Охота на ведьм - Сандему Маргит - Страница 13

И она выплыла из комнаты.

Шарлотта схватилась за голову:

— Это ужасно, — потерянно воскликнула она.

— Дайте ей немного времени, — мягко сказала Силье. — Большего мы не могли ожидать.

Слуги принесли еду, недвусмысленно давая понять, что спальня — не совсем подходящее для трапезы место. Блюда появлялись одно за другим, и Силье просто не верила своим глазам. Стол ломился от яств.

— Пожалуйста, Силье. Я не смогу съесть ни кусочка.

— При таком потрясении и я вряд ли смогла бы есть. — Силье в отчаянии посмотрела на стол: — Я тоже не могу… Если бы только мне позволили взять с собой, детям, хоть одну тарелку…

— Не волнуйтесь. Им достанется всего вдоволь. Ешьте со спокойной душой.

Силье ела в полной тишине, пытаясь соблюдать хорошие манеры. Когда она утолила первый голод, Шарлотта тихо попросила:

— Расскажи о сыне!

Силье только начала, как в комнату вошла баронесса и попросила продолжать рассказ.

Мать и дочь внимательно слушали обо всем, что случилось с Дагом за эти годы. Шарлотта утирала порой слезу, но никак не могла наслушаться. «Типичный Мейден», — часто улыбались они. Когда рассказ подошел к концу, баронесса встала и с достоинством произнесла:

— Я думала об этом деле. Все не так просто. Мы не можем взять мальчика из семьи, которую он считает родной. Твой отец никогда не позволит…

Шарлотта упала на колени:

— Мама! Вы меня поняли! Спасибо вам!

— Ладно, ладно, — мать погладила ее светлые волосы. — Я понимаю, что Шарлотта мечтает его увидеть. Мне тоже хочется на него взглянуть. Конечно, мы вознаградим вас за ваши заботы…

— Нет, — вскричала Силье. — Я не поэтому сюда пришла.

— Простите меня, — просто сказала знатная дама. — Но я так мало знаю о вас…

— Надо, чтобы Силье рассказала о себе, не только о Даге. Даг… Как приятно звать его по имени. Даг Кристиан…

Она позвонила в колокольчик и слуги унесли остатки еды.

Силье еще раз поведала о той незабываемой ночи, когда вдруг все смешалось в ее жизни. Вспомнила, как нашла двух малышей, как увидела Хемминга, привязанного к столбу. Вдруг за ее спиной возник человекозверь и попросил спасти юношу, вырвать его из рук палача. Она сначала колебалась. Тогда тот пообещал накормить их и найти кров ей и детям.

— И он сдержал свое слово, — тепло произнесла Силье. — Мы приехали в чудесную усадьбу, к самым добрым на свете людям. К Бенедикту — он расписывает церкви, — его работнику и двум старушкам — Грете и Марии. А Грета так полюбила Дага — как будто собственного сына. Мария заботилась о Суль — той малышке, что я нашла раньше. Господин Бенедикт позволил мне даже писать в церкви. И знаете, он сказал, что я истинный художник! Да я и сама чувствую, что мое призвание не в домашней работе! Тут она смутилась, но продолжала: — И все время этот человекозверь находился где-то поблизости. Я никогда не видела его, но он появлялся каждый раз, когда мне было плохо. Потом я узнала его имя. Звали его Тенгель из рода Людей Льда…

— Люди Льда? — переспросила баронесса. — Я слышала о них. Разве это не ужасное сборище ведьм и колдунов?

— Так говорят, — кивнула Силье. — И я не стану отрицать, что многие из них кое-что умеют.

— Тенгель из рода Людей Льда? — повторила знатная дама. — Я думала, что это призрак, злой дух. Кто-то, правда, это было давным-давно, вспоминал его на костре.

«Да, это достойное развлечение для высшего света», — подумала Силье.

— Тенгель Злой жил много веков тому назад. Согласно преданию он продался Дьяволу и проклял свой род. Говорят, что некоторые его потомки получают в наследство его таинственную силу и безобразный вид. Одно из преданий гласит, что проклятие будет передаваться из поколения в поколение до тех пор, пока не будет найден котел Тенгеля Злого с травами. Но никто не знает, где тот котел зарыт.

Говорят также, что скоро родится один из потомков Тенгеля Злого, и он будет знать и уметь больше, чем весь род человеческий. Да, вообще-то, много чего болтают. Хотите — верьте, хотите — нет. Но тот, о ком я говорю, человекозверь, — это совсем не тот Тенгель, всего лишь один из потомков колдуна.

Женщины молча сидели и слушали. Силье видела, что им интересно, но так и не поняла — поверили они или нет.

— Но вот как-то раз на хутор к Бенедикту приехала ужасная женщина, какая-то дальняя родственница со своими детьми. Звали ее Абелона. Она решила выгнать нас оттуда. Абелона боялась, как бы хутор не перешел к нам. Она донесла на меня фогду. Сказала, что меня следует сжечь на костре, так как меня часто видят вместе с Тенгелем из долины Людей Льда.

— Ой, какой ужас! — застонала Шарлотта.

— Еще бы. Но Тенгель вовремя пришел и увел нас в горы, в скрытую ото всех долину Людей Льда. И все эти годы мы жили там.

— В горах? Круглый год?

— А что еще оставалось делать? Было трудно, но мы были счастливы. Мы с Тенгелем поженились, и вскоре у нас родилась малышка Лив.

— И вы вышли замуж за человекозверя?

— Да. И никогда об этом не жалела.

— Но… я слышала, что тот, кто приблизится к долине Людей Льда, приговаривается к смерти?

Силье печально улыбнулась.

— Люди Льда — обычные несчастные люди. Летом они выставляют караулы, чтобы никто не тревожил их. Но я не знаю, что они делали с теми, кто подходил к долине слишком близко.

— А что случилось дальше?

Силье вздохнула:

— Хемминга снова схватили. Он ведь тоже из рода Людей Льда, был у повстанцев. Между прочим, фрекен Шарлотта, именно он собирался вымогать у вас деньги.

— Да, мы слышали об этих смутьянах, — сказала мать Шарлотты. — Понять не могу, почему они так настроены против нас, датчан? Выродки! Вы просто не понимаете, как хорошо живете.

Силье решила промолчать. Да и не время сейчас было говорить о политике.

— Так вот, чтобы спасти свою жизнь, Хемминг предал всех участников повстанческого движения и показал дорогу в долину. Вскоре пришли кнехты и сожгли наши дома. Они убили всех из нашего рода, в живых осталась только наша семья. Мы бежали, но какой ценой! Пришлось бросить все, что имели! Они взяли даже Бенедикта. Хемминг донес и на него.

— А что, он не был в рядах смутьянов?

— Да нет же. Он очень спокойный, пожилой человек. Но Абелона не хотела упустить своего, и вот теперь он сидит в тюрьме в Тронхейме. А Грету и Марию просто выставили из дома. Двух старых, таких милых женщин. — Силье пыталась сдержать слезы. Наконец она переборола себя: — Вот и вся моя история. Сама я — дочь кузнеца. Он зарабатывал на хлеб тем, что подковывал лошадей. Жил недалеко от Тронхейма. Все мои родственники умерли от чумы, и я осталась совсем одна.

Шарлотта спросила:

— А этот Тенгель — ну тот, кого вы называете человекозверем, он что — колдун?

Силье заколебалась:

— Да. Но свою силу он применяет только для благих целей.

— А д… детей он не может испортить?

— Испортить? — взвилась Силье. — Лучше него вам не найти во всей Норвегии! Но вы должны понять… он и его племянница, маленькая Суль… на них лежит печать наследия Тенгеля Злого. Если их увидят, тот тут же схватят и убьют.

— Так вы не можете жить в городе или деревне?

— Нет. И нашего дома в долине тоже больше нет. — Силье с трудом подавила рыдания.

— Ну-ну, — баронесса похлопала ее по плечу. — Я знаю, как нам все устроить. Должна сказать, мне в голову пришла замечательная идея.

— Какая же, мама?

— Я должна все еще раз хорошенько обдумать. Вы просили меня о помощи — и я не обману ваше доверие. Иногда кажется, что знатные люди напыщенны и поверхностны. Но мы, Силье, воспитаны в искусстве общения с высшим светом. Да, мы хорошо образованны, но и у нас есть сердце. Далеко ли от Тронхейма эта лесная хижина? Силье объяснила.

— Дорога дальняя, сегодня выезжать уже поздно. Ты ведь хотела увидеть мальчика, Шарлотта?

— О, да.

— Милая Силье, да не волнуйтесь вы так. Мы не скажем ему, кто мы такие. Просто поговорим немного с Дагом. Поедем завтра рано утром. Вам покажут комнату, где вы сможете отдохнуть, а мы с Шарлоттой должны еще кое-что обсудить. И… не думайте больше об этой Абелоне. Я ее знаю, познакомилась с ней как-то в Тронхейме на одном из пиров. Такая чванливая! Но у меня есть влиятельные друзья. Помогать смутьянам я не желаю, а этому старику помогу, вызволю его из тюрьмы. И позабочусь о том, чтобы Абелона вернулась в город. Конечно, добрым людям надо помогать!