Непослушная игрушка - Воронков Николай - Страница 9

Кузнец внимательно следил за моим художеством.

– Именно такая форма?

– Да, хочу такой. Заточка нижней кромки режущая, верхней – рубящая. Рукоятку и гарду сделаешь на свой вкус. Еще мне нужен посох из твердого дерева. Низ и верх окованы железом. А еще…

– Рассчитываться чем будешь? – с усмешкой перебил меня мужик.

– Есть меч и кольчуга. Возьмешь?

– Приноси. Посмотрим, а потом и поговорим, – снова усмехнулся кузнец.

Чуть ли не бегом я быстренько смотался на постоялый двор и притащил свое единственное богатство. Кузнец долго рассматривал кольчугу, меч, чуть ли не на зуб пробовал. Потом вдруг отложил их в сторону и остро глянул на меня:

– Хороший меч, и кровушки он попил немало. После последнего дела его даже не чистили. Уж не тот ли ты боец, что банду Данаора окоротил?

Я неопределенно пожал плечами. Хвалиться особо было нечем.

– Зачем же ты его продаешь?

Я снова пожал плечами:

– Не хочу больше кровь лить.

Кузнец вдруг развеселился:

– Так вот зачем все это надо! Чтоб, значит, не мечом рубить, а тихонечко веревочкой махнул – никто и понять ничего не успеет… – Он засмеялся. – То-то у нас слухи поползли про неведомого героя, что веревочкой с камушком и обычными палочками с целой бандой справился. Как остальным-то пользоваться – покажешь?

Я тоже улыбнулся:

– Ты сначала сделай.

– Заходи завтра после обеда, все будет готово.

Искупаться мне не удалось – пруд оказался маленьким, берега илистыми, а в самом удобном месте плескалась большая компания мальчишек. С завистью поглядев на их плюханье, направился в ближайший лесок – посижу в тенечке, а вечером попробую все-таки искупаться.

Усевшись у дерева так, чтобы деревня и окрестности были видны достаточно хорошо, постепенно расслабился и закрыл глаза. Тихо, тепло, легкий ветерок… Я уже начал задремывать, как вдруг услышал сбоку шорох. Осторожно скосил глаза и увидел Теру, внимательно смотревшую на меня. При дневном свете она выглядела гораздо лучше, чем вчера вечером. Чистенькая, с длинными светлыми волосами, в нарядном платье. Правильное лицо, синие глаза и пухленькие губки. Чем-то напоминает прибалтийку. Смотреть было приятно, но я дал себе зарок друзей не заводить. Пришлось грубить сразу:

– Чего надо?

Девушка вздрогнула.

– Соскучилась, увидеться захотелось. Можно я рядышком посижу?

– Садись, места не куплены.

Тера осторожно приблизилась и уселась рядом со мной, аккуратно поджав ноги. Я постарался снова закрыть глаза, но внимательный взгляд Теры меня беспокоил.

– Жениться я не обещал!

Тера чуть улыбнулась.

– Не обещал, – согласилась она.

– И вообще, рядом со мной, в лесу… Могут подумать что угодно.

Тера улыбнулась еще шире:

– После ночи на постоялом дворе – куда уж больше.

Я немного забеспокоился:

– У тебя будут неприятности? Что в деревне-то говорят? – То, что неприятности должны быть в первую очередь у меня, в голову почему-то не пришло.

– Да разное. А девчонки завидуют.

– Чему? – не понял я.

– Так ведь не каждый день благородный воин приглашает простую девушку в свою постель. Да еще такой ласковый и умелый.

Я невольно заерзал:

– Не такой уж и благородный. И не так уж и приглашал. Наверное, и замуж теперь никто не возьмет.

– Почему? – удивилась Тера.

– Ну как же – я ведь был у тебя первым. – Пусть запоздало, но я уже начал раскаиваться в своем поступке.

Тера с улыбкой перебралась поближе ко мне и прижалась плечиком. Теперь я не стал ругаться.

– Глупенький. Если на деревенскую девушку обратил внимание господин, значит, она очень хорошенькая. А если еще и родит, да еще и мальчика, то это для нее вообще лучше всякого приданого.

– Почему?! – опешил я.

– Потому что сразу ясно, что она не «пустая» и может нарожать еще много детей. А первенцем-мальчиком любой муж гордиться будет.

– Почему?! – еще больше растерялся я. – Ведь сын будет от меня?

– Семя твое, но растить и воспитывать ведь будет муж. И для сада берут семена от лучших деревьев, но вот когда дерево вырастет, гордиться им будет новый хозяин. – Она мечтательно прикрыла глаза. – И будет у меня сын большой и красивый, умный и смелый. Совсем как ты.

Я невольно покраснел:

– Ты ведь меня совсем не знаешь. И еще неизвестно, что у нас получилось.

Тера окинула меня откровенно собственническим взглядом и чуть улыбнулась:

– А мы еще несколько раз попробуем, чтобы наверняка…

Чувствуя некоторый дискомфорт от такого неожиданного предложения, я попытался отвертеться:

– Здесь не совсем удобно – люди могут пройти. Да и грязный я, несколько дней не мылся, не брился.

– Ничего. – Тера плавно потянула завязку на своем платье. – Зато я чистенькая…

Мой взгляд невольно скользнул по открывшемуся богатству. Тера еще ближе подвинулась ко мне, я почувствовал тонкий аромат молодой здоровой женщины, и вся моя решимость вести уединенный здоровый образ жизни сразу рухнула. Уже судорожно стягивая с себя рубаху, дал себе новый зарок: «Только сегодня и только с Терой, а больше – ни-ни». Но об этом я подумаю позже…

В очередной раз исполнив свой приятный долг, я распластался на земле и попытался немного успокоить дыхание. Тера не была красавицей в смысле 90–60–90, но все в ней было настолько к месту и в такой приятной пропорции, что заводился я моментально. И если не случится ничего сверхординарного, то есть шанс побить свой прежний рекорд по количеству и продолжительности в течение одного дня. Вот только немного отдохну, а потом мы еще попробуем… Я снова ощутил поднимающуюся внутри волну желания.

Тера пришла в себя первой. Долго смотрела на меня с непонятной улыбкой. Потом облокотилась на руку и ласково вытерла пот у меня со лба. Хотела что-то сказать, но вдруг ее взгляд переместился куда-то мне на спину. На всякий случай я бросил взгляд по сторонам – мало ли кто приперся, – но вокруг было тихо. Снова повернулся к Тере, но она меня уже не видела. Вернее, все ее внимание было обращено на мою спину. Наклонившись, она стала осторожно водить пальчиком по коже, выводя какие-то плавные линии.

– И что ты там нашла интересного?

– У тебя на спине большой рисунок. Он непонятный, меняет цвет, яркость и как будто живет своей жизнью.

– И что там нарисовано?

– Пока не пойму – он прячется от меня. Но явно какой-то зверь.

Ладно, хоть не инвентарный номер, мелькнуло у меня в голове. А то ведь эти сволочи из съемочной группы могли и его нарисовать, чтобы я случайно не потерялся.

Тера неожиданно спросила:

– Тебе спать хочется?

– Стыдно признаться, но хочется. Может, я полчасика посплю, пока ты там картинки смотришь?

– Нет, лучше попробуй напрячь мышцы и разозлиться.

– Зачем и на кого? – Я невольно зевнул.

– Представь, что за тобой пришли твои враги и смотрят на нас вон из-за того дерева!

Она еще не успела закончить, а я уже стоял, сжимая в ярости кулаки. Ну все, поймаю гадов и убью голыми руками! Ладно, если только убийства и разговоры снимали, но если они и за моими любовными подвигами подглядывали… Убью!

Сзади послышался сдавленный стон. Я резко повернулся, но вокруг никого не было. Только Тера почему-то закрыла рот рукой, стараясь не закричать.

– Что еще?!

– Золотой дракон!

– Что «дракон»?!

– У вас на спине, господин!

Я невольно похлопал себя по спине и почесался, но со спиной вроде все было в порядке.

– Ты можешь толком объяснить?

– У вас на спине татуировка золотого дракона!

– Да хоть черта лысого! – сплюнул я. – Чего орать-то? – Но потом до меня дошел смысл сказанного Терой. – Это плохо или хорошо?

– Так не бывает.

– Раз есть, значит, бывает.

Хотелось обругать Теру за непонятную панику, но она и так выглядела растерянной и ошеломленной. Опустившись перед ней на колени, я отвел рассыпавшиеся волосы с ее лица: