Предназначение Адхары - Троиси Личия - Страница 75

— Нужно сжечь, — сказал, не скрывая своего раздражения, Сан. — Это место должно сгореть дотла.

Оба вышли за ворота и остановились на достаточном расстоянии от селения. Хватило одного слова Сана, и в его руках вспыхнул огненный шар. Он метнул его в сторону деревни, и та вспыхнула, словно сухая солома. Амхал с наслаждением закрыл глаза. Несмотря на ноющие от боли мышцы, несмотря на усталость во всем теле, он чувствовал себя как никогда хорошо.

Но на обратной дороге в Амхале стало просыпаться чувство вины. Возникшая сначала глухая боль за грудиной переросла в сильное пламя. Неожиданно у юноши перехватило дыхание, и он был вынужден прислониться к дереву.

— Что с тобой? — спросил его Сан.

Амхал посмотрел на него рассеянным взглядом. Почувствовав, что юноша падает, Сан подхватил его.

— Что там было? — прошептал молодой человек.

Сан был невозмутим.

— Ты вызвал Мрачную Молнию, хотя я не учил тебя этому. Мы сровняли с землей зараженную деревню, чтобы не дать заразе распространиться дальше.

— Что же мы наделали… — снова пробормотал юноша. — Они же ни в чем не виноваты…

— Не виноваты? — Сан от удивления выгнул брови. — Они, чтобы спастись, растерзали нимфу, и только для того, чтобы удержать заразу, сожгли дом своего же соседа. Если бы мы оставили их в живых, болезнь распространилась бы повсюду, вызывая все новые жертвы.

Эти доводы не убедили Амхала. Он чувствовал себя подавленным. Юноша не мог вынести случившегося, ведь кто-то должен был проявить милосердие и остановить его.

— Целую деревню… — повторил он.

Сан положил руку ему на плечо:

— Амхал, я знаю, что ты чувствовал. Ведь и тебя охватило ощущение блаженства, которого ты не испытывал уже давно. Ощущение настоящего дела, во имя которого ты и был рожден.

Юноша с недоумением посмотрел на Сана:

— Кто ты?

Сан улыбнулся:

— Я тот же, кто и ты.

И тогда Амхал почувствовал, как в его сердце пробивается смутное утешение, постепенно заполняя его кощунственной сладостью. Припав головой к груди Сана, он дал волю слезам, даже не ведая, что послужило тому причиной: то ли чувство вины, то ли страх, то ли радость.

Он понимал лишь, что уже сделал следующий шаг, что перешел ужасную грань и отныне ему больше нет дороги назад.

Как только Амхал пришел в себя, они двинулись дальше в путь. Чувство вины еще осталось, но теперь юноша мог контролировать его. Там, в деревне, остались и страх за себя, и неприятие того, что совершил, и все следы его прошлой жизни.

Приблизившись к лагерю, Сан обернулся к молодому человеку:

— Когда мы пришли туда, деревня уже была в огне. Мы пытались погасить пламя, но все оказалось безрезультатно. Тебе ясно?

Амхал кивнул, не моргнув глазом.

Сан довольно улыбнулся.

29

АРЕСТ

Амхал был уверен, что выглядел так же, как и всегда. Никто в лагере ни о чем его не спросил, никто ничего не заметил, кроме Адхары.

— Что случилось? — спросила его она.

Юноша тщательно смыл кровавые следы с меча. И все же девушка сумела разглядеть что-то в его глазах.

Положив руку Амхалу на плечо, она снова спросила:

— Что случилось?

Перед ее взглядом он почувствовал себя уязвимым и растерянным. Юноша понял, что Адхара также осталась по ту сторону грани, которую он преодолел этим утром, и что, всецело предаваясь жажде крове, навсегда ее потерял. И к тому же никогда не сможет рассказать девушке о том, что сегодня совершил.

— Ничего, простая проверка.

— Амхал, ты сегодня странный… больше обычного.

— Какого дьявола тебе нужно от меня? Ты разве не понимаешь, где мы находимся? Ты же целыми днями видишь здесь больных, видишь задыхающихся в агонии и умирающих мужчин, женщин, детей. Ты и в самом деле хочешь знать, что со мной? Меня со всех сторон окружает смерть, вот что со мной! — кричал юноша до боли в горле. Он надеялся, что этот тон оскорбит Адхару и она, разозлившись, покинет его.

Девушка не сдвинулась с места.

— Уйдем отсюда, тебе не обрести здесь покоя, — тихо произнесла она.

Теперь Амхал знал, что он и не искал покоя. С самого начала он знал, что шел навстречу безумию. Когда страдание одерживает верх, когда уходит прочь надежда, единственный путь — это безумие. И он добровольно пошел по этому пути.

— Оттуда нет дороги назад.

— Это ты так считаешь.

— Ты ничего не знаешь, — сказал он, приблизившись к ее лицу. — Ты никогда ничего не знала. Ты думала, что сможешь преподать мне урок исходя из своего жизненного опыта, сможешь понять меня в то время, как сама не способна разобраться в себе самой.

Ахдара улыбнулась:

— Полагаешь, что я уйду после этих слов? Думаешь напугать и унизить меня? Ты только силой сможешь сдвинуть меня с места.

Амхал испугался ее любви, ее слепого упорства и силы. Почему же я не пошел за ней, когда еще мог это сделать? Почему не доверился ей?

— Я возвращаюсь в свою палатку, — сказал он и отвернулся.

— Что бы ты не совершил сегодня утром, всегда есть способ вернуться назад. Всегда! — крикнула девушка ему вслед.

Дорогой Амхал почувствовал, как горячая слеза скатилась по его щеке.

Обосноваться в Новом Энаваре оказалось делом весьма не простым. Все произошло слишком быстро. Прибытие двора ввергло в панику служащих Дворца Совета. Второпях пришлось готовить комнаты для того, чтобы разместить всех прибывших.

Затем жизнь будто бы снова вернулась в свое привычное русло. Тем не менее это было изгнание, в то время как дома по-прежнему оставались подвергаемые смертельному риску родственники и друзья.

Неор пытался вникать во все дела. С его стороны не было ни единого намека на отступление. Взяв ситуацию в свои руки, он поддерживал непрерывную связь с Землей Солнца и без устали давал указания. Он попытался стереть из своего сознания мысль о том, что оставил позади, и упорно шел вперед.

Наконец, эпидемия вторглась и в Макрат. Тогда Неор принял решение разделить город на закрытые сектора. Были организованы специальные зоны для зараженных и собраны все члены Братства Молнии, а также маги всего королевства для того, чтобы, приложив максимум усилий, найти средство от напасти.

Добиваясь поддержки правителей других земель, он стремился к тому, чтобы единым фронтом выступить против нависшей угрозы, осознавая всю тяжесть ситуации и ведя единую политику. Созывая бесконечные Советы, Неор изнурял себя работой. Время его отца ушло в прошлое. Настал черед принца спасать Всплывший Мир.

Его худое тело становилось еще тщедушней, а под глазами появились темные круги.

— Тебе нужен отдых, — отчаянно твердила ему жена. Она тоже изменилась; страдание скинуло с нее все покровы, которыми она отгораживалась от остального мира, не оставив и следа от ее маниакальной приверженности этикету и сделав из нее одинокую испуганную женщину, так не похожую на ту, в которую когда-то был влюблен ее муж.

— Не могу. Мой отдых означает смерть для множества людей, — отвечал Неор.

Однако прежде всего ему было крайне необходимо топить свою боль в том единственном, что ему еще осталось, — в его короне, доставшейся ему по наследству от отца, и ценой своей жизни гарантировать ее целостность.

Наконец, настал этот столь ожидаемый и неотвратимый, но не менее горестный день.

Слуга вошел с докладом:

— Мой господин, к вам посетитель. Он ждет вас в подвальном этаже.

— Кто? — растерянно спросил принц.

— Верховная Жрица.

Теперь он знал это точно, будто что-то разбилось в нем навсегда.

Неору потребовалась помощь, потому что это сооружение сильно отличалось от его родного дворца, где все было устроено таким образом, чтобы он мог беспрепятственно передвигаться на своем кресле. Он не хотел видеть людей, что несли его вниз, потому что должен был остаться наедине, когда из его глаз неудержимо польются слезы.

Теана стояла за преградой, созданной и поддерживаемой двумя магами.