Смертельная схватка - Швайкерт Ульрике - Страница 91

Прежде чем он успел дойти до дверцы кареты, она распахнулась изнутри. Леди Маргарет одним прыжком выскочила из нее и оказалась перед своими подопечными. Вирад внимательно посмотрела на Клариссу, а затем перевела взгляд на лорда Байрона, который лишь беспомощно пожал плечами.

— Я и подумать не мог, что все так обернется, — пробормотал поэт, но леди Маргарет уже отвернулась от него и склонилась над Клариссой, которая по-прежнему без сознания лежала на руках у Лучиано.

Хиндрик протиснулся к служанке и опустился перед ней на колени.

— Пуля? Пуля все еще в теле?

— Нет, — ответил Лео. — Алиса ее вытащила.

Хиндрик одобрительно кивнул, но Алиса была в отчаянии.

— Пуля прошла сквозь легкое, а я, пытаясь ее достать, сделала рану еще глубже, и кровотечение усилилось. Это очень серьезно? Клариссу можно спасти?

Хиндрик успокаивающе улыбнулся наследнице.

— Раз пуля не задела сердце и вы быстро извлекли ее из тела, у нас есть все основания надеяться, что Кларисса пойдет на поправку.

— Ее необходимо как можно скорее доставить в Темпл, — прервала слугу леди Маргарет и подняла Клариссу на руки. — Все, что ей сейчас нужно, — это кровь и покой. В Темпле мы обеспечим ей и то, и другое.

Вирад понесла раненую вампиршу к карете и вместе с ней забралась внутрь. Носферас пошел следом за леди Маргарет и тоже сел в карету. Малколм, который по-прежнему молчал, не решаясь оторвать глаза от земли, последовал примеру Лучиано.

Хиндрик захлопнул дверцу кареты и запрыгнул на козлы.

— Вы сможете добраться до Темпла сами? — спросил он Алису и Лео.

Наследники молча кивнули.

— Только не медлите. Скоро рассвет.

Хиндрик взмахнул плетью, лошади тронулись с места, и карета помчалась прочь. Белые локоны слуги развевались на ветру. Вероятно, он даже не заметил, что потерял шляпу во время быстрой езды.

— Да уж, от него ничего не скроешь, — пробормотал Лео, глядя вслед удаляющемуся экипажу, который спустя несколько секунд растворился в густом тумане.

Алиса молчала. Она думала о Малколме. Сейчас он вместе со всеми сидел в карете, а до этого просто стоял, как истукан, и ничего не делал! Алиса почувствовала, как ее охватывает гнев.

— Не нужно сердиться на Малколма, — неожиданно ласково произнес Лео. — В чрезвычайных ситуациях каждый ведет себя по-разному.

Алиса повернулась к вампиру и гневно нахмурила брови.

— Ты что, собираешься его защищать?

— Да, я и сам себе удивляюсь. Возможно, все дело в том, что я на собственном опыте знаю, как несладко может быть тому, кто осмелился тебя разгневать.

— Он просто стоял и ничего не делал!

— Да, — кивнул Лео, — потому что не мог оправиться от потрясения. Малколм чувствовал себя виноватым за то, что не предусмотрел такого развития событий и позволил всему этому случиться.

— И все равно он повел себя недостойно! — не унималась Алиса.

Лео взял ладонь вампирши и накрыл ее своей.

— Не каждый обладает таким мужеством, как ты, и сохраняет ясность ума даже в самом отчаянном положении.

В голосе Лео было столько тепла и гордости за Алису, что вампирша смущенно опустила глаза.

— Кто-то ведь должен был помочь Клариссе. Не могли же мы оставить ее умирать на лугу.

Дракас кивнул.

— Да, ловко ты вытащила пулю. У тебя даже руки не дрожали!

Алиса подняла глаза и робко взглянула в лицо Лео.

— Потому что ты был рядом и помогал мне. Я знала, что вместе мы справимся.

Наследники посмотрели друг другу в глаза. Лео еще крепче сжал руку Алисы и, похоже, не собирался ее отпускать.

Тем временем приближающийся день постепенно превращал ночной туман в золотистую дымку.

— Нужно возвращаться, — наконец сказал Лео.

Не отрывая взгляда от глаз наследника, Алиса кивнула.

— Как? — спросил Дракас.

— По воздуху, — предложила Фамалия.

Наследники превратились в летучих мышей и бок о бок полетели по парку, а затем над крышами Лондона. За несколько минут до наступления рассвета они уже были в Темпле.

***

Через несколько дней лорд Милтон и леди Маргарет собрали наследников в большом зале и попросили их доложить о результатах расследования по делу об убийстве мисс Гилкрист. О дуэли не было сказано ни слова.

Кларисса почти полностью поправилась. Уже на следующий вечер от ее раны не осталось и следа. Да, нечистокровные вампиры обладали удивительной способностью к регенерации. Однако остатки серебра, должно быть, еще продолжали циркулировать в крови Клариссы, поскольку вампирша чувствовала слабость и головокружение и не могла сосредоточиться на том, что ей говорили. Носферас не отходил от своей возлюбленной, а она, не скрывая радости, наслаждалась его заботой. Никто не собирался упрекать Лучиано в том, что он остается в Темпле, вместо того чтобы помогать остальным наследникам в поисках убийцы мисс Гилкрист. Никто, кроме Лео. Из-за этого Алиса чуть не затеяла ссору с венцем, но, вспомнив, как ее обрадовало неожиданное возобновление их дружбы, передумала. Нет, она совсем не хотела ссориться с Лео.

— Мне кажется, ему не следует так с ней носиться, — сказал Дракас, от которого опять не укрылись мысли Алисы. — Кларисса — не хрупкая фарфоровая статуэтка. Она вампирша и может прекрасно обойтись без его чрезмерной заботы.

— Это здесь ни при чем. Лучиано просто хочет продемонстрировать ей свою любовь.

Лео наморщил лоб.

— Любовь... Ладно, это я еще способен понять, но опека... Не знаю. Думаешь, это хорошо? Мне кажется, излишняя заботливость Лучиано делает Клариссу несамостоятельной и слабой. Зачем ей эта угнетающая опека? Получается, Лучиано не доверяет своей возлюбленной и хочет следить за каждым ее шагом?

— Да нет же! — теряя терпение, воскликнула Алиса. — Почему ты обязательно видишь во всем только плохое?

— Я не говорю, что это плохо, — покачал головой Лео. — Мне всего лишь кажется, что Лучиано поступает неразумно. Если бы на месте Клариссы и Лучиано оказались мы...

— Как бы мы могли оказаться на их месте? Ты ведь сам сказал, что никогда не стал бы драться из-за меня на дуэли.

— Если бы речь шла о твоей чести, то стал бы, — сказал Лео, хотя всего несколько ночей назад утверждал совсем другое. — А представить на месте Клариссы тебя мне еще проще. Броситься между дуэлянтами — не самая большая глупость, которую ты могла бы совершить! — добавил он.

Однако Алиса задумалась над первой фразой венца и поэтому не рассердилась на его замечание.

Что это, пустые слова? Или Лео говорил правду? Он ведь подрался из-за нее с Малколмом. А может, она была всего лишь предлогом? Не важно. Так или иначе, в поступке Лео не было ничего благородного и он затеял эту потасовку вовсе не для того, чтобы защитить честь Алисы!

— В случае с Лучиано речь тоже шла не столько о защите чести Клариссы, сколько о его собственной ревности, — заметил Франц Леопольд.

Проклятье! Дракас снова проник в ее разум!

— Но мы говорили о другом, так что позволь мне продолжить. Когда я представляю тебя на месте Клариссы, то думаю, что ты бы не обрадовалась такой заботе. Тебя бы наверняка разозлило, что вокруг твоей давно зажившей раны столько возни. Во всяком случае, я бы не хотел встречаться с девушкой, за которой нужно было бы присматривать, как за маленьким ребенком. Я бы хотел, чтобы моей спутницей была сильная, умная и самостоятельная вампирша, которая может, стиснув зубы, перетерпеть боль и напомнить своему возлюбленному о его обязанностях, вместо того чтобы позволять ему ночи напролет сидеть у ее постели.

Лорд Милтон встал и обратился к наследникам, а Фамалия все еще думала над словами Лео. «Если бы на месте Клариссы и Лучиано оказались мы...»

Неужели он и вправду это сказал? И дальше, о том, какой он видит свою спутницу? Да, Лео был прав. Если бы Алиса оказалась на месте Клариссы, она не позволила бы обращаться с собой как с тепличным растением. Она хотела быть сильной вампиршей, достойной своего возлюбленного и равной с ним как в правах, так и в обязанностях.