Обратная сторона пути - Панкеева Оксана Петровна - Страница 98

— Я заглянула в тебя, — просто ответила она и, затянув последний бантик, чинно присела рядом. Этого еще не хватало! Получается, ее и обмануть не так просто будет? Впрочем, непросто — не значит невозможно. Правда — она тоже разная бывает. Можно попробовать.

— Хорошо, — неохотно согласился он. — Я не стану его убивать и заберу отсюда. Но привести его в поселок я не могу. Ты представляешь, каково будет моему отцу видеть убийцу сына и не иметь возможности ничего с ним сделать? К тому же он не совсем нормальный, и я не удивлюсь, если он не удержится… В общем, я отвезу этого… в другое место. Не потому, что мне его жаль, а потому, что мне жаль родных. И не хочется лишних конфликтов. Такой вариант тебя устроит?

— Только не пытайся обмануть. Я узнаю, если с ним что-то случится.

— Обещаю — ни слова неправды. Итак, мы договорились?

— Да. Поторопись. — Ее глаза опять стали жалобно-умоляющими. — Ведь ему больно…

— Вот это как раз нет. — Ухмылка получилась не к месту и не на пользу делу, но удержаться он опять не смог. — В тот самый момент, когда Повелитель скончался, его призванные черви рассеялись. И теперь твой ненаглядный приятель наслаждается избавлением от боли. Или просто спит. Скоро узнаем точно. А сейчас я прикажу отвести тебя обратно в твой бокс, собирай вещи и жди. Я все улажу и приду за тобой.

Когда немногословные охранники увели девушку, а торчащие под дверью зомби получили разрешение войти и приступать к уборке, Кайден перевел дыхание и вдруг понял, что все его действия были продуманы ровно до этого момента. Боясь спугнуть удачу, он даже в мыслях не позволял себе строить планы и теперь просто не знал, что делать дальше. Сходить к Нимшасту, посмотреть на его успехи (вернее, отсутствие оных)? Нет, пожалуй, пока не стоит. Он же ненормальный, одним богам ведомо, в чем выразится его скорбь по безвременно ушедшему Повелителю. Взбредет в голову какая-нибудь нездоровая идея или просто дурь взыграет, и как с ним справиться в одиночку? Сначала надо собрать всех своих, объяснить им ситуацию и сказать, что они возвращаются домой, они отныне никому ничего не должны, они могут не беспокоиться больше за жизни своих матерей и сестер, они могут найти себе жен и жить, как нормальные люди… Если среди семнадцати магов-куфти найдется хоть один желающий остаться и служить Нимшасту, как прежде служил Повелителю, то мэтр Кайден ничего не смыслит в жизни и в людях. Да, так и надо сделать и с Нимшастом говорить уже при поддержке семнадцати товарищей… ох, нет, шестнадцати. Совершенно забыл, ведь Хума отправился с наставником, да так и застрял в чужом мире, никому не нужный и всеми забытый… как бы его обратно вернуть? Ладно, об этом можно подумать позже. А сейчас… ах да, чуть не забыл. Прежде чем покинуть покои Повелителя, надо сразу прихватить отсюда все, что нужно, а то вдруг потом не удастся сюда вернуться.

Одежда покойного все еще висела на стуле, сложенная складочка к складочке, — Повелитель был человеком аккуратным и вещи по полу не разбрасывал, как некоторые. Ключи от кабинета, сейфа и шкафов лежали в кармане, как и обычно. Замок на двери можно было и отмычкой открыть — в прошлый раз Кайден так и поступил, — но ключом всяко удобнее. Тем более что от отмычки он избавился, как только Харган с Нимшастом принялись за поиски наставника, и, как оказалось, правильно сделал…

Отперев сейф, он осторожно извлек футляр с жезлом и завернул на всякий случай в полотенце — чтобы в глаза не бросалось. С любопытством оглядел остальные волшебные вещи, но брать что-либо еще не осмелился, помня, во что обошлись игры с незнакомыми артефактами одному любопытному демону. Пересмотрел тетради с записями Повелителя, выбрал одну, пролистал и аккуратно вырвал из середины несколько листов. Сомнительно, чтобы Нимшаст дерзнул продолжить дело наставника и воспользоваться его знаниями для себя, но уверенным быть нельзя. От этого психа чего угодно можно ожидать, вскружит ему голову власть, возжелает, как Повелитель, стать богом, полезет в его записи искать способ и, чего доброго, наткнется на упоминание, что самое подходящее место Силы для подобного ритуала — все та же многократно проклятая гробница Ушеба. А тот малозначащий факт, что выброс Силы во время ритуала уничтожит все живое в нескольких ближних провинциях, его взволнует ничуть не больше, чем покойного наставника. Незачем ему такие вредные знания. Обойдется.

Следующие полчаса Кайден просидел у рации, собирая разбросанных по Оазисам соотечественников. Потом еще минут десять объяснял им суть дела. Потом еще с полчаса носился по этажам и раздавал указания. За это время даже самый бестолковый маг мог убедиться, что у него покойник не поднимается, и начать искать другое решение, но Нимшаст так и не появился. То ли у него мозги заклинило и он до сих пор тупо и настойчиво повторял свои попытки, то ли счел Кайдена недостойным совместного обсуждения проблем, то ли просто отчаялся и сейчас рыдает в истерике.

Когда все приготовления к последнему разговору были завершены и Кайден уже собирался сам отправиться в лаборатории на поиски правой руки, тот наконец появился. Похоже, третий вариант оказался самым простым и самым верным — все это время впечатлительный лич предавался своему бесконечному горю, причем, судя по его виду, весьма бурно — одежды на нем местами были разорваны, и сквозь прорехи виднелось усохшее мумифицированное тело.

— Ну что? — Вопрос звучал по-дурацки, но спросить все же следовало.

— Ничего, — горестно помотал головой Нимшаст.

— То есть как? Ты не смог поднять покойника? При твоей-то квалификации?

— Ты помнишь, как мы Харгана поднимали?

— Только не говори мне, что Повелителя тоже забрало к себе какое-то божество! Я в это не поверю!

— Нет, конечно… — Тихий и несчастный Нимшаст обессиленно рухнул на ближайший стул и картинно подпер пальцами лоб. — Он просто упокоен. Как обычная нежить. Только и того, что красиво. Мы не сможем его поднять.

— Мне жаль. — Кайден постарался, чтобы это прозвучало сочувственно.

— Ты выяснил, что там у них случилось?

— Нет. Она сама ничего не знает о механизме действия своей магии. Знает лишь одно — всегда случается что-нибудь хорошее. Но это с живыми. Почему так вышло с Повелителем — можно думать что угодно. То ли на нежить волшебство нимфы действует в обратную сторону, то ли ее сил просто не хватило, чтобы его воскресить. В любом случае, она точно ни в чем не виновата. Я проверил, она не врет.

— Нет, не может быть, чтобы это вышло случайно! Почему тогда ее так стремились не пустить к Повелителю? Они знали, что так будет, и нарочно притворялись и лгали!

— Если и так, ее разыграли втемную. И того шпиона тоже. Ни он, ни она ничего не знали, можешь мне поверить, уж его-то я изучил вдоль и поперек.

— И что нам теперь делать?

— Ну, что касается меня, то я уезжаю домой. И все наши уезжают со мной. Мы обещали служить Повелителю до тех пор, пока будем нужны ему, и вот настал час, когда мы больше ему не нужны. Я забираю с собой нимфу, ее дикаря и один из артефактов Повелителя. Вот этот. Тебе он все равно не нужен, его свойства могут представлять ценность только для живых. Ах да, еще шпиона прихвачу, я с ним не закончил, а просто убить его было бы слишком легко и слишком быстро. Все. Больше мне ничего не нужно. Остальное твое. Теперь ты здесь повелитель.

Нимшаст поднял голову и потрясенно уставился на него.

— Как? Ты меня бросаешь? В такой момент?

— А зачем я тебе нужен? Ты сам могущественный маг, неуязвимый и практически бессмертный, ты справишься и без меня.

— Но что я буду делать?

— Да что хочешь. Можешь продолжить дело наставника, можешь на все плюнуть и спокойно искать свой филактерий, а можешь надеть белые одежды Повелителя и сделать вид, будто он никуда не пропадал. Только с голосом поработай, а то узнают.

— Я… — На правую руку Повелителя жалко было смотреть. — Я… не знаю…

— Ну, ты пока подумай, разберись, чего ты хочешь, время еще есть. Я никому ничего не скажу, сочтешь нужным — скажешь сам. А теперь давай прощаться.