Механический принц - Клэр Кассандра - Страница 70

– Неужели все было напрасно? Ведь Анклав учтет, что мы столько узнали и…

– Вряд ли. Они и так пошли мне навстречу. Самое время идти на поклон к Бенедикту Лайтвуду и передать ему Институт!.. Тут и делу конец.

– А что скажет Генри? – спросил Джем.

И он, и Шарлотта уже успели переодеться в обычную одежду. Он был в белой рубашке и коричневых суконных брюках, Шарлотта в скромном черном платье. Когда Джем повернулся, Тесса заметила, что рука его все еще испачкана в запекшейся крови Уилла.

Шарлотта грубо фыркнула, напрочь забыв о хороших манерах.

– Да что он скажет! – устало вздохнула она. – Думаю, он настолько потрясен тем, что его игрушка сработала, что просто не знает, куда деваться. Даже не пришел сюда – наверно, винит себя, ведь Уилл и Тесса оба ранены.

– Если бы не его изобретение, мы все погибли бы, а Тесса попала в руки к Магистру.

– Вот и объясни ему это сам! Я тщетно пыталась…

– Шарлотта, – ласково сказал Джем, – я знаю, о чем все шепчутся у тебя за спиной. Ты и сама догадываешься. Но Генри действительно любит тебя. Там, на складе, когда он подумал, что ты ранена, он чуть с ума не сошел. Видела бы ты, как он бросился на автомат…

– Джеймс! – Шарлотта потрепала юношу по плечу. – Спасибо, конечно, но я никогда не приму желаемое за действительное. Генри обожает свои изобретения, я для него всегда буду на втором месте, и то если повезет.

– Шарлотта, – устало перебил ее Джем, но тут к ним подошла Софи с тряпкой в руке.

– Миссис Бранвелл, – тихо сказала она. – Мне нужно вам кое-что сообщить.

– В чем дело, Софи? – удивилась Шарлотта.

– Пожалуйста, выслушайте меня, мэм!

Шарлотта коснулась плеча Джема, что-то прошептала ему на ухо и кивнула Софи:

– Ладно, пойдем, поговорим в гостиной.

Когда Шарлотта выходила вместе с Софи, Тесса с удивлением заметила, что горничная куда выше своей хозяйки. В ее присутствии все забывали, насколько она хрупкая и миниатюрная. А Софи была такая же высокая, как Тесса, и стройная, как ива. Тесса вспомнила ее в объятиях Гидеона Лайтвуда и встревожилась.

Когда дверь закрылась, Джем облокотился на спинку кровати и склонился к Тессе. Он внимательно посмотрел на нее со смутной улыбкой на лице, руки безвольно висят, на костяшках пальцев и под ногтями – запекшаяся кровь.

– Тесса, моя Тесса! – ласково проговорил он, и она вспомнила нежный голос его скрипки. – Я знаю, ты не слышишь меня. Брат Енох говорит, рана твоя неопасна. Не могу сказать, будто слова его звучат убедительно. Когда Уилл говорит, что мы не очень заблудились, это значит, мы еще долго будем бродить по совершенно незнакомым улицам…

А потом он перешел на шепот, и девушка не знала, не снится ли ей это. Хотя так хотелось верить, что все было на самом деле.

– Я никогда не боялся, – продолжил он. – Ну, в смысле, потеряться. Если знаешь, что у тебя на душе, то невозможно потеряться по-настоящему. Но я не смогу жить дальше, не зная, что на душе у тебя. – Он в изнеможении прикрыл глаза, и она увидела, какие тонкие у него веки, тонкие, как пергамент. Он выглядел совершенно измотанным. – Wo ai ni, Тесса. Wo bu xiang shi qu ni.

Ни слова не зная по-китайски, она поняла все: Я люблю тебя. И не хочу тебя потерять.

«Я тоже не хочу тебя терять», – попыталась сказать она, но слова так и не слетели с губ. Слабость накрыла ее темной волной, и наступила тишина.

Снова темнота.

В камере было очень темно, и Тесса буквально осязала бесконечное одиночество и страх. Джессамина лежала на узкой койке, длинные белокурые волосы бессильно свисали вниз. Тесса одновременно парила над ней и ощущала себя внутри ее головы. Там царило безграничное чувство утраты. Она каким-то образом узнала, что Нат мертв. Раньше, когда Тесса пыталась проникнуть в ее сознание, она никак не могла преодолеть сопротивление девушки, но теперь там была лишь глубокая печаль, расплывавшаяся, как капля чернил в стакане с водой.

Карие глаза Джесси открыты и смотрят во тьму. «Я потеряла все. – Слова прозвенели в голове Тессы, как звонкий колокольчик. – Я предала Сумеречных охотников ради Ната! Теперь он мертв, Мортмэйн хочет убить меня, а Шарлотта презирает. Я поставила на кон все и проиграла!»

Тесса увидела, как Джессамина сняла с шеи тонкую цепочку с кольцом. В нем сиял маленький бриллиант. Зажав его в руке, она принялась писать на стене.

ДГ. Джессамина Грей.

Наверно, она хотела написать что-то еще, но Тесса так никогда и не узнала что именно. Джессамина нажала чуть сильнее, и камешек брызнул крошками, разлетевшись в пыль. Рука чиркнула по стене, сбивая костяшки в кровь.

Тесса сразу поняла, о чем Джессамина подумала: даже бриллиант оказался подделкой. Девушка всхлипнула, бросилась на кровать и зарылась лицом в грубое одеяло.

Когда Тесса очнулась снова, было темно. В высокие окна лазарета струился звездный свет, на столике возле кровати горел колдовской светильник. Рядом стояла чашка горячего травяного настоя и блюдце с печеньем. Она попыталась сесть, потянулась к чашке и замерла.

На соседней кровати сидел Уилл в просторной рубашке, брюках и халате. В призрачном свете звезд кожа его казалась очень бледной, но глаза оставались ярко-синими.

– Уилл, а почему ты не спишь?

Неужели он сидел у ее постели? Это не похоже на Уилла, такого не может быть.

– Принес попить, – немного натянуто ответил он. – Кажется, тебе снился кошмар.

– Неужели? Не помню, что мне снилось. – Она натянула одеяло до подбородка, хотя ночная рубашка была более чем целомудренной. – Кажется, я пыталась спастись во сне, думала, что настоящая жизнь – это кошмар, и только во сне я найду покой.

Уилл взял кружку и присел рядом с Тессой:

– Вот, попей.

Она послушно взяла кружку. Отвар оказался горьковатым, с привкусом лимонной цедры.

– Что это?

– Успокоительное, пей.

Она удивленно посмотрела на него, чувствуя во рту лимонную свежесть. Все вокруг было как в тумане, наверно, Уилл ей просто снился.

– Как твои раны? Тебе больно?

Он покачал головой:

– После того, как извлекли осколки, они смогли использовать иратци. Раны еще не совсем зажили, но скоро они затянутся. Назавтра станут шрамами.

– Везет же некоторым. – Она отпила еще немного настоя, и голова закружилась. Тесса коснулась своей повязки: – Моя рана будет долго заживать.

– Зато теперь ты похожа на пирата!

Она натянуто рассмеялась. Уилл сидел так близко, что она чувствовала жар его тела.

– Тебя лихорадит?

– Иратци всегда повышает температуру – это ускоряет выздоровление.

– Понятно, – ответила она.

Уилл склонился к девушке, и по телу ее пробежала дрожь, казалось, каждый нерв вибрировал. Но не было сил отодвинуться.

– Мне жаль, что так вышло с твоим братом, – тихо сказал он, и девушка снова вздрогнула, когда горячее дыхание коснулось ее волос.

– Да неужели! – горько прошептала она. – Знаю, ты думаешь, что он получил сполна. Может, и так…

– Моя сестра тоже умерла, и я ничего не мог поделать! И мне действительно жаль, что твой брат погиб.

Она взглянула на него. Снова это лицо – идеально очерченные скулы, губы, синие глаза, и в каждой черточке – тревога. Тревога за нее. Тессе стало жарко и душно, в ушах зазвенело – она снова уплывала в небытие.

– Уилл, – прошептала она, – Уилл, я как-то странно себя чувствую…

Уилл забрал у нее кружку и потянулся, чтобы поставить ее на столик с другой стороны кровати, слегка задев ее плечом:

– Позвать Шарлотту?

Она покачала головой, понимая, что все это сон. Ей снова казалось, что она парит над своим телом и одновременно находится в нем же, как тогда, когда ей снилась Джессамина. Значит, можно не стесняться. Уилл озабоченно склонился над ней, и Тесса прижалась к нему, положила голову ему на плечо и прикрыла веки. Он чуть не подпрыгнул от неожиданности.