Повелители Небес - Уэллс Энгус - Страница 100

Я спросил об этом Аила, и он ответил:

— Повелители Небес не воюют с нами, мы не делаем им вреда, а они не направляют против нас своих колдовских чар.

— Вы — союзники? — спросил я.

— Рэт объяснит, — повторил он как заведенный.

Я сказал:

— На западном побережье я наблюдал встречу Повелителей Небес с Измененными.

Аил лишь пожал плечами, понукая лошадей. Я подумал, что он сказал нам гораздо меньше, чем знает, и что мне не получить от него ответа. Я устроился на лавке рядом с Рвиан, взял ее за руку и начал описывать то, мимо чего мы проезжали.

До заката мы ехали по укатанной и утоптанной грунтовой дороге, но когда солнце ушло и начали сгущаться сумерки, колеса фургона застучали по каменной поверхности. Вскоре вдоль дороги потянулись каменные стены. Впереди виднелся свет, и вот перед нами оказалась деревня.

Я ожидал увидеть замок или какие-нибудь укрепления, но нашел лишь приземистые дома и хозяйственные постройки, жавшиеся к дороге, точно жителям было не от кого и не от чего защищаться. Аил остановил нашу повозку на широкой площади, где в воздухе вокруг нас сразу же почувствовался приятный уютный запах дыма и приготовляемой пищи. «Бык» отпер дверцу нашей клетки.

Измененный, чьими предками, как я подумал, были собаки, стоял возле освещенной двери, разглядывая нас с явным, но неназойливым вниманием. Он радостно приветствовал Аила, и «бык» ответил ему с той же теплотой. Ступив на крыльцо, я смог при полном свете лучше рассмотреть Измененного, лицо которого было довольно старым, морщинистым, но приветливым.

Он склонил голову в поклоне, словно я прибыл в его заведение обычным путешественником, и сказал:

— Приветствую вас, я — Тир.

Я кивнул и назвал ему свое имя, в ответ на что он улыбнулся и произнес:

— О да. Друг Урта — Сказитель.

Мои глаза округлились от удивления, что меня знают даже здесь, а Тир усмехнулся и сказал:

— Слава твоя опережает тебя, Давиот. Добро пожаловать в Безимар.

Аил представил Рвиан и Тездала хозяину, который, сделав шаг в сторону, пригласил нас войти. Любопытство мое росло.

Зал постоялого двора, в который мы вошли, оказался довольно просторным, у дальней стены находился камин, стойка с бутылками и кружками с одной стороны, напротив нее столы со стульями. Люди, сидевшие там, едва взглянув на нас, прервали свои разговоры. Тир проводил нас в другую, маленькую комнатку, почти все пространство которой занимал длинный обеденный стол. Через высокие застекленные окна в одной из стен был виден двор, куда уже поставили нашу повозку. Тир открыл бочонок и наполнил кружки. Посмотрев вокруг, я не мог найти ничего, что отличало бы это помещение от любого другого подобного заведения у нас в Дарбеке.

Аил заметил мое удивление.

— А ты чего ожидал? — спросил он. — Думал, мы тут живем в пещерах да в берлогах?

— Я не знал, чего мне ожидать.

«Бык» усмехнулся и сказал:

— Разве мы так сильно различаемся, Давиот?

Я подошел к окну и, потрогав стекло, спросил:

— У вас есть производства?

Он кивнул:

— Да, делаем стекло, плавим металл, варим пиво. Мы не варвары.

— Конечно нет, — сказал я. — Если не считать того, что вы держите пленников.

— А Истинные не делают этого? — возразил он. — Не был ли я пленником Тирона? Разве я мог уйти от него, если бы захотел? Не мог, как и обычный бык, купленный крестьянином. Разве мы, Измененные, не в плену в Дарбеке?

Это было и мое собственное мнение, так что спорить я не стал, а, кивнув, улыбнулся, признавая правоту собеседника. Эта страна одаривала меня одним сюрпризом за другим. Я всегда считал «быков»-Измененных довольно прозаичными субъектами, под стать их предкам, но Аил умел говорить и вести дискуссию. Я решил промолчать, чтобы не обидеть его. Пока он вел себя как довольно обходительный тюремщик, и мне не хотелось бы, чтобы что-то изменилось. Я вернулся к столу и сел рядом с Рвиан.

Моя возлюбленная молчала, пока мы с Аилом обменивались фразами, но теперь рискнула задать ему вопрос. Она потрогала кристалл у себя на шее и спросила:

— У вас есть волшебный талант?

Аил заколебался, и я почувствовал, что некоторые темы ему обсуждать явно не хотелось, или просто ему это было запрещено. Он ответил:

— У меня нет, госпожа.

Рвиан улыбнулась этой очевидной отговорке и сказала:

— Истинные тоже не все сплошь колдуны. А как обстоят с этим дела у вас?

Измененный явно чувствовал себя неловко, точно ему совсем не нравилась та роль, которую ему приходилось играть.

— Вам все несомненно объяснят в Требизаре.

Рвиан продолжала:

— Но у вас есть кристаллы. Кто-то из ваших соплеменников мог научиться пользоваться ими, в противном случае мне не пришлось бы носить это ожерелье.

— Что-то Тир завозился с ужином, пойду-ка посмотрю, — ушел от разговора Аил.

С этими словами Аил поднялся и вышел. Его товарищ (темный, молчаливый субъект по имени Глин) остался с нами, и больше о том, что сказал или, точнее, не сказал нам наш доброжелательный тюремщик, мы не заговаривали до тех пор, пока не остались одни.

Прежде чем это случилось, мы замечательно отужинали. Тир накрыл прекрасный стол, и мы с удовольствием запили превосходную еду темным пивом. Затем Аил объявил, что нам пора отправляться спать, так как рано утром предстоит продолжить путь. Ступая по тихонько поскрипывавшей лестнице впереди нас с фонарем в руке, Тир проводил нас наверх. Тездал ушел в отведенную ему комнату, и хозяин, повернувшись к Рвиан, сумел еще раз за этот вечер удивить меня.

— Будете ночевать вместе? — спросил он. — Или предпочитаете отдельные комнаты?

Не успел я преодолеть свое изумление, как Рвиан ответила:

— Вместе.

Тир улыбнулся и, указав на дверь напротив комнаты Тездала, сказал:

— Тогда вон туда.

Если не считать того, что нам не оставили фонаря, а окна были заперты, комната эта мало чем отличалась от тех, в которых мне случалось останавливаться в Дарбеке. Дверь закрылась, в замке повернулся ключ.

— Они хорошо обращаются с нами, — сказала Рвиан.

— Да, — сказал я, подходя к окну.

Она продолжила:

— Мы тоже хорошо обращались с Тездалом, надеясь использовать его.

Я посмотрел на спящее селение. Дважды пролаяла и замолчала собака. Почти полная луна стояла высоко над крытыми дранкой крышами и печными трубами. Все выглядело таким обыкновенным, естественным, мне с трудом верилось, что мы в Ур-Дарбеке, в комнате с запертой снаружи дверью. Я обнял Рвиан и сказал:

— Тездал наш враг, то есть был им.

Она двусмысленно улыбнулась.

— Ты полагаешь, что Измененные не считают Даров врагами?

Я ответил:

— Вероятно, но они ведут себя с нами так любезно, что трудно поверить в их недобрые намерения.

— Они хотят использовать нас, — сказала она.

Рвиан отодвинулась от меня на расстояние вытянутой руки и посмотрела мне в лицо так, точно могла видеть.

— Я не дурочка, Давиот. Как бы они ни относились к нам, мы в их полной власти, и ни ты, ни я не можем ничего с этим поделать.

Утро застало нас лежавшими на скомканных простынях в тесных объятиях друг друга. Я испытал чувство благодарности к Аилу, который просто постучал в дверь и сказал, чтобы мы готовились к отъезду, а не вломился в комнату, как мог бы поступить менее деликатный надзиратель.

Тездал, Рвиан и я позавтракали и вновь оказались в нашей клетке за запертой дверцей. Тир кивнул нам на прощанье, и повозка покатилась дальше. Я держал Рвиан за руку, и, хотя наше будущее продолжало оставаться таинственным, я, несмотря ни на что, чувствовал себя счастливым.

Час был еще очень ранний, солнце только начинало подниматься над горизонтом, и в воздухе ощущалась легкая прохлада. Луна все еще не желала покидать западную часть небосклона, который становился все более и более голубым. Громко пели птицы, какое-то время за повозкой бежали две собаки, но потом отстали. Людей на улице было еще немного, они, спеша по своим делам, только ненадолго останавливались, чтобы проводить нас взглядами. Я полагал, что клетка с узниками на дорогах Дарбека привлекла бы куда больше внимания.