Три войны - Сапегин Александр Павлович - Страница 56

— Запел, голубь сизокрылый, — вымолвила шлифовавшая меч миура. Ания кивнула, не хотела бы она попасть в когти «кисок», те и дракона смогут разговорить. Скоро они узнают, какого ляда наемники ошивались в предгорьях.

Ждать пришлось недолго, качнулись кусты, раздвигая рукой колючие ветки, на залитую кровью поляну вышла допрашивавшая орка воительница.

— Уходим, быстро! — бросила она и побежала в сторону выхода из ущелья.

— Что происходит? — кинулась за миурой Ания.

— Через полчаса здесь будет орочий полк. Я сообщила внешней страже, в полисах объявлена общая тревога.

— Как полк? Это же… — оторопела Ания.

— Война. — Кошколюдка остановилась. — Император отдал приказ наступать, мобильные отряды орков вторглись в дальнее Пограничье с целью перекрытия дорог и караванных троп, все воздушные платформы и верховые грифоны сбиваются, мы нарвались на высланных вперед разведчиков. Молитесь Многоликой, что наши щиты не дают Хазгару построить порталы. В противном случае его легионы уже атаковали бы княжество, но и без этого ждать осталось недолго. Орк, перед тем как ему перерезали горло, рассказал об огромных замаскированных военных лагерях, разбитых за последние сутки на границе. Имперские генералы ударят в любой момент. — Миура резко оборвала речь, прислушалась к тихому шепоту переговорника в шлеме и повернула голову к напарнице, которая успела спрятать камень и занялась протиркой клинка бархоткой: — Анришша, твоя тройка остается прикрывать вирк.

— Поняла, — протянула Анришша, бросив меч в ножны. Кошколюдка достала из наспинного ранца непонятного назначения деревяшку и прикрепила ее к огнебою. Получившаяся конструкция больше всего напоминала толстую кочергу с двумя ручками, но странным образом стала смотреться гораздо смертоноснее, чем огнебой выглядел ранее. — Допрыгалась, дура белобрысая, — тихо, под нос, с едва скрываемой злобой, сильным привкусом отчаяния и сожаления в голосе пробурчала перевооружившаяся командирша тройки, но эльфийка расслышала ругань. — Суток не прошло, как отплясались. Скор дядюшка, ох как скор.

Ания боялась пропустить хоть слово говорливой охраны. Та наверняка знала причину переполоха, случившегося на приеме. Не в этом ли кроются побудительные мотивы последних действий императора?

— Не спи, замерзнешь, — окрик прервал размышления эльфийки. — Сообщи своим, чтобы бросали весь груз, необходимо как можно скорее выйти к стационарному порталу. Двигаться будем налегке. Мухой! — Желтые глаза Анришшы полыхнули яростным огнем.

Ания, будто получив под зад пинка, метнулась в сторону свиты княжны, расположившейся на отдых в тени меллорна. Следом, мягко ступая по примятой траве, бежала командирша боевой тройки «призраков». Война, кошколюдка не врала, о таком не врут. О, Многоликая, почему сейчас? Почему?

Нелита. Гора Лидар. Полис миур. Сутки назад

Глаза не желали открываться, в них до сих пор плясало разноцветье разбуженных стихий. Андрей с трудом сдерживал бушующий внутри вихрь, состоящий из яростного пламени, ревущего ветра, превратившейся в острые ледяные ножи воды, песчинок, до мяса сдирающих кожу. Вернувшийся с задворков небытия золотой дракончик активно поглощал излишки энергии, перенаправляя их в астрал.

Андрей сам не понял, как угодил в искусную ловушку. Заклинательницы напитали его маной и каким-то образом сорвали внешние щиты. Погрузившись в эйфорию воинственного танца, лавируя между языков пламени, он не замечал ни раскаленного камня под ногами, ни манипуляций выплясывающих рядом с ним храмовниц. Отрезвление наступило от одного-единственного взгляда старой карги, направленного на него и сыгравшего роль ушата холодной воды. Ворвавшаяся в зал личная гвардия правительницы моментально выстроилась вокруг «танцпола» и отделила его высокими ростовыми щитами от недоумевающих гостей. Два десятка вооруженных ганнера-ми миур отсекли Старшую жрицу от блокированных выходов, по нервам больно ударили запущенные на всю мощь «глушилки» и поглотители маны. Поздно, под впечатлением от возвращения виртуального золотого дракончика и целостности самоощущений, Андрей на время ослабил контроль и тут же получил болезненный укол в левое плечо. Целый букет чужих чувств, в которых скользили удивление, отдающая злобой радость, презрение, брезгливость, словно тот кто-то увидел перед собой таракана, обрушился на него девятым валом. Страшным и непонятным было то, что Андрей словно осязал родственную связь с ненавидящим его существом. Контакт длился не больше пары секунд, но, сообразив, что от родственника веет нешуточной опасностью, он разорвал связь, тем более требовалось утихомирить бушующий ураган энергии. Разрушительная сила стихий и безграничная мощь астрала не вырвались наружу, но борьба с самим собой не прошла даром. Не выдержав навалившейся тяжести, подкосились ноги. Андрей рухнул на спину, чьи-то руки тут же подхватили его и куда-то понесли. Ему было все равно, лишь бы усмирить вихрь внутри себя и не дать рассыпаться возведенным щитам.

— Как он? — Знакомый вкрадчивый голос был громче бубна, вызывая в голове сонмы ярких вспышек, отдающихся болью в затылке и висках.

— Приходит в себя, — второй голос был незнаком.

— Как только он придет в себя, сразу зовите. Иллушт, останешься с Андрэ. Я пойду в зал.

Ашша… Великая Мать. Из глубин памяти всплыла одна из последних запечатленных на приеме картинок: облаченная в накидку, сшитую из настоящих золотых нитей, миура с белоснежной шерстью торжествующе смотрит за его спину, а за спиной гвардия окружила Старшую жрицу, остальные храмовницы отжаты продолговатыми ростовыми щитами к стене. Гвардия… Не могли элитные бойцы ворваться в зал приема, если им заранее не отдали соответствующих распоряжений и не разместили в скрытых от магического сканирования комнатах.

— Зачем? — Непослушные губы разомкнулись сами собой, Андрей открыл глаза.

Правительница миур, сделавшая несколько шагов к двери, вернулась к лежанке.

— Покиньте нас, — приказала Ашша подданным.

Шелест одежд, звон браслетов, мягкая поступь — комната моментально опустела, хлопнувшая дверь и опустившийся мощный полог оградили от прослушивания. В помещении остались трое, приказ выметаться наружу Иллушт не касался.

— Что ты сказала старухе? — еле ворочая распухшим языком, спросил Андрей.

— Странный вопрос, тебе это так необходимо знать? — Царствующую кошколюдку хоть в Одессу отправляй, со своей манерой вести разговор она там за тетю Соню сойдет.

— Ожидаемый ответ. — Головная боль отступила, освободив место ясности мысли. — Я должен был раньше догадаться о твоем коварстве. Случайных встреч не бывает. Ты специально подстроила приход храмовницы в твой кабинет и нашу встречу, после чего спихнула ей какую-то дезу, тем самым заставив действовать неосмотрительно. Скажи, я неправ? — Андрей отвернулся от «сестер». На душе было муторно, опять он попал в политическую разборку, где с его пассивной помощью убирали неугодных, опасных конкурентов. Противно, что он сам отдал «сестренке» колоду козырей. Старая жрица смогла разглядеть в нем носителя «ключа», Ашше оставалось подтолкнуть конкурентку к нужному правительнице решению, и она не упустила своего шанса.

— Так было надо. — В голосе Великой Матери прорезались стальные нотки.

— Что произошло бы, если бы я не удержался? Думаешь, победила? Пиррова победа, скажу я.

— Я верила в тебя. Старшая храмовница давно готовила пакость, большой прием был для нее идеальной возможностью осуществить задуманное. Жрицам нужна была война, они считали, что с устранением правительницы и ее дочерей древние клятвы перестанут действовать, под горой Лидар накоплена великая мощь, которая позволит свалить империю.

Андрей, превозмогая боль, встал с лежанки. Мать и дочь настороженно следили за его действиями.

— У жриц был повод так думать?

— Повод был и есть, но свалить императора нам не под силу. Что значат твои слова о победе?