Одинокий голубь - Матц Тамара П. - Страница 88

— Попробуй навьючить все на этих мулов, — велел он Пи.

— Может, удастся соорудить двухколесную тележку, — предложил Пи. — Передняя часть фургона еще ничего. Это зад весь разбился.

— Черт, Пи, да ты просто гений, надо же такое заметить, — восхитился Август.

— Наверное, придется съездить в Сан-Антонио, — сказал Калл. — Вдруг удастся нанять повара и купить новый фургон.

— Замечательно, я поеду с тобой, — предложил Август.

— Зачем? — поинтересовался Калл.

— Помочь оценить нового шеф-повара, — ответил Август. — Ты ведь жареную крышку от котла съешь, когда голоден. Лично меня привлекают кулинарные тонкости. Я испробую повара, прежде чем ты его наймешь.

— Не вижу смысла, — вмешался Джаспер. — У нас и так ничего съедобнее жареной крышки от котла нет. — Ему очень не нравилось качество пищи. — Только не нанимайте никакого любителя змей, — предупредил он. — Если мне придется еще есть змей, я подам в отставку.

— Пустая угроза, Джаспер, — заметил Август. — Если ты уволишься, не будешь знать, в какую сторону ехать. И кроме того, ты струсишь у первой же реки.

— Не надо тебе его по этому поводу дразнить, — проговорил Калл, когда они отъехали на приличное расстояние. Водобоязнь Джаспера — плохой предлог для шуток. Калл знавал взрослых людей, которые на столько боялись воды, что приходилось практически на каждой переправе давать им хорошего тумака, что бы они отключились. Трясущийся человек может запаниковать и вспугнуть все стадо. Джаспер Фант был хорошим работником, так что дразнить его по поводу водобоязни смысла не имело.

По пути в Сан-Антонио они проехали два поселка, всего лишь церковь и несколько маленьких магазинчиков, на расстоянии примерно десяти миль друг от друга, но все равно городки.

— Нет, ты только посмотри, — изумился Август. — Черт возьми, люди строят города повсюду. И это наша вина, сам знаешь.

— Это не наша вина и не наше дело, — возразил Калл. — Пусть люди поступают как хотят.

— Ну еще бы, ведь мы прогнали индейцев и перевешали всех стоящих бандитов, — сказал Август. — Тебе никогда не приходило в голову, что, скорее всего, все, что мы делали, это одна большая ошибка? Посмотри на все с точки зрения природы. Если бы мы не истребили большую часть змей, не мучились бы сейчас с крысами и паразитами. В этом смысле индейцы и бандиты делали ту же работу. Мы с тобой поубивали большинство тех, кто делал этот край интересным.

Калл промолчал. Это была одна из любимейших тем Августа, и, дай ему возможность, он будет распространяться об этом часами. Ни один здравомыслящий человек не хотел бы возвращения индейцев. Вот только здравомыслящий ли человек Август, вопрос открытый.

— Калл, тебе надо было жениться и нарожать штук шесть или восемь детей, — заметил Август. Если ему не удавалось развить одну тему, он тут же принимался за другую. Настроение Калла все еще не улучшилось. А в этих случаях разговорить его было трудно.

— С чего это ты взял? — удивился Калл. — Интересно, куда подевался Джейк?

— Да тащится где-нибудь, рвется поиграть в карты, я так думаю.

— Он должен был бы оставить эту девицу и присоединиться к нам, — сказал Калл.

— Ты меня не слушаешь, — пожаловался Август. — Я пытаюсь пояснить тебе, почему ты должен жениться. Если у тебя будет выводок детей, то и соответствен но целая армия, которой можно командовать, когда заблагорассудится. Мозги будут заняты, и ты не станешь впадать в тоску по пустякам.

— Не думаю, чтобы брак был хуже, чем разговоры с тобой, — произнес Калл, — но этого аргумента для меня недостаточно.

Они добрались до Сан-Антонио во второй половине дня, проехав мимо здания старой миссии. Мальчишка-мексиканец в коричневой рубашке гнал небольшое стадо коз.

— Слушай, давай возьмем немного коз в Монтану, — предложил Гас. — Козы весьма мелодичны, уж во всяком случае, лучше твоих коров. Они будут подпевать ирландцу, и у нас будет больше песнопений.

— Я предпочитаю купить фургон, — возразил Калл. Им повезло, и они купили фургон почти сразу в большой платной конюшне к северу от реки. Теперь требовалось купить еще пару мулов, чтобы оттащить фургон к стаду. К счастью, мулы оказались дешевы, по два доллара за штуку, а крупный немец, хозяин платной конюшни, бесплатно приложил к ним упряжь.

Август вызвался отогнать фургон к стаду при условии, если он сначала выпьет и прилично поест. Он многие годы уже не бывал в Сан-Антонио и удивлялся, сколько же появилось там новых заведений.

— Слушай, да он догонит Новый Орлеан, если не перестанет расти, — восхитился он. — Открой мы здесь парикмахерскую десять лет назад, были бы уже богатыми.

На главной улице расположился большой салун, в который они частенько захаживали в бытность рейнджерами. Назывался он «Бычий рог» вследствие пристрастия его хозяина к вешалкам для шляп и одежды из рогов оленей. Звали хозяина Уилли Монтгомери, и он когда-то был большим другом Августа. Калл подозревал, что он карточный шулер, но, если и так, он был очень ловким карточным шулером.

— Надеюсь, Уилли нам так обрадуется, что по меньшей мере накормит ужином бесплатно, — размечтался Август, пока они подъезжали к салуну. — Может, и девочку даром предложит, если дела у него идут хорошо.

Но когда они вошли, то не обнаружили ни Уилли, ни вообще кого-нибудь из знакомых. Молодой бармен с зализанными волосами и галстуком-шнурком взглянул на них, когда они подошли к стойке, но, видимо, решил, что по поводу таких посетителей не стоит суетиться. Он протирал стаканы маленьким белым полотенцем и осторожно ставил их на полку. В салуне почти никого не было, лишь несколько игроков за столиком в углу.

Август был явно не из тех, кто мог терпеливо стоять у бара и ждать, пока его заметит бармен.

— Я хотел бы рюмку виски, и мой приятель тоже, если нетрудно, — попросил он.

Бармен не удосужился оглянуться, пока не отполировал бокал, который держал в руке.

— Нетрудно, надо думать, — сказал он. — Значит, виски?

— Виски, и побыстрее, — ответил Август, стараясь быть вежливым.

Молодой бармен темпа не прибавил, но все же по ставил перед ними два стакана и медленно пошел за бутылкой.

— Вам, проклятым ковбоям, надо метлой себя отряхивать, прежде чем входить, — заметил он, бросив на них презрительный взгляд. — Мы песок сами найдем, нам не надо, чтобы посетители его таскали. С вас два доллара.

Август бросил на стойку десятидолларовую золотую монету и, когда молодой человек взял ее, неожиданно протянул руку, схватил его за волосы и ударил лицом о стойку. Молодой человек и моргнуть не успел. Затем он выхватил свой огромный кольт, и, когда бармен приподнял голову, выставив на обозрение разбитый нос и залитую кровью рубашку, он увидел, что смотрит прямо в дуло очень большой пушки.

— Нам, кроме выпивки, требуется немного уважения, — сообщил ему Август. — Меня зовут капитан Маккрае, а это — капитан Калл. Если вы обернетесь, то увидите наши фотографии в молодые годы. С чем мы не желаем мириться, так это с грубым обслуживанием. Я удивлен, что Уилли нанял такого наглого молодого бездельника.

Игроки наблюдали за событиями с интересом, но молодой бармен так изумился, оказавшись внезапно с переломанным носом, что не нашелся что сказать. Из его носа все еще текла кровь, и он старался унять ее с помощью полотенца. Август спокойно обошел стойку и взял фотографию, о которой упомянул раньше. Она была прислонена к зеркалу вместе с парой других. Он положил фотографию на стойку, взял только что вытертый барменом стакан и лениво подбросил его в воз дух в направлении картежников. И тут салун наполнил грохот большого кольта.

Калл оглянулся вовремя, чтобы увидеть, как разлетаются осколки стакана. Август всегда прекрасно стрелял из пистолета, и было приятно видеть, что он меткости не утерял. Картежники бросились в укрытие, все, кроме одного толстяка в большой шляпе. Присмотревшись, Калл узнал его. Его звали Нед Тим, закаленный игрок в карты, достаточно закаленный, чтобы не бояться разлетевшихся осколков. Когда осколочный град прекратился, Нед Тим спокойно снял свою шляпу и стряхнул осколки с полей.