ни за что не заметила бы подвоха. Ну конечно же, надо было сразу сообразить… Весь день, с утра, они пребывали в страшном душевном напряжении, и как-то сбросить его было просто необходимо. Ужин здесь, в Агре, вовсе не для насыщения калориями…

– Ты куда?

– Одну секундочку!

Движимая каким-то неосознанным порывом, девушка отломила кусочек бутерброда, метнулась назад, к входной двери, где пребывала в неподвижности и забвении плюшевая собачка.

– Динка, это тебе… – прошептала она, кладя перед мордочкой стража угощение. А что? Вот в северных русских деревнях и по сей день принято задабривать домовых…

Свет перстня-фонарика был пригашен до минимума, однако Марина готова была поклясться, что в стеклянных глазах игрушки блеснули слёзы.

Вернувшись, Марина вновь вынуждена была хлопать глазами. За время недолгого отсутствия в "номере" появился добавочный постоялец – Матвей солидно и неспешно лакал сливки из блюдца, как и положено воспитанному домашнему коту.

– Матвей… Ты как здесь?

– Мрм… с трудом… – оторвавшись от блюдца, сообщил кот. – Знали бы вы все, сколько тут всякой гадости бродит, летает и ползает… пффф…

– Ты садись уже, Марина, – кивнул Йорген. – До мораны осталось совсем ничего, надо будет убирать всё это…

Ужинали молча, перебрасываясь короткими мыслеобразами.

"… Дорога под мостом свободна"

"… Лучше через трубу. Там ливневая труба…"

"… Возле реки големы стоят…"

– Ладно… – вздохнул рыцарь. – Давайте укладываться. Утро вечера мудрёнее.

Скатерть исчезла вместе с остатками трапезы и самоваром, как и не было ничего. Марина оглядывала грязный пол. Что ж… бывает и похуже. Всё-таки деревянный пол, не бетон и не камень…

– Нет, на полу спать никак нельзя, – поморщился ангел. – Тут сейчас такое начнётся…

– Мряу! – кот Матвей умывался лапой. – Полностью подтверждаю. Во всяком случае, этот дом трудно назвать крепостью.

Йорген сделал сложный финт своим жезлом, и вся компания разом взмыла к потолку, точь-в-точь космонавты в невесомости.

– Придётся потерпеть, – рыцарь улыбнулся чуть виновато. – Ага, сторожки и невидимость на тебе.

– Сторожки уже, а невидимость я делать не буду. На всю ночь, я усну, и слетит… Пусть Марина возьмёт Матвея, а у нас костюмы.

– Мурм… Вы позволите? – вежливо осведомился кот, подплывая.

Без лишних слов девушка расстегнула комбинезон-"призрак", и здоровенный котяр с видимым удовольствием устроился за пазухой.

– Застегнись, капюшон надень, – Йорген уже натягивал свой, – и перчатки. Мы должны быть невидимы.

И в этот момент пришла волна дурноты. Ужасной и мерзкой, давящей непредставимо…

– Всё, всё уже, – ладошка ангела легла на лоб, прогоняя злой морок. – Это и была морана. Там, в Энрофе, солнце село…

… Три тени, почти невидимые даже в упор и при ярком свете, висели под потолком, сбившись в кучку. Слева неслышно и легко дышал Агиэль, справа так же ровно и бесшумно Йорген. Кот Матвей свернулся на груди под костюмом, и Марина не ощущала его тяжести. Было тепло и уютно… глаза слипались…

… Ей снился сон, жуткий и странный. Три тени, почти невидимые даже в упор и при ярком свете, висели под потолком, сбившись в кучку. А на полу копошились, ползали и пробегали мелкие, но от этого не менее кошмарные твари. Фосфорически светящиеся пауки, длинные, как шланг, гусеницы-тысяченожки с шипастым гребнем по всей спине, ещё не то черепаха, не то морская звезда, из панциря которой во все стороны торчали зубастые хоботы…

Сон слетел разом, и Марина прикусила губу, чтобы не вскрикнуть. На полу шло сражение – кошмарная фосфорически светящаяся "черепаха" пожирала "гусеницу", а та, в свою очередь, норовила прогрызть панцирь, словно червяк скорлупу ореха. Победа осталась за "черепахой", всосавшей врага через "хоботы-ноги" без остатка.

"Не бойся, им нас не достать" – от проснувшегося герр рыцаря просто-таки исходила уверенность. – "Ага сторожки ставит на совесть"

Словно в подтверждение, в комнату вплыла огненная медуза, чем-то смахивающая на шаровую молнию. Подплыла к "черепахе", и через секунду та забилась, истаивая клочьями, точно была слеплена из снега. Покончив с трапезой, "медуза" поднялась повыше, пристально вглядываясь в тройку друзей четырьмя громадными выпуклыми глазами…

"А? Что?" – безмятежный ангельский сон наконец-то также был нарушен.

Агиэль щёлкнул пальцами, и тварь Хаоса исчезла, как и та "бабочка" в подземелье, бесшумно и мгновенно.

"Вот не дадут поспать… Не бойся, Марина, эта мелочь мои сторожки не одолеет никак. Потычется в барьер и уйдёт несолоно хлебавши"

Он вдруг насторожился. Снаружи, с улицы, послышались тяжкие шаги.

"Йорик?"

Рыцарь, вздохнув, выудил из-за пазухи кулон-амулет, пристально вглядываясь в камень.

"Волгр. Но какой здоровенный, слушай…"

"Дикарь?"

"Похоже на то"

Не утерпев, Марина потянула за цепочку, извлекая свой собственный волшебный амулет. Камень, составлявший его сердцевину, был весьма велик для обычного бриллианта, но для телемонитора всё-таки недостаточен, и потому смотреть в него приходилось одним глазом, точно в окуляр, поворачивая так и этак.

Искать источник шума долго не пришлось. Двухметровая оплывшая фигура, топая шестью короткими бегемотьими ногами, как раз подошла к двери, вытянула щупальце, обвила им ручку… Дверь, предусмотрительно запертая Йоргеном изнутри, не поддавалась. Потоптавшись, тварь навалилась всем весом, и хлипкая преграда с треском рухнула. Монстр, колыхаясь тестообразными телесами, приступил к обходу помещений.

"Вот не дадут отдохнуть, никак не дадут… Йорик, я спущусь, дематериализую его"

"Не суетись. Сам сюда придёт"

Не найдя на первом этаже никаких источников жизненной энергии, чудовище уже вползало по лестнице, скрипевшей и потрескивающей под нечеловеческой тяжестью. На площадке оно застыло, шевеля глазами на стебельках.

"Да никак он Динки забоялся? Всё, я пошёл. А то здесь вонять будет"

Ангел неслышно соскользнул на пол и двинулся в коридор. Волгр по-прежнему стоял, не решаясь перешагнуть крохотную плюшевую игрушку. Вот интересно, отчего?..

Додумать мысль Марине не удалось. В коридоре вспыхнул яркий свет, и монстр исчез, утробно хрюкнув напоследок.

"Ну вот и всё" – Агиэль вновь пристраивался под бочок. – "Давайте уже досыпать, ещё хоть чуток… Дверь таки сломал, тварь безмозглая…"

"Нет, Агуша, не всё. Неужто не чувствуешь?"

Рыцарь вглядывался в свой кулон-амулет, и девушка вновь не утерпела, припала к "окуляру". Что там ещё?..

Гигантская огненно-прозрачная тварь, отдалённо похожая на помесь тираннозавра с крокодилом, шествовала по улице, вглядываясь в окна домов.

"Н-да…" – теперь и ангел всматривался в свой кулон. – "Йорик, это мне без шума не убрать. Фейерверк будет, Йорик"

"Да погоди, может, он мимо… Сюда ведь идёт, сволочь… Спрятались все!"

Повинуясь беззвучной команде, Марина торопливо сунула амулет обратно за пазуху и закрылась капюшоном. И вовремя.

В окне появился багрово пламенеющий глаз "крокодила", явно пытающийся что-то разглядеть внутри. Помедлив, монстр отодвинулся от окна… и вдруг просунул огненное рыло прямо сквозь стену. Зрелище было настолько ужасное, что язык и голосовые связки Костровой отказали напрочь и одновременно… как, впрочем и руки-ноги.

Чудище повращало глазами на стебельках, легонько при этом потрескивая, как гирлянда высоковольтных изоляторов под дождём, и вновь втянуло рыло обратно в стенку.