Подземный флот маркшейдера Вольфа - Смирнов Сергей Анатольевич - Страница 63

- Штаб?! – слегка опешил Кит.

- У тебя что, в детстве не было штаба?! – в свою очередь опешил князь.

Пришлось-таки напрячься. Кит раскинул гудевшими мозгами, как эскадрильей тяжелых бомбардировщиков.

- У моих друзей на даче, - вспомнил Кит. – У них был штаб в лесу. На сосне. Из досок.

Действительно, у дачных приятелей Кита имелся в леске тайный штаб, но Кит не любил залезать с ними в эту тесную каморку на развилке толстых сосновых ветвей. Не то, чтобы он страдал с детства особой боязнью высоты или боязнью замкнутого пространства, именуемой клаустрофобией, - просто он с детства любил предметы, которые можно положить в карман и носить с собой, а не те, в которые нужно самому лезть, как в громоздкий и неподвижный карман… или, опять же, подвал.

Князь же, напротив, обожал всякие штабы.

- А у меня был такой роскошный штаб тут в лесу, неподалеку! – вздохнул он печально, вспоминая золотое детство. – Рядом с жильем, а совершенно незаметно… У меня, конечно, нет главного, стратегического таланта Александра Македонского, но штабы мы оба умели делать знатные!..

И вот я попробовал представить себя на его месте. И понял, что он обязательно должен был иметь где-то свой штаб, о котором никто не должен был знать во дворце. Недалеко, но – в самом незаметном для взрослых месте… И я нашел! Это оказалась такая маленькая пещерка к северу от развалин дворца. Дупло в большом камне. Внутри, на стенке, я увидел какие-то линии и точки, выточенные явно острым железным предметом… Я пригляделся и вспомнил учебник истории Древнего Мира. Это был план расположения войск в битве греков и персов при Марафоне! Отец принес туда свой прибор – и уже через минуту мы услышали голос принца, запечатленный в камне более тринадцати веков назад! Еще я нашел там несколько заячих черепов. Принц охотился на зайцев и устраивал себе в своем штабе пикники… Однажды я и заглянул к нему на огонек! Как ты думаешь, за посланца какого бога он принял меня?

«Я не собираюсь стать миллионером», - подумал Кит, давно решив, что такие викторины не для него.

Принц Александр снова позвал князя – причем очень резким, тревожным окриком.

- За Гермеса! Конечно, за Гермеса! – бросил князь через плечо, отходя от Кита.

Принц Александр поднялся со своего места, снял наушники и, подведя капитана к правой шаровой колбе, стал что-то ему усиленно втолковывать, тыча в колбу то одним указательным пальцем, то другим. Князь только кивал и важно хмурил брови… а потом подозвал Кита.

- Вглядись! – предложил он Киту и сам ткнул пальцем в колбу. – Не видишь ли чего-нибудь особенного?

Кит вгляделся.

Трехслойная жидкость в колбе стояла почти неподвижно, только слегка «дышала».

Боясь показаться слепым и к тому же тупым кротом, Кит пригляделся до боли в глазах… и наконец, что-то заметил. Из глубины третьего, нижнего слоя на поверхность пробегала по одной прямой траектории слабая искорка. И в этом месте поверхность чуть-чуть пузырилась, как газировка и пускала вверх парок.

- Всё идет по плану, - сказал князь, но победного воодушевления в его голосе совсем не слышалось. – Отец давно предполагал, что так и случится. Когда Вольф и его нынешний хозяин узнают, что ты пришел и определят на глазок точку, то есть дату, из которой ты проникаешь сюда. Они попытаются нанести удар именно в эту точку, потому что в этот день время становится более мягким, рыхлым… ну, это как потайной ход в неприступной крепостной стене… Вольф соберет всю энергию и пошлет в тот день один небольшой подрывной геоскаф. Поэтому его эскадра сейчас практически стоит на месте – она отдала свою энергию одному маленькому, но достаточно опасному миноносцу…

Жуткая догадка так мощно полыхнула в мозгу Кита, что он сразу очнулся и в голове его прояснилось как никогда. В терактах он понимал куда больше, чем Александр Македонский и прочие древние завоеватели вместе взятые.

- Они что, мой дом хотят разбомбить?.. Вместе со мной… да?

Кит представил себе минувшую ночь, себя за компьютером, папаню, который расслабился и слушает у себя граммофон, маму, уставшую и сердитую, которая вот-вот войдет в комнату, чтобы разогнать сына… А в эту минуту из глубин земли – шарах! Это называется превентивным ударом… Ни в какую школу он уже не пойдет и никаких «пар «по истории не получит. Утро не наступит.

«Лебедь» со всей его умопомрачительной броней показался Киту не крепче яйца, сваренного всмятку.

- Ты слишком хорошо о них думаешь, - с кривой улыбкой ответил князь. – Они на такую ювелирную точность не способны. Я думаю, они для верности, чтоб уж точно тебя ликвидировать, заложили такие торпеды, что как бабахнут – так пол-Москвы в карстовые пустоты сразу провалится… Им мелочиться не досуг. Что им пара-тройка миллионов человек, когда они собираются дюжину миллиардов одним ластиком стереть?

Кит слышал и не верил своим ушам. Комок подкатывал к горлу, и жутко хотелось изо всех сил дать князю в зубы, чтобы он заткнулся.

- Но раз ты стоишь здесь, значит, тот день, когда я за тобой приехал, они уже не смогут взорвать, - типа, успокоил Кита князь. – Значит, хотя бы один день у нас есть в запасе… Но тот день… или ночь, в который они нанесут удар, никак невозможно перепрыгнуть или объехать. Ты его в своем времени… а заодно и все остальные – этот роковой день вы обязаны прожить. Понимаешь?

Что тут понимать? Ясное дело: съезжаешь по крутой ледяной горке к крутому обрыву офигительной высоты… а с тобой до кучи – и половина населения Москвы туда, как горох…

- Вот-вот, - кивнул князь, наверно, увидев эту горку прямо в глазах Кита. – И все это означает одно - наступает звездный час еще одного члена нашей команды. Только без тебя он… вернее она в твоем времени никак не обойдется. Догадываешься, о ком речь?

- Жора… - пробормотал Кит, со ужасом догадываясь. – Жорж. Я и так в коме…

- В чем?! – не понял князь.

- В отрубе… - не нашел Кит слова поприличней.

- А-а… - напряг извилины князь. – У меня сейчас тоже в мозгах целый ком отрубей… Однако пришла пора отвлечь наше высочество от приятного чтения французских романов. Ее выход!

Глава Одиннадцатая

с удивительной обороной Москвы,

а заодно и - императорской чести

Думаете, согласился бы Кит вот так неожиданно принять у себя в гостях, в своей московской квартире на улице Космонавтов, не кого-нибудь, а будущую императрицу государства Российского? Пусть и правившую четверть тысячелетия назад… Да ни в жисть! Как он представил себе свою тихую, скромную комнатку – так уперся бы насмерть, даже если бы его само высочество изо всех сил уговаривало. Да хоть и при поддержке президента России! Ни-за-что!

Но тут торчал острым ребром вопрос жизни и смерти. И не только его, Кита, жизни и смерти, но и жизни его папы с мамой и еще миллиона-другого земляков-москвичей, включая одноклассников, Ленки Пономаревой, и хорошего завуча Нонны Николаевны.

Перешагнув через свой труп, Кит согласился.

- Только у меня там, дома, проблема… - признался он. – Мама видела, как я исчезал. Она от этого в обморок упала.

- Отправим вас туда, как карету скорой помощи, - ничуть не смутился князь. – С нашатырным спиртом и мокрым полотенцем. Насколько мне известно, твоя мама – серьезный ученый и обладает известной выдержкой. Не сомневаюсь, что ты найдешь достойное научное объяснение фокусу.

«Легко сказать…» - подумал Кит и добавил вслух:

- Папа тоже видел.

- А пап'а у тебя и вовсе художник! – весело сказал князь, сделав ударение по-французски, на последнем слоге. – Художник всякому чуду радуется, ему и объяснять ничего не нужно.

- Эт-точно, - вынужден был согласиться Кит, прикинув, что может сказать при встрече его папаня.

И когда он так со всем согласился, князь послал его немного отдохнуть перед новой дорогой.

- Пока мы соберем и окончательно проинструктируем высочество, - сказал он, – как минимум, полчаса в твоем распоряжении.