Девочка и мальчик - Герлих Гюнтер - Страница 25

— Слушай, накройся. А то еще простудишься, — говорит он и набрасывает на нее купальный халат.

Все, все вышло так, как Катрин часто видела в своих мечтах.

День промелькнул точно облачко на небе. Катрин и Франк еще раза два-три входили в воду и привыкли к холоду.

Их обнаженная кожа ощущает ветер, но они прыгают, перебрасываются мячом, а потом едят с аппетитом бутерброды, которые им приготовила бабушка, и пьют холодную сельтерскую.

И все это время они неумолчно болтают о том о сем, целуются и мечтают, а вечером бодро шагают назад к парому.

Народ на пароме не раздражает Катрин, ей хочется быть со всеми приветливой, всем улыбаться.

В доме у бабушки и дедушки их ждет обильный ужин.

— Ну, что, девочка, — спрашивает ее старый господин Лессов, — понравился тебе наш город?

— Да, мне все у вас понравилось, — убежденно отвечает Катрин.

— Так приезжай еще, — приглашает бабушка.

Поужинав, Катрин и Франк отправляются на вокзал, это недалеко, если идти между прудами.

Поезд переполнен, надежды получить сидячее место — никакой.

Франк и Катрин остаются в коридоре, усаживаются на свои сумки, сидят, тесно прижавшись друг к другу.

Сколько бы людей ни протискивалось мимо них, им это не мешает. У них такое чувство, будто во всем переполненном поезде они одни.

7

Бодо Лемке ждал, пока семья Шуманов не вошла в зал, и только в эту минуту подал знак своему ансамблю.

Мелодия старой здравицы звучит в современном ритме.

— Долгие годы нашим героям, долгие годы, ура, ура, ура!

Устроители праздника позаботились, чтобы ребята сегодня были в центре внимания, хотя Катрин, наоборот, хотелось бы быть незаметной, особенно оттого, что она не очень ловко чувствует себя в сшитом Габриель платье.

Главное дело у ребят уже позади — это выход на сцену кинотеатра, ярко освещенную прожекторами. Слова оратора взяли их за живое, пусть даже они не показывают вида. А теперь Катрин входит в зал под звуки ансамбля Бодо Лемке. За ней идут отец, мать, Габриель, брат Йорг, родители отца — дедушка Пауль и бабушка Эрна и веселая бабушка Герда, мать ее мамы. Муж бабушки Герды умер, но у нее есть друг, которого в их семье называют дядя, Фриц. Ладно хоть, что еще не все гости съехались. А те, кто в зале, заняты — ищут свои столы и места.

По лицу отца видно, что новомодное музыкальное приветствие пришлось ему не по вкусу, мать же напротив — смеется. Габриель сияет, рада сюрпризу, который приготовил ее Бодо для семьи; но больше всех смеются бабушка Герда и дядя Фриц.

«Хорошо, — думает Катрин, — что Франк не видит этого цирка. Он придет, хотя не мог сказать, когда точно».

День сегодня не слишком холодный и не слишком жаркий, как раз подходящий, чтобы справить праздник совершеннолетия.

— Место рядом с собой займи, — советует мать Катрин, — для твоего друга.

— Ты так строго всех рассадила, мама.

— Ну, для начала порядок должен быть. А уж кто с кем потом сядет, дело другое.

Катрин вдруг почувствовала себя одинокой. Дома лежат подарки, она их даже как следует не рассмотрела. Оказалось, что подарков много, напрасно отец распространялся о скромности и рамках.

Катрин мечтает о мопеде. На мопеде Франка она уже не раз ездила, он ее учил, за городом. Может, ее заработка за лето и подарка к нынешнему празднику хватит на мопед. Через две недели, когда ей исполнится пятнадцать, она сдаст экзамен и получит водительские права.

Ансамбль Бодо заиграл вальс.

— Не для нас с Гердой, — сказал дядя Фриц, — да и не для тебя, наша героиня.

— Бодо может кое-что еще, — говорит Катрин, — Герда останется довольна.

— А я всегда довольна, Катринхен, — подхватывает бабушка Герда, энергично встряхивая золотистой копной волос, и ей никак не дашь ее шестидесяти лет.

Для дедушки Пауля и бабушки Эрны эти пререкания подходящий повод вступить в разговор.

Предмет обсуждения — старая-престарая тема их семейных сборищ: что можно себе позволить, а что нет, нынче и вообще.

Катрин хочется сбежать, глянуть, что делается в других местах зала. В дальнем углу танцует молодежь, Бодо Лемке отлично понимает, что нужно им сыграть.

Но вот приходят еще гости, и каждый в зависимости от характера и наклонностей поздравляет Катрин Шуман с новым периодом в ее жизни.

Наконец появляется Франк. На нем белые брюки и светлая рубашка, легкую куртку он небрежно набросил на плечи. Катрин сразу же вспоминает воскресенье на берегу Штральзунда.

Да, это ее Франк, элегантный и уверенный в себе. Сердце у Катрин чуть заколотилось, ведь сидящие за столом во все глаза смотрят на Франка, когда он останавливается перед ней. Катрин побаивается острого язычка дядя Фрица и слишком четко направленных вопросов бабушки Герды.

Франк склонился перед Катрин, протягивает ей большой букет и узкую коробочку.

Мать поднимается со своего места, громко представляет:

— Это Франк. Друг Катрин, — И, обратившись к Франку, говорит: — А это наше семейство. Нет смысла называть каждого. Со временем вы всех узнаете.

Катрин смотрит на мать, та едва заметно улыбается, но она заслоняет отца, и Катрин не знает, какими глазами он смотрит на происходящее.

Франк слегка кланяется. Бабушка Герда в упор разглядывает его, не забывая, однако, лакомиться тортом.

— Этот стул, — говорит Катрин, — я оставила для тебя.

Франк сел, повесил на спинку свою куртку. И с Катрин как-то сразу схлынула скованность — Франк пришел и сидит рядом с ней, словно это само собой разумеется.

А тут отец наклонился к нему.

— Хочешь выпить? — спрашивает он.

— Охотно.

— Водку? Коньяк?

— Коньяк, если можно.

Отец наливает две полные рюмки.

— Со свиданьицем, — говорит он и пьет. Франк тоже выпивает свою рюмку до дна.

— А теперь угощайтесь, — предлагает мать.

Катрин поставила цветы в вазу, которая была на столе.

Перед ней лежит та самая узкая коробочка.

— Можешь заглянуть, — говорит Франк.

— Ясное дело, — поддерживает его Габриель. — Не обязательно ждать до вечера. Не мучайся.

«Это значит, — думает Катрин, — не мучай меня».

Она открывает коробочку, и в руках у нее взблескивают маленькие дамские часики.

— Ой, это невозможно, — тихо говорит она Франку, краснея от смущения и радости.

Все хотят взглянуть на часы. Катрин понимает, что это дорогой подарок.

— Самое правильное — надень их сейчас же. Тогда все без труда разглядят, — предлагает Габриель.

— Большое спасибо, — благодарит Катрин Франка.

Она пытается застегнуть браслет, Франк ей помогает.

Очень удачно, что к столу подходит Бодо Лемке — у ансамбля перерыв.

— Ну-с, — говорит он, — вам тут явно хорошо. Торт и кофе всем по вкусу.

— Вы бы что-нибудь веселенькое сыграли, — просит дядя Фриц, — нам же тоже хочется поплясать.

— Все впереди. Не торопись. Это мы аккомпанировали кофепитию. Или вы хотели бы лихой рок к кофе? У вас бы чашки полопались.

За столом все опять оживились, продолжают прерванные было разговоры. А Габриель для своего Бодо припасла по куску от разных тортов. Торты бабушки Эрны пользуются огромным успехом, но Франк ест мало.

Катрин то и дело глядит на часы. Это не просто часы, это еще и изящное украшение.

— Ты сделал мне очень дорогой подарок, — говорит она Франку.

— Подумаешь, главное, чтоб тебе нравился. Будешь все время обо мне помнить. На часы смотрят часто. — Франк как-то странно поглядывает на нее и говорит очень серьезно.

— Вы ничего не едите, — качает головой мать.

— Все очень вкусно, — заверяет ее Франк, — только я плохой едок.

Катрин знает, что это не так. У своей бабушки Франк здорово наворачивал. Правда, после целого дня, с солнцем, ветром и водой, этого чудесного дня на берегу Штральзунда. Когда удастся им провести еще такой день?

На сцене ансамбль занял свои места.