Повелители Небес - Уэллс Энгус - Страница 128

Постель сейчас казалась столь же желанной, как и некоторое время тому назад — еда. Я посмотрел на слипавшиеся глаза Рвиан. Она улыбнулась и кивком головы дала понять, что не возражает против отдыха. По лицу Урта можно было сказать, что тот готов забиться в какую-нибудь более или менее безопасную дыру и не вылезать оттуда, пока обстоятельства не примут более благоприятный оборот. Только Тездала, казалось, ничуть не давила усталость, но и он, пожав плечами, пробурчал что-то в знак согласия.

— Тогда ступайте за мной.

Беллек поднялся и вывел нас через дверь, которой я раньше не заметил, в коридор, пробитый в скале. Окон там не было, но помещение каким-то непонятным образом все-таки освещалось.

Рвиан указала рукой на свечение.

— Вы умеете пользоваться кристаллами, Беллек? Вы знаете магию?

Он усмехнулся и ответил:

— Я Властитель драконов, госпожа. Если благодаря этому я становлюсь колдуном, тогда — да. Но я — другое дело, чем вы.

— Этот замок стал таким, как он есть, благодаря волшебству? — спросила Рвиан.

Старик вновь усмехнулся и ответил:

— Это так, но в старину все было по-другому. Первые Дары, ступившие на эту землю, тоже отличались от теперешних. Думаете, что таланты не меняются со временем? Или что кристаллы не меняются? Так я скажу вам: кристаллы модифицируют свои свойства в соответствии с нуждами тех, кто пользуется ими, а те, в свою очередь, приобретают иные способности, сообразные с изменениями кристаллов.

Беллек пожал плечами и махнул рукой. Рвиан сказала:

— Тот, кто строил этот замок, обладал колоссальным талантом.

— Когда-то — да, — сказал он. — Когда-то Властители драконов были неподражаемы. Они выстроили этот замок и другие крепости на вершинах гор, где раньше гнездились лишь драконы. Тогда мы были Повелителями Небес. Но мы изжили себя, и народ забыл о нас. Ничто не может так обескровить могущество, как забвение.

— А что случилось с остальными? — спросил я.

Ответ прозвучал просто:

— Они умерли.

Он замолчал. Мне показалось, будто тускловатый свет в пыльном проходе лишил его живости. Я больше не задавал вопросов и, найдя руку Рвиан, шел рядом с нею молча.

Беллек развел нас по комнатам, расположенным вдоль коридора за черными, не тронутыми временем и гниением, словно специально ждавшими нас дверями на золоченых петлях. Первую комнату наш хозяин предоставил нам с Рвиан.

Он сказал:

— Уверен, что тут вам будет удобно. Если понадоблюсь, найдете меня в зале. Если меня там не окажется, тогда предлагаю подождать меня: помещение это достаточно большое и занятное. Если захотите выйти наружу, остерегайтесь самцов.

Мы вошли в комнату, которая, к моему удивлению, оказалась довольно чистой. На полу не было пыли, а на сводчатых стенах и потолке — паутины. Сквозь прозрачные стекла широких окон открывался вид на долину, над которой поднимался, тая в воздухе, дымок человеческого жилья — хуторов или деревень. В комнате стояла внушительных размеров кровать с чистым бельем и огромный шкаф. За полированной дверью находилась ванна и прочие удобства. Подобное мне приходилось встречать только в самых крупных замках.

— Здесь чувствуется присутствие волшебства, — сказала Рвиан.

Я оглядел комнату и сказал:

— По крайней мере, здесь чисто.

— Это действие магии, — повторила Рвиан. — Способности Беллека куда более высоки, чем он говорит.

— А как твои?

Рвиан закрыла глаза, точно раздумывая, потом улыбнулась и произнесла:

— Полностью восстановились. Больше ничто не мешает.

— Только вот неясно, кто мы тут: гости или пленники?

Рвиан рассмеялась и взяла меня за руки, «всматриваясь» в мои глаза.

— Давиот, — проговорила она. — Он спас нас. Если бы не он, мы были бы уже мертвы, если не что-нибудь похуже.

Я ответил:

— Да, с этим я спорить не стану. Но сейчас? Мы что, так и останемся здесь до скончания века, пока в мире будет бушевать кровавая бойня? Ко дню Эннаса, так сказала Алланин. Я не могу оставаться безучастным, если начнется война.

Моя возлюбленная поцеловала меня в щеку.

— Ты думаешь, я забыла дату, забыла то, о чем мы мечтали в Дюрбрехте? Нет, я помню. И понимаю также, что теперь у нас есть будущее — благодаря Беллеку и драконам. Подумай об этом.

Я пробормотал что-то в знак согласия. На ум пришли воспоминания о давно минувших днях, когда я мечтал повести драконов на защиту Дарбека. Можем ли мы, Рвиан и я, осуществить теперь эту мечту? Тогда драконы казались фантазией, а я был единственным Истинным, всерьез думавшим о них. Но теперь-то я знал, что они существа из плоти и крови, и больше того, что и прочие мои мечты могут осуществиться. Драконы не только могут защитить Дарбек, но и стать инструментом в деле установления мира между моими соплеменниками и народом Тездала, между Истинными и Измененными. Волнение охватило меня, я улыбнулся, почувствовав, как старые мечты начали принимать новые формы.

Рвиан я сказал:

— Я поговорю об этом с Беллеком.

Я готов был немедленно отправиться к нашему хозяину, если бы Рвиан не удержала меня:

— Может, завтра, а? Думаю, драконы уничтожили весь флот Хо-раби в Требизаре, так что Повелителям Небес теперь понадобится какое-то время, чтобы отстроить новый. У нас есть время, я полагаю, а сейчас я так устала. Давай спать?

Я кивнул. Мы сбросили одежду и улеглись в постель.

Я пробудился от непривычного звука: стука дождя в стекло. Я осторожно, чтобы не потревожить Рвиан, поднялся и босиком подошел к окну. Похоже, что мы проспали весь день или большую его часть, сказать с уверенностью я не мог. Мы находились высоко, далеко на севере, и причиной темноты, вероятно, были облака, скрывавшие горные вершины и обрушивавшие свой водный груз на долину, скрытую во мгле. Я стоял и думал, что такой ливень пришелся бы как раз кстати высушенным жарой полям Дарбека. Прижимая лицо к стеклу, я чувствовал, как вопросы, на которые не находилось пока ответа, потоком хлынули в мое сознание.

Грянул гром, и на секунду вершины осветились сиянием молний. Интересно, летают ли в такую погоду драконы? Интересно… список того, что интересовало меня, был, пожалуй, слишком длинен. Я отвернулся от окна, услышав, как Рвиан заворочалась.

Она сбросила простыни с аппетитным неприличием и, встав, подошла ко мне.

— Как давно, — проговорила она, — я не видела дождя.

Я кивнул и прижал к себе свою возлюбленную, когда раскаты грома прокатились по замку и холодные сияющие стрелы молний ударили в горные пики.

— Дикие здесь места, — произнес я.

— Самое подходящее место для драконов, — услышал я в ответ. Рвиан рассмеялась, крепче прижимаясь ко мне. — Старый мир, который, может быть, сумеет создать новый.

Я ответил:

— Хотелось бы, чтобы это произошло до дня Эннаса.

Рвиан улыбнулась в знак согласия и обвила руками мою шею, придвигая мои губы к своим. Мы страстно поцеловались.

— Ну, — заявил я, когда мы прервали наше лобзание, — может быть, разыщем Беллека и соберем всех остальных да и поговорим с ними начистоту?

Но мне пришлось унять свое нетерпение.

В последовавшие дни мы сумели убедиться в том, что хозяин наш весьма и весьма не прост. О, он вел себя вполне дружелюбно, отвечал на вопросы, град которых обрушивался на него точно из баллист, построенных покойным Гааном. Однако всякий раз что-нибудь оставалось недосказанным или в казавшихся прямыми и ясными ответах проглядывало какое-то сомнение.

Беллек никак не мог сказать, сколько ему лет и как давно он живет один. Он объяснил нам, что драконы-самки — моя прекрасная Дебура, Катанрия, Анриёль и Пелиана — посылали нам сигналы во снах столь же долго, сколь и мы сами делали это неосознанно в наших видениях. Думаю, он не мог объяснить это четче, чем любой неординарный человек (а в незаурядности Беллека или его некоторой ненормальности сомневаться не приходилось) изложить сущность своих снов. Драконам скорее даже, чем самому Властителю, мы были обязаны своим спасением, это они почувствовали наше присутствие в Требизаре и опасность, угрожавшую нам. Беллек только следовал их чутью, ведя к нам наших спасителей.