Страхи мудреца. Книга 1 - Ротфусс Патрик "alex971" - Страница 63

Мы набрали несколько десятков книг по сигалдри, закрылись в одной из самых уединенных читальных норок на четвертом этаже и принялись проглядывать их одну за другой.

Поначалу мы надеялись обнаружить полную схему грэма, но по прошествии нескольких часов умерили свои аппетиты. Если не целую схему, то хотя бы ее описание! Или, может быть, упоминание о последовательности используемых рун… Или название одной-единственной руны… Намек. Подсказку. Обрывок. Кусочек головоломки.

Наконец я закрыл последнюю из книг, которые мы притащили в читальную норку. Книга гулко бухнула.

— Ничего не нашел? — устало спросила Фела.

— Ничего.

Я потер лицо обеими руками.

— Удача нам не улыбнулась.

Фела пожала плечами, поморщилась, подвигала головой, чтобы размять затекшую шею.

— Все равно, начать с наиболее очевидного было разумно. Но это, вероятно, те самые полки, которые хранисты прочесали по просьбе Килвина. Нам просто надо зарыться поглубже.

Издалека донесся бой часового колокола. Я удивился, как уже много времени. На наши изыскания ушло больше четырех часов.

— Ой, ты занятие пропустила! — сказал я.

— Да ладно, это всего лишь геометрия, — ответила Фела.

— Какая же ты замечательная! — сказал я. — Ну а что разумнее всего делать теперь?

— Долго и нудно копаться в хранилище, — сказала она. — Но это будет все равно что мыть золото. Десятки часов, и то при условии, что мы станем работать вместе, чтобы не дублировать уже сделанную работу.

— Можно попросить помочь Вила и Сима, — предложил я.

— Вилем здесь работает, — сказала Фела. — Но Симмон никогда не работал хранистом, он, скорее всего, только под ногами путаться будет.

Я взглянул на нее странно.

— А ты хорошо знаешь Сима?

— Да нет, не очень, — призналась она. — Так, изредка пересекались.

— Ты его недооцениваешь, — сказал я. — Его многие недооценивают. Сим умный.

— Да у нас тут все не дураки, — сказала Фела. — Сим, конечно, славный, но…

— В этом-то все и дело, — сказал я. — Он славный. Он добрый, людям это кажется слабостью. И радостный, людям это кажется глупостью.

— Да нет, я вовсе не это имела в виду! — возразила Фела.

— Я понимаю, — сказал я, растирая лицо. — Ты извини. Последние два дня выдались очень тяжелыми. Я думал, в Университете все не так, как в остальном мире, а тут как везде: все заискивают перед напыщенными мерзавцами вроде Амброза, а добрые души вроде Симмона отметают как простачков.

— Ну а ты кто такой? — с улыбкой спросила Фела, принимаясь собирать книги. — Напыщенный мерзавец или добрая душа?

— Потом выясню, — сказал я. — А пока что у меня есть более неотложные дела.

ГЛАВА 26

ДОВЕРИЕ

Хотя я был практически уверен, что за наведением порчи стоит не Деви, глупо было бы игнорировать тот факт, что у нее есть моя кровь. Так что, когда стало очевидно, что на изготовление грэма потребуется немало времени и сил, я понял, что пора навестить ее и убедиться, что она тут ни при чем.

День был мерзкий: холодный, сырой ветер пробирал до костей. У меня не было ни перчаток, ни шляпы. Пришлось накинуть на голову капюшон и спрятать руки под плащ, закутавшись в него поплотнее.

Когда я переходил Каменный мост, меня осенила новая мысль: может быть, мою кровь у Деви кто-то украл? Это выглядело логичнее, чем все остальное. Да, надо убедиться, что бутылочка с моей кровью хранится в надежном месте. Если бутылочка по-прежнему у Деви и с ней ничего не случилось, значит, Деви точно ни в чем не замешана.

Я дошел до западной окраины Имре. Там я зашел в трактир, выпить слабенького пивка и погреться у огня. Потом я пересек знакомый переулок и поднялся по узкой лестнице за лавкой мясника. Несмотря на холод и недавний дождь, в воздухе по-прежнему висел запах тухлого сала.

Я перевел дух и постучался.

Дверь открылась примерно минуту спустя, в узкой щелке показалось личико Деви.

— О, привет! — сказала она. — Ты как, по делу или просто в гости?

— В основном по делу, — признался я.

— Жаль, жаль!

Она отворила дверь.

Входя в комнату, я запнулся за порог, неуклюже натолкнулся на нее и на миг ухватился за ее плечо, чтобы не упасть.

— Извини… — смутился я.

— Ну и видок у тебя! — сказала она, запирая дверь. — Надеюсь, ты не за деньгами? Я не ссужаю денег людям, которые выглядят так, словно только что пришли в себя после трехдневного запоя.

Я устало плюхнулся на стул.

— Да нет, я тебе книжку принес, — сказал я, достав ее из-под плаща и положив на стол.

Она кивнула и слегка улыбнулась.

— Ну и как тебе старый добрый Малкаф?

— Сухой. Многословный. Нудный.

— Ага, и картинок маловато, — кивнула Деви. — Но это все не имеет отношения к делу.

— Ну, его теория восприятия как активной силы довольна интересна, — признал я. — Но он пишет так, словно боится, как бы его кто-нибудь не понял!

Деви кивнула, поджав губы.

— Ну да, и я подумала примерно то же самое.

Она протянула руку и подвинула книгу поближе к себе.

— А как тебе глава о проприоцепции?

— Такое ощущение, что его аргументация основана на глубочайшем невежестве, — сказал я. — В медике я встречал людей с ампутированными конечностями. По-моему, Малкафу таких видеть не приходилось.

Я наблюдал за нею, ища малейшие признаки вины, хоть какие-то намеки на то, что она наводит на меня порчу. Ничего подобного я не обнаружил. Она выглядела совершенно такой же, как обычно, бойкой и острой на язык. Но я вырос среди актеров. Я знаю, как много есть способов скрыть свои подлинные чувства.

Деви преувеличенно нахмурилась.

— Ты чего такой серьезный? О чем задумался?

— У меня к тебе пара вопросов, — уклончиво ответил я. Мне не хотелось начинать этот разговор. — И не о Малкафе.

— Ох, я так устала оттого, что меня ценят исключительно за интеллект! — она развалилась на стуле и закинула руки за голову. — Когда же я, наконец, сумею найти парня, которого будет интересовать только мое тело?

Она принялась было сладострастно потягиваться, но остановилась и удивленно уставилась на меня.

— Ну а как же пошутить? Обычно ты куда острей на язык!

Я вяло улыбнулся в ответ.

— Ты знаешь, у меня голова сейчас другим занята. Боюсь, мне сегодня не по силам состязаться с тобой в остроумии.

— Да я никогда и не думала, будто ты способен потягаться со мной в остроумии! — сказала Деви. — Просто, знаешь, хочется иногда поболтать о том о сем.

Она подалась вперед и сложила руки на столе.

— Ну, какие у тебя вопросы?

— Ты в Университете много занималась сигалдри?

— О, так это личное! — она вскинула бровь. — Да нет. Она меня не интересует. Слишком кропотливая работа, на мой вкус.

— Ты никогда не казалась мне женщиной, которая чурается кропотливой работы, — заметил я, снова заставив себя улыбнуться.

— О, уже лучше! — одобрительно кивнула Деви. — Я так и знала, что для тебя не все потеряно.

— Я так понимаю, у тебя нет никаких книг по высшей сигалдри? — спросил я. — Ну, из тех, которые ре'ларам читать не положено?

Деви покачала головой.

— Да нет. Зато у меня есть отличные работы по алхимии. Такое, чего и в ваших ненаглядных архивах не сыщешь!

Последнюю фразу она произнесла с горечью.

И тут головоломка у меня в голове сложилась вместе. Нет, Деви не настолько небрежна, чтобы позволить кому-то похитить мою кровь. И продать она ее не продаст. В деньгах она не нуждается. Против меня лично она тоже ничего не имеет.

Но Деви продаст даже свой глазной зуб ради того, чтобы попасть в архивы!

— Забавно, что ты упомянула алхимию, — сказал я как можно более ровным тоном. — Ты не слышала о такой штуке — «коринковый боб» называется?

— Слышала, конечно, — беспечно ответила она. — Редкостная пакость. У меня, кажется, и формула есть…

Она развернулась к полкам с книгами.

— Хочешь взглянуть?