Повелители Небес - Уэллс Энгус - Страница 45

Суровые слова его могли бы показаться обидными, если бы не страх, который заключался в них. Я кивнул головой:

— Да, нам объясняли это.

Я действительно об этом знал. Нашествия происходили строго в соответствии с глобальными воздушными течениями, а они были капризны. Не все из ужасных кораблей Повелителей Небес достигали наших берегов: многие летели слишком высоко и исчезали над просторами западного океана, многих сбивали Стражи. Но и тех, которым удавалось приземлиться, было вполне достаточно, чтобы сделать само имя Повелителей Небес синонимом слова «ужас», а воинов Хо-раби чудовищами из самых страшных ночных кошмаров. Однако, чтобы исполнить свою мечту о завоевании нашей земли, Анам не хватало сил. А у нас, Даров, всякий раз было время, чтобы приготовиться, и когда воздушные течения менялись, мы уже ждали нападения. Сейчас колдуны Анов овладели стихией воздуха и смогут в любое время переправить на наш материк столько Хо-раби, сколько захотят.

— Я все понял, — сказал я тихо.

— И то, что вы поняли, не доставляет вам радости, — ответил Третин ничуть не громче.

— То, о чем мы здесь говорили, — произнес Кэрн, — не подлежит огласке. Да будет на то Господня воля, мы не увидим здесь, на западе, этих новых кораблей. Пока не придет время, простой народ не должен ни о чем знать.

— А как же приготовления? — спросил я, давая понять, что в стратегии разбирается не один лишь наместник. — Как вы это скроете от людей? Разве вам не придется увеличивать налоги? Проводить наборы рекрутов?

— Мы, наместники, увеличиваем свои дружины, оснащаем корабли. Мы готовимся. Но до поры до времени нечего сеять панику.

Третин счел нужным дополнить это высказывание:

— Уже сейчас количество беженцев растет. Если подобные новости распространятся, может случиться, что все восточные города просто опустеют.

— Если Повелители Небес что-нибудь смыслят в военных действиях, — сказал Кэрн, — они постараются поразить в первую очередь три цели — Стражей, Дюрбрехт и Кербрин. Овладев ими, они лишат Дарбек головы.

Рвиан! Словно холодная когтистая лапа схватила мое сердце, оцарапала душу. От ужаса я не мог пошевелиться. Я был бессилен что-либо сделать. Только надеяться и молиться Богу, в чьем существовании я уже начинал сомневаться.

— Информация для узкого круга, — сказал наместник официальным тоном. — Сочли нужным поставить в известность только вас как Сказителя, и никого больше.

— Я понял. Даю вам слово, что не стану разглашать ее.

Солнце спустилось к самому морю. Я слышал крики чаек, до меня доносился смешивавшийся с морским воздухом запах кухни. Вечер был спокойным, тихим и прекрасным. Я чувствовал себя так же, как еще ребенком, когда наблюдал собирающиеся над Фендом грозовые облака и знал, что скоро задует ветер и засверкают молнии. Но тогда я знал, что смогу укрыться в нашей хижине. Теперь я понимал: спрятаться от грозы будет некуда.

— Так выше голову, — сказал Кэрн, поднимаясь. — Рассказывайте людям веселые сказки, Сказитель. А что касается того, что вы сегодня здесь услышали, держите рот на замке.

— Да, — ответил я и в первый раз прибавил: — Господин наместник.

Отправившись странствовать дальше, я стал поступать, как мне велели: от города к деревушке, от селения к селению нес я рассказы о самых славных подвигах наших предков. Я повествовал людям о Фирахе и Великом Драконе, о сражении при Тенбрийском замке, о поединке Петура с Хо-раби. В поселках рыбаков, возле вытянувшихся вдоль берега верениц их суденышек, вещал я о Джериде и Вэйле, о Путешествии Драмудда. Крестьянам, пастухам и лесным охотникам рассказывал я о Бериле и Волшебном Дереве, о Шадраме, о Великом Корвинском Быке, о Маресе — Короле Скота, об отшельнике Денусе. Когда меня спрашивали о Дюрбрехте, а это интересовало всех, я живописал красоты города и мужество защищавших его от набегов Повелителей Небес жителей. Я рассказывал о сражениях, в которых участвовал сам, и о тех, в которых сражались другие, убеждая моих слушателей, что одолеть нас нельзя, что Повелители Небес скоро будут окончательно побеждены силами волшебства и мудростью нашего Великого Властелина.

Меня восхваляли как искусного Сказителя, я же чувствовал себя простым обманщиком.

И как ни старался я унять свой расцветавший пышным цветом страх, все равно слишком часто я думал о Рвиан и о том, что ждет ее, если Повелители Небес нападут на Стражей так, как предрекали Кэрн и Третин. Я ловил себя на том, что стал слишком уж часто всматриваться в небо.

В начале лета я в своем пути слегка уклонился от береговой линии, направя стопы по дороге, что петляла среди густо поросших пробковым дубом и остроконечными соснами холмов. Солнце было еще не в зените, и я остановился на вершине одного из холмов, намереваясь переждать полуденную жару под сулившими прохладу ветвями деревьев. Во время последнего привала мне повезло, я получил от щедрых слушателей на дорогу каравай свежего хлеба, головку доброго желтого сыра и мех молодого вина. Теперь я надеялся отдохнуть, выпить, поесть и, по обычаю здешних мест, вздремнуть часок-другой в тени.

Вкушая от плодов трудов своих, я оглядывал открывавшиеся моему глазу картины. Бринисвар, я прикинул, располагался за третьей горной грядой. У подножия горы как раз передо мной виднелось жилище хуторян. Я подумал, что, возможно, мне следует остановиться там и рассказать им какую-нибудь легенду, прежде чем двигаться дальше, хотя вероятно, что нынешнее время для крестьянина и его семьи самое страдное и им будет не до меня. Я потягивал винцо и безмятежно взирал на небо. Здесь оно светилось необычайной чистоты лазурью. К северо-востоку я увидел нечто, показавшееся мне сперва птицей. Вскоре я, однако, убедился в том, что это вовсе не птица. Я заткнул свой мех и вскочил на ноги.

Очень скоро я мог разглядеть кроваво-красный цилиндр, покрытый по бокам рунической вязью Повелителей Небес. Знаки пульсировали и трепетали. Внизу под цилиндром висела черная корзина. Воздух вокруг корабля переливался и клубился, словно раскаленный. Сколько я ни вглядывался в это мерцание, рассмотреть что-то определенное в нем я не мог. Воздушное судно приближалось, и я видел, что оно невелико по размерам и что в корзине вряд ли могут поместиться больше десяти человек. В нем было что-то одновременно и знакомое и необычное. По очертаниям — обычное судно, но темное, вызывающее ужас, миазматическое облако, столь характерное для Повелителей Небес, отсутствовало. Я не чувствовал холода, только обычный испуг, и никакого вызывавшего оцепенение страха, который всегда сопутствовал подобным кораблям. Я прижался к стволу сосны и почувствовал, как дыхание мое застряло в горле, когда корабль остановился.

Третин и Кэрн предупреждали меня, и все равно я едва верил своим глазам: корабль остановился на месте. Ветер дул с запада, но судно парило в воздухе, точно сокол, над фермой.

Осторожно, опасаясь выдать свое присутствие, я дотянулся до фляги. Попив, повесил ее на спину вместе с мешком, собираясь задать стрекача. У меня был посох и нож, не было только шанса выстоять в схватке с Хо-раби, если меня заметили.

Корабль развернулся и пошел на снижение. Он опустился; легкий как перо, красный цилиндр продолжал висеть в воздухе рядом с хутором, земли коснулась лишь одна черная корзина. Те, кто находились внутри хижины, не могли не видеть Хо-раби. Конечно, они их видели! Я был слишком поражен, поглощен своими собственными страхами, чтобы думать о них до того момента, когда они вышли из своего дома, чтобы встретиться с невероятным явлением.

Мужчин было четверо, в руках они сжимали самые обычные сельскохозяйственные инструменты. Двое были вооружены вилами, один косой, а последний мотыгой. У ног крестьян скалились три больших пса. Я видел, как с тыльной стороны дома три женщины, подняв юбки, чтобы легче было бежать, устремились в направлении ближайших зарослей дуба.

Из корзины вышли девять облаченных в черную броню Хо-раби. Десятый остался позади. Он, как я предположил, скорее всего был колдуном и управлял духами, которые даже сейчас продолжали окутывать воздушное судно.