Чародей. Том 1 - Ясинский Анджей - Страница 44

Удалившись от города на пару лиг и найдя удобное для стоянки место, Никос скомандовал привал и распорядился обустраиваться. Сам же прошел дальше, воткнул в землю палку, в которой Дорникус не сразу опознал искусный жезл, и отошел. И тут случилось то, что и повергло их в шок. Буквально за несколько секунд на месте жезла появилась вот эта избушка. Никос подхватил чародейку и скрылся с нею в домике. И пока оттуда не появлялся.

Все же они правильно решили тогда его дождаться. В принципе они обсуждали возможность найти в Тарфее другого искусника или чародея, чтобы он снял с них удавки, а потом убраться подальше. Но, хорошенько подумав, все же не решились. Вряд ли в заштатном городишке найдется тот, кто сможет снять поводок, да еще и Боркуса бросать не хотелось. Вернее, даже вопроса такого не стояло. А после того, как Никос восстановил (слово «исцелил» как-то тут слабо подходило) ему ноги, подобные мысли стали казаться просто смешными. А сейчас уж и подавно.

– Иди позови Никоса. Пусть посмотрит Боркуса, – сказал он Кирину. Не для того, чтобы тот действительно это сделал, а просто чтобы пришел в себя. Что и случилось.

– Нет, командир! – Кирин обмяк фигурой и повернулся к костру.

– Почему?

– Потому! Не нравится он мне! Вот скажи, что будет, если я свой нож метну ему в горло? – С этими словами Кирин продемонстрировал лезвие, блеснувшее красным в свете костра.

– Я думаю, нож полетит вперед, потом по дуге развернется и воткнется тебе прямо в задницу! – пошутил Дорникус, но взломщик не сменил хмурого выражения лица.

– Вот поэтому он мне и не нравится! Человек не должен быть таким… – Кирин замялся, подыскивая подходящее слово, – неуязвимым! Ты же видишь, он нас за людей не считает!

– За противников не считает! – поправил его командир. – Это другое. Ладно, я сам спрошу.

Дойдя до крылечка и безрезультатно подергав дверь, Дорникус обернулся и невесело ухмыльнулся:

– Да уж… Попали мы… Надо было послушаться Боркуса и не лезть в это дело.

– Не буянь там, командир, а то только разозлишь его понапрасну. Вроде время еще терпит… Давай, что ли, перекусим пока. – Кирин, подтянув к себе переметную суму, начал доставать продукты, которые они успели захватить в городе.

Дорникус кивнул и расстелил рядом тряпку, куда Кирин и стал выкладывать припасы.

– Примете в компанию? – Из темноты неожиданно появился Никос и устало присел рядом.

Кирин от неожиданности аж подпрыгнул и отодвинулся дальше.

– У нас есть выбор? – Дорникус лишь на мгновение замер и тут же продолжил раскладывать еду.

– Только не надо обижаться и выставлять меня злодеем. С моей точки зрения, это вы бандиты. Ни с того ни с сего напали, пытались захватить. Как мне еще с вами себя вести?

Дорникус опустил голову. Все так. Еще неизвестно, как бы он сам поступил на месте Никоса. Закончив с сервировкой «стола», он махнул на него рукой, мол, прошу. Никоса не пришлось уговаривать. Он схватил горбушку хлеба, кусок мяса и вцепился в них зубами. Понаблюдав за ним некоторое время, его примеру последовали и охотники.

Утолив первый голод, парень откинулся назад и сделал глоток из фляги. Дорникус замер и пригляделся – в очень уж неудобной позе сидел искусник, будто опираясь на спинку стула, – но ничего не увидел. Вздохнув, он тоже отпил из своей фляжки.

– Давайте, что ли, знакомиться, – произнес Никос. – Только уже по-настоящему. Я – Никос Курагендариус Исис. Мейх. Путешествую со своей подругой, чародейкой Кариной. Вы кто?

Дорникус немного помолчал, раздумывая над словом «мейх». Теперь в принципе стали понятны странности в Никосе и почему за него объявлена награда. Мейхи существовали в давние времена, не как какая-то раса или народность, а вот как сейчас искусники или чародеи. Дорникусу в свое время удалось получить кое-какое образование, и книжки он читал. Из прочитанного помнил, что мейхи по своим возможностям были неким сплавом искусников и чародеев. И, естественно, как все в древности, они были сильнее, могущественнее, умнее. Тогда он только усмехнулся, читая об их способностях, считая (и справедливо, как он полагал), что человеку свойственно преувеличивать. Но сейчас уже не был так уверен в своем скепсисе. И имя у него необычное. С одного из древних языков, нигде не используемого, но из которого пошли почти все современные имена аристократов, «курагендариус» означает что-то вроде управленца или администратора, а «исис» – «корень». Странное сочетание.

Вздохнув, он начал рассказывать. В сокрытии чего-либо он не видел необходимости, скорее это могло даже навредить. Никос слушал внимательно и не перебивал.

– Наши имена вы знаете. Мы охотники за головами. Ловим преступников, должников, насильников, да и просто тех, за кого назначена награда. Не буду утверждать, что все наши жертвы – преступники. Да нас это, в общем, и не интересует. Хотя для собственного спокойствия мы все же стараемся следовать своему внутреннему кодексу – не охотиться на женщин и детей. Не берем заказы и на откровенный криминал – то есть похищения, убийства. Или если удается получить информацию, что тот, на кого объявлена охота, ничего особо страшного не совершил, а его поимка – грубое нарушение закона того государства, чьим гражданином он является или в котором находится. Впрочем, все это смутно, смазанно и не так уж просто. Конечно, в каких-то странах или городах наши действия вполне могут трактоваться как разбой, но на самом деле все не совсем так.

Дорникус помолчал, собираясь с мыслями. Надо рассказать правду – мейх скорее всего почувствует ложь, – но и не очернить себя. Сложная задача. Особенно когда не знаешь, кто твой собеседник, и не понимаешь, что ему понравится, а что нет. Никос пока спокойно воспринимал его слова. В его глазах не было осуждения или одобрения. Он просто слушал, почти не сводя с собеседника взгляда. Лишь периодически переводил его на Кирина, как бы с чем-то сверяясь.

– Практически во всех странах у нас есть свои центры сбора информации, – продолжил Дорникус и на мгновение задумался. – Кто ими управляет, кто находится во главе – неизвестно. По крайней мере, мне. Известно лишь, что у них между собой постоянная связь, то ли искусная, то ли чародейская, которая и позволяет охотникам быть в курсе того, кто и где находится в розыске. На мой взгляд, они просто раздобыли старые архейские амулеты, за счет чего и смогли организовать эту структуру. Даже у нас есть пара амулетов, оставшихся с тех времен. В общем, мы собираем информацию, ловим, получаем деньги. Эти центры оставляют себе процент с каждой сделки. Плюс оплата за предоставляемую информацию, за связь.

– Легко ли вступить в гильдию охотников? – вдруг спросил Никос.

Дорникус запнулся:

– Гильдию? Достаточно прийти в один из таких центров и зарегистрироваться. Ничего сложного.

– Теперь расскажи о нас с Кариной. – Никос взял палочку и стал ее вертеть в пальцах.

– Про госпожу Карину я ничего не знаю. В гильдии охотников на нее заказа не было. А вот на вас был. Впрочем, ничего более того, что я вам уже рассказал, сообщить не могу. Нам дают описание цели, цену, сроки выполнения, если их устанавливает заказчик.

Никос кивнул.

– Что-нибудь знаете про чародея, напавшего на Карину?

– Нет. – Дорникус покачал головой. – Возможно, это вольный охотник или из диких, то есть тех, кто не состоит в гильдии.

– Понятно, что ничего не понятно, – пробормотал Никос и стал смотреть в огонь костра.

– Могу ли я попросить вас глянуть Боркуса? После вашего лечения он все еще не пришел в себя и, похоже, у него горячка. – Дорникус решился прервать задумчивость мейха. Говорить он пытался очень осторожно и нейтрально, так как просто не представлял, как тот может отреагировать на его слова. Хотя вроде пока складывалось впечатление, что этот Никос вполне адекватный тип. Но выводы делать все же рановато.

– Конечно, гляну, – оживился мейх и передвинулся поближе к лежащему Боркусу. – Ноги я таким образом еще никому не восстанавливал. Могут быть всякие непредвиденные сложности.