Любовь Вампира (СИ) - Романчик Анастасия Владимировна - Страница 50

Бериан не стал надолго задерживаться и возле восьмой картины, где ту же женщину сложно рассмотреть среди снегов. Страшно холодно. Марине казалось, что у нее отваляться руки, если она еще хотя бы секунду лишнюю постоит возле нее.

Девятую и десятую Марину не помнила, так как потеряла сознание от давления, словно на нее в один миг свалилась тонна камней. Из носа пошла кровь. В бессознательном состоянии «супруг» подтянул «жену» к одиннадцатой картине и привел ее в себе тем же зельем. Девушка разрыдалась, смотря на голубые волосы и голубые глаза королевы морских змей. Поток слез так силен, что невозможно остановиться. Вспомнились самые печальные моменты ее жизни, и она не могла успокоиться. На двенадцатой Марина впала в истерику и едва не билась головой об пол.

Бериан буквально притащил ее за шкирку к тринадцатой, тут девушка впала в ступор, словно статуя. Среди кристаллов скрывалась платиновая блондинка с карими глазами и застывшей на лице улыбкой.

Опять вампиру пришлось тащить «супругу», только на этот раз она вообще не двигалась, находясь под воздействием четырнадцатой картины.

Пятнадцатая и шестнадцатая. Притяжение земли и море голосов, непонятных едва слышных. Марина не видела, кто изображен на холсте, у нее едва не взрывалась голова от чужой речи. Она снова свалилась снопом.

— Еще чуть-чуть, — произносит вампир и поит ее зельем.

Семнадцатая и восемнадцатая. Умиротворение покой и нечто еще. Салатовые волосы и точно такие же глаза. Среди растений еще одна королева улыбалась и дарила тишину и шелест листьев. Марина словно наяву слышала, как они шелестят. Вот подойдешь и сможешь потрогать ароматные и яркие цветы, ощутить их бархатные лепестки пальцами. Но девушка смутно понимала, что это всего лишь картина, пусть и нарисованная настоящим гением. Изображение не портал в другое измерение, как бы этого не хотелось. Оно не приведет в другой мир.

Вампир едва оттащил ее к девятнадцатой и последней картине — двадцатой. Свет. Всепроникающий свет дарила она. На душе светло и радостно, все прежние горести и печали забыты, есть только свет.

— Ты сможешь посмотреть сразу на три картины братьев? — спросил Бериан встревожено, проводя перед ее носом баночкой с мерзким резким запахом.

— Наверное.

— Наверное, или сможешь?

— Смогу.

Она явно не рассчитала силы. Портреты трех родных братьев, трех совершенно разных мужчин находились рядом. Джим, Кантор и Анирэл. Сначала Марина взглянула в голубые глаза, затем в зеленые и, встретившись с сапфировыми очами, лишилась сознания. Надолго.

Бериан долго хлопал девушку по щекам, пытаясь привести ее в сознание. Она открыла с легким вздохом глаза и медленно приподнялась.

— «Что это было?» — спросила Марина.

— «Теперь ты понимаешь, почему дальше третьей картины никто не доходит?» — вампир тоже находился под впечатлением, но на нем не так сильно отразилось странное воздействие картин.

— «Так, слегка… но не понимаю, что происходит, когда на них смотришь».

— «Король драконов не просто рисовал красивые картинки, передавая образ, что видел, а вкладывал свою душу в рисунок. И то, что ты почувствовала это его душа».

— «Ни хрена себе! — прокомментировала девушка, дальше и вовсе сквернословя. — А почему на тебя это по-другому действовало?»

— «Потому что меня и хранителей создала одна и та же сила, мы знаем о ней и верим в нее. Из-за нашей схожести, в отличие от людей, мы понимаем, что вложил в свои творения король драконов. В первую очередь — мощь света».

Марина повернулась и увидела статую, скромно расположенную в сторонке. Она раскрыла рот от изумления. Даже протерла глаза, чтобы удостовериться в правдивости видения. Перед ней стояла она… стеклянная. Нет, нет, не Лакиль, а Марина. Не та статуя, рассматриваемая девушкой ранее, а другая. Маринка подошла к ней и коснулась пальцем.

— «Никогда не понимал их, зачем надо было ее воровать? — хмуро заметил Бериан в негодовании. — Она же никому не мешала, стояла себе в парке! Нет, надо стащить!»

— «Бериан, ты знаешь, кто ее сотворил? Я хочу знать его имя», — попросила Марина, с мольбой глядя на вампира.

— «Нет!» — грубо отрезал.

— «Что нет?»

— «Нет, значит, нет! Идем!»

Ну вот, испортил все очарование. Марина успела посмотреть на табличку, на которой написано: «Стеклянный мастер». Хотя бы псевдоним будет знать, и она его обязательно найдет.

Бериан покинул ее едва они вышли к гостям короля, оставил на попечение сестрицы. Он отправился искать брата. Вампир нашел его скрывающимся за деревом, чем немало удивился, хотя и не показал этого.

— Ты что тут делаешь? — спросил Бериан.

— От брата короля Суаша прячусь, он меня достал! — огрызнулся брат.

— Чем?

Серебряные глаза нехорошо сверкнули.

— Тем, что лапает меня! У меня на попе скоро будет синяк от его посягательств! Что за люди?! Никакого покоя!

Каларин явно хотел, что-то сказать, но слишком много свидетелей и тех, кто мог подслушать. Они не решились разговаривать вслух. Пришлось изображать страстный поцелуй. Сколько омерзения получили оба не передать словами, но нужно играть роль, а за ними ведь наблюдали. Вот какой состоялся между ними мысленный разговор:

— «Что ты узнал?» — спрашивает Бериан, стараясь, отбросить мысль, что целует в губы собственного брата.

— «Это дело гораздо запутаннее, чем нам казалось вначале».

— «А в чем дело?»

— «Я узнал имена клиентов, и то, что в деле может, быть замешан сам король. Нужно искать похитителей среди людей богатых и состоятельных. Круг, заметь, сузился. Но самое страшное, что за всем этим могут стоять адские эльфы».

Бериан страстно обнял брата.

— «Ты издеваешься!»

— «Вчера я ходил к Жабе, к информатору, а сегодня утром его нашли мертвым, тот же почерк. Ты понимаешь, в какое дерьмо мы влезли?»

— «Ага, и что бросать дело и передать его кого-нибудь другому? Например, ариантам или веронам?»

— «Бериан, если адские эльфы доберутся до охотников, они уничтожат всех. Мы не может подставить своих. Они умеют скрываться и принимают любой облик, сначала разберемся с этим делом, как и планировали. Адских эльфов пока не трогаем».

— «Что ты решил?»

— «Обратиться к эльфам света. Мы адским эльфам не противники, даже если привлечь к делу Ориса. Ничего решить самостоятельно мы не сможем. Нам нужна их помощь».

— «Ты думаешь, они ответят?»

— «Не знаю, но мы должны попробовать, бояться легко, а сражаться тяжело».

— Какая пикантная сцена, я просто в умилении, — прозвучал голос Вериа над ухом.

Оба брата с радостью оторвались друг от друга и посмотрели на «супруг». Марина едва не ржала, отыгрывалась за испорченное утро.

— «Ну, как целоваться с братом?» — спросила ехидно она.

— «Не лучше чем с адским вампиром, который любит тепленькое».

Марина поперхнулась. Нет, в ехидстве его не переспоришь, у него фора в пятьдесят лет. Он ни капли не потерял самообладания, даже после того как страстно целовался с родным братом. В конце концов, это же брат и им приходилось играть роль перед высшим обществом. Нужно соответствовать образу, как бы неприятно было бы.

— «Ударь меня веером», — подсказал вампир.

Девушка так сильно замахнулась, что сломала зеленый шикарный веер, а заодно свою руку и челюсть муженька вывихнула.

— Дура, — захрипел Бериан, схватившись за пострадавшую часть лица, пока она прыгала, держась за сломанную конечность. Называется, отомстила…

Глава 21

Три дня Сирена заставляла Лиму затормаживать время и тренировать что вол на поле. Девушка начала неплохо кататься и могла ловить шарик на огромной скорости, но ее движения еще далеки от совершенства.

Вскоре Сирена организовала турнир. Она приказала магам разослать приглашение горожанам и журналистам, что могли транслировать игру на всю планету. Особенно ее интересовало, чтобы люди находящиеся на улице могли увидеть зрелище. Для нее это важно. Чем больше людей посмотрят, как они играют, тем лучше. Нужно, чтобы люди стали заинтересованными в игре под названием льюрмарк.