Игра 14.0 - Познански Урсула - Страница 28

Последние слова заставили Доро обернуться.

— Конечно, это не мог быть никто из наших, — прошипела она, упала на колени и начала чертить какие-то знаки. Всклокоченные волосы почти лежали на земле. — Дурное знамение, — непрестанно бормотала она, — дурное знамение.

Короткой палкой девушка выцарапывала на влажной земле один символ за другим.

Айрис не сводила взгляда с рук Доро — они дрожали, как у старухи.

Разрытая могила вызвала в душе Бастиана смешанные чувства. Разумеется, никакого трупа в ней не было, и уж конечно, она не сама собой разверзлась. Но все-таки при виде этой ямы у него засосало под ложечкой. «Дурное знамение, дурное знамение» — слова Доро эхом отзывались в голове.

— Надо спросить у организаторов, что это значит, — сказал он, обращаясь к Айрис. — Но сначала нужно разыскать Варце. Я не могу больше просто стоять тут и ничего не делать. Есть добровольцы? От одного меня с моей близорукостью не слишком много толку. Что-бы найти Варце, мне нужно о него споткнуться.

Айрис подняла руку.

— Если тебе не хватит моей помощи, то придется немного подождать. Посмотри-ка на наших героев. У них же глаза слипаются.

Бастиан и сам это заметил. Видимо, ему, по сравнению с остальными, еще удалось вполне хорошо выспаться — по крайней мере, не в сырой насквозь одежде на мокрой траве. Еще немного невезения и к вечеру нам обеспечены десять ОРВИ.[27]

— Может, стоит позвать на поиски Доро?

— Ну уж нет. К тому же она сейчас чрезвычайно увлечена своим магическим ритуалом, — пояснила Айрис. — Кто знает, сколько проклятий тебе придется на себя принять, если помета…

— Он пропал!

Полный неподдельного отчаяния вопль совершенно не походил на хриплые завывания Доро.

— О, нет, нет, пожалуйста, только не это!

Лисбет. Упав на колени, она паническими шарящими движениями, словно слепая, ощупывала траву.

— Что случилось?

Девушка подняла голову. Губы ее побелели, по щекам протянулись полоски слез.

— Отойдите, — выдавила она. — Он исчез!

— Не может быть! — Георг подбежал к Лисбет и тоже принялся обшаривать ее вещи и траву рядом с ними.

— Что все-таки стряслось? — спросила Айрис, но Бастиан уже заметил, что медальон, который Лисбет всегда носила на шее, исчез. Серебристый медальон с вырезанными на крышке переплетенными драконами. Неужели он настолько ценен, что его потеря так переполошила Лисбет?

— Может, ты вчера обронила его в лесу? Когда гроза была?

Девушка отчаянно мотнула головой.

— Он был у меня на шее, когда я ложилась спать. Это я помню. А теперь его нет. Я не могу понять, такое просто невозможно…

Она продолжала повсюду его искать: на земле, среди одеял, в сумке. Георг даже взялся за багаж Ларса, и тот, естественно, отнесся к этому не очень понимающе:

— Убери руки от моих вещей!

— Если это ты стащил его у Лисбет…

— И почему сразу я? — Он оттер Георга плечом. — Не прикасайся к моим вещам!

В конце концов шум и крики, разносившиеся над поляной, разбудили Сандру. Девушка, совершенно сонная, поднялась, зевнула и, посмотрев на Бастиана, устало улыбнулась. Хочет помириться? Он подошел и опустился на траву рядом с ней.

— Что вчера случилось? — Бастиан старался говорить как можно тише. — С чего ты вдруг взяла и ушла? Это же было очень опасно. Я беспокоился.

— Правда? Не стоило. Просто я не привыкла к тесноте. Мне надо помочь Лисбет, ладно?

— А тебе не кажется, что нам вообще-то надо пойти поискать Варце? Медальон и так никуда не денется.

Девушка покачала головой. «Ты ничегошеньки не понимаешь» — было написано на ее лице.

Раздираемый противоречивыми чувствами, Бастиан следил, как она начала шарить в траве вокруг места, где они спали. Взгляд ее был буквально прикован к земле.

Да что они все носятся с этим медальоном? Он ведь не из золота и не из серебра. Все-таки куда важнее разыскать друг…

Так, секундочку. Но ведь он блестел, как серебряный.

Пусть мишура блестит серебром — всё что внутри, сочтено. Пусть ты надежно хранишь его, моим ему стать суждено, едва лишь наступит тьма. Уж не объявил ли таинственный автор этих стихов, что собирается стащить медальон Лисбет? Во всяком случае, возникало именно такое впечатление. И, размышлял Бастиан, внутри украшения, видимо, было спрятано что-то ценное.

— Лисбет?

Он опустился на колени в траву рядом с ней. Девушка посмотрела на Бастиана совершенно заплаканными, но оттого казавшимися еще более прекрасными глазами.

— Да?

— В твоем медальоне что-нибудь было?

— С чего вдруг? — твердым, режущим душу голосом отозвалась Лисбет.

— Всё дело в шпрухе, который мы вчера нашли, — пояснил Бастиан. Реакция девушки смутила его. — Ведь всё как-то должно сочетаться, не правда ли? А если так, то, может быть, эти строки всё же немного связаны с содержимым ме…

— Не твое дело, — прошипела она и отвернулась.

Штайнхен сразу согласился присоединиться к поискам Варце.

— Конечно, я пойду с вами, — выговорил он, сопя от натуги, пока, борясь с собственным животом, надевал обувь, оплетая крест-накрест кожаные ремешки вокруг толстых икр. — Дайте мне пару минут. И, пожалуй, я разбужу Ральфа. И возьмем Ларса — у него глаза зоркие.

Так впятером они и выдвинулись на поиски. Ларс, так и не отказавшийся от своего копья и водрузивший его на плечо, ступал рядом с Бастианом. Они направились туда, куда днем раньше ушел Варце. Если тот где-то поблизости и не потерял сознания, то наверняка их слышал: Штайнхен, прокладывая себе дорогу по лесу, грохотал как бульдозер. Снова и снова они окликали Варце по имени; тревога усиливалась. Местность становилась труднопроходимой: стволы деревьев обвивали какие-то колючие плети, рельеф постоянно менялся — приходилось то спускаться по крутому склону, то снова взбираться на холм. Мокрая земля скользила под ногами.

Взобраться на скалу. Остановиться, крикнуть. Вслушаться в звуки леса, встречающего людей обычной своей песней из голосов птиц и жужжания мух. Никакого крика о помощи, никакого шума, который мог бы производить человек, ничего. Тревога за Варце всё сильнее давила на них, вливалась в душу свинцовой тяжестью. Вчера Бастиан задумывался об этом лишь мимоходом; теперь же его охватил ледяной страх, перераставший в уверенность: с Варце случилось что-то страшное. Что-то, что мешает ему отозваться на их крики. Штайнхен тоже был подавлен, а вот Ральфа, наоборот, мрачные мысли, казалось, совсем не терзали.

— Ни о чем не беспокойтесь! — воскликнул он. — Нечего тревожиться, пока вами командует Аларик фон Таннинг. — С воинственным видом он поглядывал по сторонам. — Кто знает, может быть, враги взяли нашего спутника в заложники!

Для него всё это по-прежнему лишь шутка. Бастиан глубоко вздохнул, перебираясь через поваленное дерево. Ладно, какая разница, лишь бы только найти Варце.

Он снова остановился и позвал, крикнул изо всех сил. Тишина. Варце как сквозь землю провалился.

Земля поглотит вас, против воли вспомнил Бастиан и в ярости саданул кулаком по ближайшему стволу.

Теперь деревья в лесу словно сговорились мстить Бастиану за его несдержанность. Вскоре он споткнулся о торчащий корень и растянулся на земле. Но вместо того чтобы тут же подняться, Бастиан закрыл глаза, не торопясь возобновлять теперь уже, видимо, бесполезные поиски. Еще совсем рано, а он уже выбился из сил. Может, с Варце случилось то же самое? Он споткнулся, упал, а сил, чтобы встать, уже не было? Но ведь гроза должна была обязательно поднять его на ноги и погнать обратно, в лагерь. Если, конечно, он знал, куда именно нужно идти.

Кто-то крохотный полз по подбородку Бастиана. Он, не глядя, смахнул настырное насекомое, поднял голову — и увидел что-то странное. Серый, отливающий металлом предмет блестел всего в нескольких шагах от него.

27

ОРВИ — острая респираторная вирусная инфекция, группа заболеваний дыхательных путей (наиболее распространенное из них — грипп).