Край Ветров: некроманс - Кусуриури Диэр - Страница 58

Да, у Камориль получилось привести Веру в бешенство, если только это было его целью. Но ежели он хотел просто отвлечь ее внимание на себя, то мог бы и помягче выразиться!

Вампиршу затрясло.

— Ты за это ответишь!

Она бросилась к столу и стала перебирать лежащие на нем инструменты. Наконец выбрала плоскогубцы, бросила, потом выбрала ножницы и залезла на стул возле Камориль. Намотала на кулак прядь его спутанных волос.

— Вера, — необыкновенно нежно прозвучал голос Камориль.

Она замерла.

— Но это ведь ничто в сравнении с тем, что тебе пришлось пережить из-за меня. Бей меня и кусай — а толку-то, Вера? Да хоть ножиком режь. Ну, а если Богиня все равно пророчит им вторую жизнь, тем, кто умер за нее — то разве я все еще виноват? Тем скорее они избавятся от проклятия крови, разве не так?

Вера молча отпустила его волосы.

— Ты выводишь меня из себя, — сухо сказала она. — Я поняла, ты делаешь это специально. Чтобы я не обращала внимания на твоего дружка. Ты, несомненно, хорош, но этого недостаточно.

Она опять слезла на пол, но ко мне идти не спешила.

— У меня для вас уже приготовлена развлекательная программа, — проворковала Вера. — Мне сказали вас не убивать, но о психической неприкасаемости речи не шло. У нас тут, знаешь, не так уж много развлечений, внизу.

— Телевизор не смотрите? — хмыкнул Камориль.

— Напротив! — Вера душещипательно улыбнулась, обнажив клыки. — Именно оттуда идеи и черпаем! Видал пятый «Топор»?

Камориль промолчал, хотя Вера явно ждала ответа.

— Собственно, — продолжила вампирша, — сверху мне предельно ясно намекнули, что если кто-то из вас в итоге свихнется, то это будет только кстати. Вы ей не нужны в здравом рассудке. И эту сложную задачу — свести вас с ума, — она предоставила мне. И я задумалась: что может сломить такого, как ты?

Вера подошла ко мне, все еще держа в руках ножницы, но вопрос явно предназначался Камориль.

— Телесные муки вот этой нежной фиалки? Не думаю. Тебя, бледная тварь, вообще мало что колышет, сдается мне. Уж кровь и кишки тебя точно не смутят. Но… есть у меня одна идея…

Вера замолкла, прикусив губу.

— Ну, и каков же твой гениальный план?.. — спросил Камориль. И в этом вопросе я, к своему удивлению, услышал беспокойство.

— План? — Вера повела плечом. — Плана нет. Разве неопределенность — не худший твой кошмар? Будем веселиться. Будем… пробовать. Может, что-то и найдем. Времени-то в достатке. А вы оба, кажется, отлично регенерируете.

Она снова забралась на стул возле Камориль и подцепила ножницами свежевставленную серьгу. Резко рванула на себя. Губы Камориль снова скривились.

Серьга отлетела куда-то в темный угол.

Вера обмакнула палец в струйку крови, возобновившую свой путь по коже Камориль.

— Для начала, например, у нас тут есть камера, где на полу всегда воды по щиколотку, — она стала размазывать кровь некроманта ему по груди. — Я заставлю вас иметь друг друга по очереди, а если вы не будете этого делать, то получите разряд.

Вера поднесла окровавленный палец к губам Камориль и провела по ним.

— О, я вижу, тебе нравится эта идея, — захохотала она. — Ну, если хорошо пойдет, то этим зрелищем можно развлечь куда больше народу. Можно организовать прозрачный теплый душ. И крепкий, переменный ток. А потом кто-то сможет к вам присоединиться.

— А ты не боишься, что этому кому-то, — тихо прошипел Камориль, — я оторву голову еще до того, как он успеет снять штаны, а потом удовлетворю свою страсть именно при помощи новообразовавшихся в нем отверстий? Это достаточно развлечет твоих собратьев?

Вера наотмашь ударила Камориль. Я думал, она дала ему пощечину, но нет. Судя по начинающим кровоточить бороздам, рассекшим некроманту щеку и губы, Вера использовала когти. Потом она, не церемонясь, туго зашнуровала маску у него на лице.

— Достаточно, — процедила она сквозь зубы. — Следующую пару суток посидите без еды. Может, станете сговорчивей.

И, толкнув ногой многострадальный стул, глава клана вампиров ушла, хлопнув железной дверью.

Я пребывал под глубоким впечатлением от ее разговора с Камориль. Что за дела!..

Какая-то Богиня, надобность оставить нас в живых, но заставить сойти с ума… Вот уж бред. Может быть, она сама сумасшедшая? Навскидку, Вера страдает целым букетом личностных расстройств, и, хотя бы, житейской смекалки за этой инсталляцией не проглядывает. Как же она стала главой клана? Может, по наследству? Или… случайно? Вариантов уйма, в самом деле.

Одно я понял отчетливо: оставаться тут означенный срок — не наш вариант. Нужно суметь выбраться отсюда как можно скорее.

Я, вообще, мало знал о вампирах, и эта дамочка, даже в купе со своими кожаными трусами, никак не поспособствовала формированию у меня хорошего об их братии мнения. Камориль, видать, знал намного больше. Но теперь и он не мог говорить. Что же делать…

Еще это странное чудовище по имени «Лунь» — что оно такое?.. Может, в такое превращаются вампиры? Да ну, бред!

И это ее «Я вижу, тебе нравится эта идея» — с чего она это взяла? Неужели?..

Я скосил взгляд на Камориль. Его серьги-полумесяцы были все еще на нем — видимо, их не удосужились сорвать, а значит, у нас есть кое-что неожиданное для наших тюремщиков. А кроме прочего, где-то во мне все еще сидит костяной нож. Вот только, как его достать?

Я запоздало понял, что не спросил у некроманта, каким образом этот нож извлекается из костей носителя. Выходит, нож во мне, а как его достать, знает только Камориль. А Камориль не может говорить, да и я ничего не могу спросить у него.

Что же делать?

Пошевелиться я не мог. Вообще. Только голову мог поворачивать. Проклятый пластмассовый кляп у меня во рту был явно купленным в каком-нибудь секс-шопе и придавал моему положению толику горькой ироничности. Стоп. Пластмассовый?..

Я сделал то, чего раньше не пытался: попробовал применить силу и как бы разжевать кляп. Все-таки не зря же я всю жизнь вынужден подавлять свою улыбчивость и прятать от посторонних глаз мои желтые клыки. Мне пришлось изрядно напрячься и даже опереть нижнюю челюсть о плечо, повернув голову, и вот, при помощи такой импровизированной точки опоры, я смог раздавить пластмассу. Под напором моих зубов кляп треснул, и через некоторое время я радостно плевался его разжеванными кусками.

К сожалению, дотянуться ртом до связывающего меня скотча я не мог.

— Эй, Камориль, — позвал я. — А я разжевал кляп!

Камориль издал непонятный звук, похожий на хмык. Наверное, маска не дала ему изречь какую-нибудь колкость по поводу моей сообразительности, но это и к лучшему.

— Йер, как мне вытащить нож? — все-таки попытался я. — Что-то не нравится мне тут! Надо выбираться!

Камориль промычал что-то невнятное.

— Не понимаю, — грустно сообщил я.

Ну, что же делать дальше? Попробовать выработать какой-то шифр, чтобы Камориль по буквам намычал мне, как вытащить нож? Можно, но долго. Что же делать? Очень актуальный вопрос в таком положении.

Я стал осматривать нашу камеру на предмет чего-либо, что может мне помочь или натолкнуть на идею. Вот стол, на нем строительные и слесарные инструменты, мотки скотча, которым нас привязывали, какой-то мусор. Лампочка под потолком, опять же. Камориль, распятый на кресте, его черные кожаные штаны в какой-то белой пыли, как будто бы его тащили по побеленной известкой стенке…

Лунь придет кормить нас не раньше чем через двое суток. Ну хорошо. Если он придет, то что я смогу сделать? Украсить у него губами ложку? А вдруг это чудовище разозлится? Нет, не вариант.

Может, закричать? И тоже поиметь увлекательную беседу с Верой и ее извращенческими наклонностями? Ну уж, нет. Я, пожалуй, этого удовольствия себя лишу.

Как же быть?

Я снова посмотрел на Камориль:

— Ну и попали мы с тобой, а. Кажется, в таком положении мы впервые.

Камориль ничего не ответил, только вздохнул.

— Довольно неприятно быть настолько беспомощным, — признался я. — А эта барышня… Интересно, откуда ты ее знаешь? А впрочем, нет, не говори, даже думать об этом не хочу. Ее кожаные трусы и твои кожаные штаны… Что-то у вас есть, знаешь, похожее, мне даже удивительно как-то, чего это вы не нашли с ней общего языка.