Схватка с судьбой - Пекальчук Владимир Мирославович - Страница 62

В этот момент в зал ворвались Диркхем и две дюжины гвардейцев, некоторые из них были вооружены арбалетами.

— Эй ты! Стоять! — завопил граф.

— А то что? — насмешливо ухмыльнулся вампир. — Стой где стоишь. Рыпнешься — твой король проживет еще меньше, чем ему осталось… Хотя ему, по правде говоря, и осталось-то всего ничего.

Диркхем оценил обстановку. Да, его ужасное опасение сбылось. Вампир действительно явился, чтобы собственноручно прикончить короля. В его же тронном зале, при свете угасающего солнца. И охрана оказалась бессильной.

Развитие событий приближалось к черте, когда уже ничего нельзя исправить или вернуть, и если сейчас же не предпринять что-то… Граф тяжело вздохнул и сделал шаг вперед:

— Послушай, Зерван…

— Для тебя, коротышка, сэр да Ксанкар, — холодно прервал его вампир.

— Как вам будет угодно, сэр да Ксанкар, — моментально подстроился под тон собеседника Диркхем, — я должен вам сказать, что я граф Диркхем. Это я придумал выкрасть вашу… э-э… женщину. И я же осуществил этот… план.

— Главный шпион Монтейна, ставленник этого старого хрыча, поднятый из грязи в князи? — полувопросительно-полунасмешливо ухмыльнулся Зерван.

— Он самый, — кивнул граф, украдкой бросив взгляд на арбалетчиков.

— Ты, должно быть, умный человек, не так ли? — Еще одна кривая, обнажающая клык ухмылка. — Ты же понимаешь, что я не куплюсь на такую убогую приманку, как твоя никчемная персона.

— Но я же не мог не попытаться, верно? Послушайте, сэр да Ксанкар, всегда можно договориться добром. Хотите отомстить? От этого никому легче не станет. Позвольте, я угадаю… Дело же не в мести? Я слышал, что вы говорили о безысходности. Пытаетесь уйти из жизни красиво? Убийство старого беспомощного человека — это не то, что будут воспевать в балладах. Из любой ситуации есть выход, всегда можно договориться…

— Не проведешь, — отрезал Зерван, — любой договор имеет силу, только пока я держу этого ублюдка за горло!

Зиборн молча полустоял на носках, полувисел на руке вампира, задыхаясь, но боясь издать хоть звук.

— Всегда можно придумать механизм сделки, исключающий возможность обмана — было бы желание ее заключить. Послушай, — граф незаметно для себя перешел снова на «ты», — я узнал о тебе кое-что. Я не знаю, что для тебя ценно помимо чести, но Реннар нанял тебя за гроши. Десять талантов камешками. Смешная цена за трон Монтейна. Я не думаю, что ты польстился на деньги. Значит, на что-то еще. На что?

— Реннар выгнал орден из Витарна по моему требованию. Теперь я спрошу. Солжешь — сверну шею вначале ему, потом тебе. Как ты узнал про Сейинхе? — Пылающий взгляд вампира встретился с карими глазами Диркхема.

— Искал тебя, а нашел ее. Расправа над Тэй-Тингом слишком уж была похожа на расправу над орденом в заброшенном замке. Я искал тебя в окрестностях Зордара — или место, откуда ты начал свой поход и куда ты вернешься по завершении своего контракта. По портрету, написанному со слов наемника-эльфа, тебя узнал другой эльф. Дальше было несложно.

— Какой маг, как и почему отслеживает мои передвижения?

— Ни малейшего понятия не имею. Я узнал о маге только позавчера из письма Реннара. Большинство высокопоставленных членов ордена уже арестованы — возможно, допрос бы прояснил этот момент. Да это уже и неважно. Я верно понимаю, что сердца не существует? Жнецы рассыпались в прах, не так ли?

— Так и есть, — кивнул Зерван.

— Тогда это устраняет все противоречия интересов. С тобой не стоило связываться в любом случае, но уже поздновато. Ты выиграл. Ты можешь ставить любые условия, и я уверен, что у тебя есть и более важные дела, чем разменяться на убийство ста…

— Заткнись, — коротко сказал вампир.

На минуту воцарилась тишина. Долгую, словно вечность, минуту вампир смотрел в окно, провожая взглядом уходящее на заслуженный отдых солнце, и о чем-то думал. Только тихо хрипел Зиборн Второй. Диркхему показалось, что эта минута вообще никогда не закончится. Впервые он был так бессилен как раз в тот момент, когда от него зависело так много — жизнь короля и благоденствие его самого. Не станет Зиборна — граф вернется туда, где его нашел король. В грязь.

Наконец вампир повернул голову в сторону коротышки:

— Выставь стражу из зала.

— Всем немедленно покинуть зал! — начал отдавать распоряжения тот, но Зерван прервал его:

— Я сказал — стражу. А дворянство Монтейна пускай останется.

Стража, пятясь, покидала зал. Молчали дворяне и застывшие как истуканы у стен слуги.

— Иди сюда, — поманил пальцем вампир.

Диркхем нехотя повиновался, медленно поднимаясь к вершине тронной лестницы. Когда он оказался на расстоянии вытянутой руки от короля и да Ксанкара, последний молниеносно выбросил правую руку, угодив графу прямо в лицо стальной перчаткой. Диркхем покатился обратно вниз, разбрызгивая кровь из сломанного носа.

— Знаешь, король, — сказал вампир, глядя в наполненные ужасом глаза Зиборна, — я все-таки не убью тебя. Мне просто жаль твою дочь, она очень неплохая молодая леди. Не хочу ее сильно огорчать. Но и простить тебе того, что ты сделал, не могу. Так что я преподам тебе урок, который запомнишь не только ты до конца своих дней. Многие короли будут помнить это еще немало лет…

С этими словами он нанес удар правой королю под дых. Отвел руку и ударил еще раз. И еще. И еще. В лицо, в печень, под дых. В лицо, в печень, в желудок. Зиборн перестал издавать звуки уже после второго удара, но вампир все бил и бил, превращая монаршее лицо в отбивную котлету.

У подножия трона рыдал от боли, отчаяния и бессилия Диркхем, в немом ужасе молчал цвет монтейнского дворянства, самые разумные удерживали самых горячих, зная, что королю просто свернут шею в тот же момент, как кто-то попытается подняться к трону. А вампир размеренно наносил удар за ударом.

Экзекуция продолжалась минуты две, но наконец избиение закончилось. Король, потеряв сознание, грузно осел, поддерживаемый только рукой вампира.

— Вот и все на этот раз, — сказал Зерван, — когда король очнется, передайте ему, что я не прощаюсь.

Он разжал руку и позволил Зиборну упасть рядом с его троном, а затем стрелой рванулся к окну, за которым гасли последние лучи, и выпрыгнул через него, разбив цветной витраж.

— Поймайте его! Убейте его! — пробулькал кровью Диркхем, привстал на коленях и завопил: — Лекаря королю, лекаря!

Вампир кубарем скатился с крыши третьего этажа на куда более широко раскинувшуюся крышу второго, безумно хохоча. Он упивался вседозволенностью, безнаказанностью и неуязвимостью.

Залог победы — понимание слабостей врага, ибо если непобедимость заключена в тебе самом, то возможность победы, как правило, в противнике. Зерван да Ксанкар усвоил это очень давно и теперь одержал величайшую победу в своей жизни, обыграв самого непобедимого врага — Судьбу — на ее же поле. Та злая и непобедимая воля, приговорившая его неизвестно за что к необходимости выбирать между своей любовью и своим народом, воля, вершащая судьбы людей, эльфов, дварфов, орков, сегодня была побеждена.

Если противник несоизмеримо сильнее — его можно победить, использовав против него его же силу. Что вампир с успехом и сделал, отплатив Судьбе ее же монетой. Он не стал выбирать из двух зол. Пускай теперь выбирает эта злая стерва!

Зерван, все так же хохоча, пробежал по пологому скату крыши, рискуя сорваться прямо под ноги бегущей внизу страже. Впереди — край крыши, а за ней на расстоянии двадцати шагов — острые зубцы ограды.

В другой раз он бы дважды подумал, прыгать или нет, даже если бы за ним гналась свора львов. Такое расстояние было велико даже для него. Но сейчас Зерван прыгнул, не задумываясь и не волнуясь ни о чем. Он сделал свой ход. Теперь пускай ходит Она.

План был предельно прост. Уж если Судьба так долго и упорно хранила его ради давным-давно запланированной экзекуции, пускай и дальше хранит сколько влезет. А он, Зерван да Ксанкар, будет творить, что ему захочется. И пускай Она сама теперь выбирает — терпеть его выходки и продолжать упорно беречь свою непокорную жертву или же просто дать вампиру умереть, тем самым оставшись в дураках.