Playthings - Комарова Диана Валерьевна - Страница 77

  А через полчаса я уже сидела на своем месте, закопавшись в бумаги с макетами, расчетами, выписками, сведениями о тканях - и улыбалась сама себе. Мадам Жюстин, вернувшаяся с лекции раздраженная и не очень дружелюбно настроенная, рыкнувшая с порога: "Ох уж эти глупые выскочки!", спустя какое-то время даже вернула былой настрой и изредка косилась на меня с плохо скрываемым любопытством.

  Не выдержав, патронесса подперла ладошкой подбородок и поинтересовалась:

  - Он хороший?

  Я посмотрела на нее поверх вороха бумаг и экрана ноутбука, стараясь все-таки спрятать глупую улыбку.

  - Хороший.

  - Ну, кофе был тоже неплох, - улыбнувшись, мадам Жюстин вернулась к заполнению какого-то отчета для кафедры. А меня настигло сообщение от Мелиссы: "Ты в курсе, что на правах капитана Мика отказал Нику в баскетбольных тренировках?".

  "А тренер?" - написала в ответ я. Для разговора у меня не было времени, да и к тому же мадам это очень не любит. Выходить в коридор и звонить Мисси - разве это настолько важно?

  "А что тренер? >.<"

Логично. Черт возьми, логично. Без капитана команде ничего не светит, а Мика здорово умеет добиваться своего, изображая капризного ребенка. Мне даже фантазировать особо не надо, чтобы представить, как Блондин ловко манипулирует тренером и остальной командой. Вот тут мне все как на ладони видится.

  "Ник, как понимаю, в курсе?"

  "Ну понятное дело! Он тебе не сказал? О_о"

  Не сказал. И не думал говорить. Отлично зная нашу ситуацию, Ник никогда бы не рассказал мне о подобном, а потом нес бы патетичный бред о мужчинах и их делах. И это - в лучшем случае. Ууу, тестостерон. Никаких мозгов.

  Мне надо остановить торнадо, пока есть возможность.

  Я не сомневалась - Каллахен только разминается.

Глава 21

Obsession

  - Что за разгром? Генеральная уборка?

  - Я не могу найти свой ежедневник.

  - Ты в машине смотрела?

  - В первую очередь. И в сумке тоже. Куда я могла его засунуть?

  Я едва не плакала. Позабыв о том, что она вроде как на меня еще обижена, Сьюз бросила вещи на пол и принялась деловито копаться в моей необьятной сумке. Куда мог деться мой ежедневник? Куда я могла его засунуть и забыть?

  - Может ты его на кафедре оставила? - логично предположила подруга, откладывая сумку в сторону.

  - Сегодня я там не была, а вечером еще держала ежедневник в руках, точно помню... - растеряно пробормотала я, окидывая взглядом комнату. Такое ощущение, что по вещам монгольские захватчики прошлись, представляю, как удивилась чистоплотная Сьюзен. - Я труп. Там все мои записи и контакты для кафедры, как это восстановить?

  - Уже начало пятого, ты не в смене сегодня? - внезапно уточнила подруга, мельком глянув на часы.

  - Смена, точно! - рявкнула я, подскакивая с кровати и хватая сумку. - Забыла!

  Черт. Я должна быть в "Саванне" в половину, и уже не успеваю вовремя. Пробормотав что-то про уборку, я рванула к выходу, на ходу застегивая молнию толстовки. Сьюз сочувственно попросила быть осторожней на дороге и пообещала поискать ежедневник, пока меня не будет, и обязательно позвонит, если отыщет его.

  Прошла целая неделя с тех пор, как Лисенку запретили участвовать в тренировках команды, и на этом конфронтация и завершилась. То ли Каллахен ждал ответных действий, то ли на самом деле потерял интерес к нам обоим. Это было странно и немножко... непривычно.

  За смену мне позвонила только Мелисса - уточнить, приеду ли я домой и заказывать ли пиццу. Учитывая то, что Ник почему-то продолжал топтаться на фазе цветочных платонических отношений, сегодня вечером я опять проведу в привычной компании в общежитии. Быть может, просто позвонить Рыжему и поставить перед фактом? А то такими темпами мы до чего-то более конкретного доберемся как раз к Рождеству, а уже октябрь за окном!

  Да и погода что-то не радовала. Дожди еще не пошли, но все равно на улице было очень сыро - осень словно напоминала о том, что в этом штате она есть. Осень... чтоб ее.

  Первое, что я увидела, выйдя на парковку - свой ежедневник на крыше "Жука". Потом - Астон Мартин, длинные ноги, бейсболку и мерцающий экран АйПада в руках.

  Мика.

  По спине мурашки побежали. И явно, что не от холода.

  - Откуда он у тебя? - в лоб спросила я. Здороваться я не стала из принципа. Обойдется.

  - Я тут чуть корни не пустил, пока дождался, - проворчал Каллахен, поднимая глаза от экрана нетбука. - Ты такая медлительная. Черепаха и то быстрей.

  Я проигнорировала шпильку и только протянула руку к ежедневнику, как он уже оказался в чужих руках. Наивно было предполагать, что он вернется ко мне просто так, за просто "спасибо". Мне пришлось лишь вздохнуть - и наконец-то посмотреть на Каллахена прямо, привычно снизу-вверх. В эти зеленые глаза, на ироничный изгиб губ, знакомый прищур и постараться не утонуть. Потому что это - Мика Каллахен. Моя персональная головная боль, которую придушить хочется голыми руками.

  Последнее я озвучила вслух, скорчив брезгливую мордашку. Блондин оживился, расплылся в улыбке и мгновенно подставил шею для собственно, процесса удушения. И даже пообещал не сильно дергаться и хрипеть.

  - Ну тебя, дурак, - отмахнулась я, толкнув его ладошкой в плечо. Мика тихо усмехнулся, положил планшет с моим ежедневником на крышу своей машины и, подперев задом капот, презентовал мне тягучий взгляд из-под козырька бейсболки.

  - Где ты его нашел? - повторно уточнила я.

  Что-то мне это напоминает. Парковка у "Саванны", поздний вечер и наши две машины рядом... Почти как летом. Только сейчас Мика вряд ли предложит мне полететь на две недели в Сан-Франциско, как ни крути.

  - Ты лучше вспомни, где ты его потеряла, - отозвался Блондин.

  - Да, я растяпа, знаю. Ты мне уже миллиард раз говорил, ничего нового, - поморщилась я, подпирая задом бок своей машины напротив него. - Потеряла и потеряла. У нас все по старой схеме? Услуга за услугу?

  - Ты такая злопамятная.

  Каллахен улыбался так, как мог улыбаться только он, когда рядом никого нет. Только почему раньше он мне так не улыбался? Или это Сан-Франциско немного поменяло его отношение... ко мне?

  Сердце превысило лимит ударов раза в два. Дурак ты, Блондин. Со своими внезапными улыбками и смеющимися глазами. Интересно, спасает ли меня то, что сейчас темно и свет только от фонарей у заднего выхода?

  - Зачем ты отказал Нику в тренировках?

  - Кому? - удивленно уточнил Мика, приподнимая брови. Он издевается?

  - Рыжему.

  - Ах, ему, - закивал он, заулыбавшись. И, постучав себя пальцем по козырьку, хмыкнул: - Я не отказал. Я просто сказал, что лишняя нагрузка на команду в его лице нам не нужна. У нас окружные на носу, надо готовиться. Зачем нам лишний игрок даже на запасных, который все равно до Рождества уже вернется в свой университет?

  - Умеешь же красиво врать, - похвалила я, сложив руки на груди. - Убедительно.

  - То есть ты гнусно полагаешь, что я специально это сделал?

  - Конечно.

  - Попробуй доказать, - Мика с ехидной улыбкой развел руки.

  - Зачем мне это кому-то доказывать? Мне хватает того, что я знаю, какая ты зараза на самом деле. Эгоистичная, мелочная и чрезмерно самолюбивая.

  - Все-все, тссс! Ты тоже это миллиард раз говорила, ничего нового! Со сменой прически мозга не прибавляется, что поделать.

  - Ну у меня он хотя бы в голове, а не в штанах, - фыркнула я.

  Почему мне сейчас обидны все те же слова, что были тысячу раз сказаны до этого? Когда я к ним уже привыкну? Когда я привыкну к тому, что мы "разные уровни", как говорил сам Мика?

  Никогда.

  Я такая дурочка. Крашеная.

  Почему я никак не могу забыть лето, хотя должна?

  - Ты чувствуешь это? - в лоб спросила я, отворачиваясь в сторону. - То, что мы не можем общаться как раньше? Как весной? Когда мы виделись только в обеденный перерыв и исходили ядом друг на друга только чтобы снять стесс? Мы не можем стать друзьями, и не можем вернуться назад.