Последние герои - Троиси Личия - Страница 34

Никого из них не было, как будто они не существовали.

Вернулись звуки. Адхара лежала на земле и пыталась глотнуть воздуха, но это ей не удавалось. Она больше не чувствовала давления в ушах и теперь слышала, как дождь стучит по крыше башни.

«У меня бред, и я вижу кошмар», — подумала она. Но секунды проходили одна за другой, складывались в минуты, а жуткое видение не исчезало. Адхара наконец смогла дышать и втянула в себя воздух, наполняя легкие до самого дна, словно в первый раз в жизни. Потом, покачиваясь, встала на ноги и огляделась вокруг. Никого. Она высунулась из окна и посмотрела в центральный колодец. На огороде она увидела только несколько пожелтевших растений, которые сумели пережить засуху. Рядом лежали в пыли садовые инструменты, брошенные крестьянами.

— Есть здесь кто-нибудь?

Ее голос ударялся о стены, и эхо снова и снова повторяло ее вопрос.

Адхара медленно пошла по тому проходу, где ее застало бедствие.

— Есть здесь кто-нибудь? — громко кричала она.

Но и здесь ей отвечало только эхо.

Адхара перешла на бег. Она забегала в лавки, осматривала один за другим этажи Салазара. Нигде не было ни души. Самый живой город Всплывшего Мира за одно мгновение превратился в город мертвецов. От тех, кто жил в нем, любил и страдал, не осталось ни единого следа.

Адхара бежала, продолжая выкрикивать свой вопрос и не получая на него ответа, пока не оказалась под дождем на крыше города-башни. Тогда она поняла, что случилось что-то ужасное, чему нет названия. И это бедствие, слепое, как все беды, сохранило ей жизнь без всякой на то причины.

Лишь тогда Адхара закричала от ужаса.

Это продолжалось всего несколько секунд. Потом молнии погасли, а Сан и Амхал упали на землю. Ни у кого не хватило мужества подойти к ним. Магический барьер растворился, и все стало таким же, как раньше. Только Крисс продолжал безумно смеяться, и на его лице были видны влажные следы слез.

— Радуйтесь! — крикнул король эльфов. — Люди, которые жили в этой местности, уничтожены! Эта земля снова наша, наша!

Часть вторая

ОРУЖИЕ

16. КАК НАГРАЖДАЕТ КРИСС

Амхал закричал и заметался на постели. Все его тело было в холодном поту, руки вцепились в простыню.

Сан подбежал к нему и попытался удержать его.

— Все хорошо, все в порядке! — говорил он Амхалу, но ему пришлось долго успокаивать своего ученика и напарника.

Постепенно Амхал осознал, где находится. Он в той палатке, где спал вместе с Саном в перерывах между боями. На полу догорают угли костра. В углу блестят его доспехи.

Прежде всего он поднес руку к груди. Тепло, которое излучал медальон, успокоило Амхала. Он сжал пальцами черный кристалл талисмана и заставил себя дышать ровней.

— Все в порядке. Мы дома, в лагере Крисса, — повторял Сан и гладил плечи Амхала.

Увидев, что Амхал успокоился, Сан отошел от его постели, удобно устроился на стуле и снова взял стоявшую на земле чашу с вином, из которой пил. Чаша оказалась почти пустой — торопясь помочь Амхалу, Сан расплескал часть вина — он сердито отшвырнул ее в сторону.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он Амхала.

Молодой воин растерянно посмотрел на него и заговорил:

— Я…

— Назови мне последнее, что ты помнишь.

Амхал наморщил лоб и ответил:

— Заклинание. Оно высосало из меня через пальцы все силы, а потом стало темно, и… — Он поднес руку ко лбу.

— Мне тоже пришлось тяжело, — признался Сан. — Я не думал, что это будет так утомительно. В конце концов, заклинание, которое мы читали, записано внутри нас. Оно — часть природы Марвашей. Первый из нас пытался применить его, когда был заточен в темницу богами. С тех пор многие поколения Разрушителей совершенствовали это заклинание и сделали его смертоносным.

Амхал растерянно посмотрел на Сана. Было похоже, что он еще не вполне пришел в себя и плохо понимал слова наставника.

— Они все умерли? — спросил он дрожащим голосом.

— Все до одного, — сухо ответил Сан.

Комок шевельнулся у его ученика в желудке и поднялся в горло. Приступ тошноты заставил Амхала вскочить с кровати и выбежать из палатки.

Рвота продолжалась долго, и, пока его рвало, смутное чувство вины разрывало ему душу.

«Что я наделал!» — думала какая-то часть его сознания. И эта мысль приводила его в ужас.

Сан сидел на прежнем месте, скрестив ноги, и был спокоен.

— На меня это не так сильно подействовало. А ведь я старше тебя. Я проспал только один день, а ты лежишь в постели уже два дня, — заметил он Амхалу.

Амхал вернулся в палатку. Он с трудом держался на ногах.

«Кем ты стал? Ты в один миг уничтожил тысячи людей. Этого ты хотел, когда уходил к Криссу?»

Амхал встряхнул головой, прогоняя от себя эту мысль.

— Я опять видел сон, — пробормотал он и снова лег в постель. Он был очень слаб, и что-то ему подсказывало: это не усталость после заклинания. Дело в другом. В том, в чем он не имел мужества признаться даже себе самому.

— Крисс объяснил тебе, что это просто сопротивление твоей человеческой природы. Но это скоро прекратится.

— Я видел во сне их всех, — продолжал Амхал, как будто Сан ничего не говорил, — жителей Салазара. Стариков и детей. Они рассыпались у меня на глазах и становились пеплом.

— Ну да, примерно так это и произошло, — подтвердил Сан.

— Потом они вернулись, но стали духами и хотели моей смерти. Я чувствовал, что они жаждут моей крови. Они окружили меня со всех сторон, стали душить и… — Амхал поднес руки к лицу, погрузил пальцы в волосы. Ему не хватило мужества рассказать остальное — сказать Сану, что среди тех, кого он видел во сне, была она, бледная, но прекрасная, как в первый раз, когда он ее увидел. Она была одета в ту же простую льняную рубаху, и, как тогда, у нее были на запястьях и на бедрах следы веревок. Она смотрела на него с немым упреком и ни с чем не сравнимой болью. Амхал знал, что никогда не забудет этот взгляд. Он был для Амхала больней, чем все остальное. Этот взгляд осветил бездонную пропасть вины в его душе. Он заставил Амхала закричать и проснуться.

Сан встал со стула, подошел к Амхалу и отвел его ладони от лица.

— В этом и есть наша суть, Амхал. Мы уничтожаем, чтобы творить заново. Этот мир заслуживает, чтобы его очистил огонь нашей магии, потому что из этого огня родится нечто лучшее и более великое.

Молодой воин кивнул. Постепенно у него снова стало спокойно на душе. Мучивший Амхала внутренний голос ослаб и превратился в колючий шепот, который обжигал какой-то один дальний угол его сознания, но был тихим и далеким по сравнению с тем бесчувствием, которое снова заполнило его душу.

— Тебе нечего бояться, — успокоил его Сан.

— Да, нечего, — повторил Амхал и закрыл глаза. Лица мертвецов, которые он видел во сне, исчезли. То, что он сделал, теперь казалось ему таким же нормальным, как то, что жизнь и смерть сменяют друг друга.

— Тебе лучше? — спросил Сан.

— Я чувствую только усталость, — ответил Амхал.

— Тогда отдыхай. Сегодня и завтра у нас праздник, война возобновится только послезавтра. Сейчас мы можем пировать, мы это заслужили. Но скоро мы будем готовиться к завоеванию других земель.

Город-башня Салазар был полон песен, смеха и танцев. Дети гонялись друг за другом по его коридорам, солдаты грабили лавки, семьи эльфов занимали дома. Гражданские лица, которые с самого начала решили следовать за солдатами и были свидетелями этой войны, наконец получили награду за свои труды. Крисс ходил среди них, и ему казалось, что это сон. Он часто представлял себе этот день. С тех пор как в детстве он услышал первые сказки про Эрак Маар, он мечтал о возвращении сюда.

И вот его мечта осуществилась.

Крисс первым вошел в Салазар: огромная башня показалась королю эльфов идеальным местом для управления его новым царством. Король переступил порог и на короткое время остановился. Его взгляд скользил по коридорам, теряясь в их лабиринте. Потом Крисс повернулся к своим солдатам и объявил: