Разлучница - Леманн Кристина - Страница 63

— Тебе не кажется, что дети частенько бывают несправедливы к своим родителям? — улыбаясь, спросила Жасмин. —

Честно говоря, — продолжала она, — твои бабушка и дедушка очень за тебя волнуются. Они как раз вовремя успели заметить, что их внучка исчезла.

— Черт!

— Да, но рано или поздно твои родные все равно заметили бы это. Я думаю, что тебе стоит позвонить им и успокоить. Они сейчас на Ваннзе.

Роня нервно кусала губы.

— А папа тоже рассержен?

— Нет, — серьезно сказала Жасмин. — Он в полном отчаянии.

— Тогда он точно будет меня ругать.

— Очень даже может быть, Роня. Он так боится потерять тебя, что, наверное, не сдержится и отругает свою строптивую дочку. Но и ты ведь не ангел, когда волнуешься, не правда ли?

Через некоторое время Роня согласилась позвонить бабушке. Жасмин тактично удалилась в кухню и слышала только обрывки фраз.

Через несколько минут Роня прибежала, и спросила, может ли она переночевать у нее. Жасмин утвердительно кивнула головой. Потом Роня появилась снова и сказала, что бабушка хочет поговорить с ней.

Жасмин пошла в гостиную и взяла трубку. Адельтрауд извинилась за беспокойство и поблагодарила ее.

— Если тебя устраивает, то Фальк заберет Роню завтра утром.

— Для меня было бы лучше, если бы я сама привезла ее к тебе в дом на Ваннзе, — возразила Жасмин. Она больше не хотела видеть Фалька в своей квартире, после, того как выставила его за дверь.

— Как хочешь, — ответила Адельтрауд. — Но я не хотела бы утруждать тебя.

— Нет-нет, мне так удобнее. Нормально, если я приеду к десяти? Или это уже поздно?

— Приезжай, когда тебе удобно. Я всегда рада тебя видеть. Сегодня наш с тобой разговор резко прервали, и ты, как мне показалось, не успела о чем-то рассказать.

После того как все самое неприятное для Рони было позади, они расставили шахматы и уселись играть. За этим занятием их застал Рольф, пришедший в половине девятого.

— А ты кто? Ах, Роня. Очень приятно, — сказал он не особо приветливо.

— Здравствуйте, — ответила Роня тоже без энтузиазма.

— Роня, шах и мат, — сказала Жасмин. — А теперь марш в кровать.

— Я еще должна отыграться.

— На сегодня хватит.

— А завтра?

— Если ты проснешься в семь утра. А сейчас иди спать. — Жасмин встала и, пока Роня была в ванной, приготовила ей постель. Тем временем Рольф налил себе бренди со льдом. Жасмин уложила Роню, заботливо укрыла ее, пожелала спокойной ночи и закрыла дверь.

Рольф, стоя у открытой балконной двери, допивал уже второй стакан.

Жасмин упала на диван.

— Что здесь делает эта Роня? — спросил он.

— Тебя это не касается.

Рольф слегка качнул стакан, и льдинки ударились о его стеклянные стенки.

— Разве она не ходит в школу?

— Рольф, — теряя терпение, раздраженно спросила Жасмин, — зачем ты пришел?

— Чтобы ты выслушала меня!

Жасмин взяла себя в руки и приготовилась внимательно слушать.

— Как ты вообще додумался прийти ко мне после того, что натворил сегодня? Зачем ты рассказал Глории, что я встречалась с Ксандрой и Ахимом?

— Тебя не было в офисе, и никто не знал, где тебя найти.

— Рольф, у меня есть мобильный. И вообще, Глория могла бы подождать хотя бы пару часов. Рольф, ты меня предал.

По-другому это никак не назовешь.

— Жасмин, все как раз наоборот: ты поставила под угрозу репутацию фирмы, а значит, и мою тоже.

Жасмин засмеялась.

— Если тебе так больше нравится, то можешь расценивать это именно так. Ты уже решил, что тебе дороже Глория и фирма, а не я. И это твое решение. Глория меня бессрочно уволила. А между мной и тобой все кончено.

Он сделал еще один глоток.

— Если ты так считаешь, то мне лучше уйти.

— Всего хорошего.

Но за этим последовал бесконечный спор о том, кто виноват и как нужно поступать в подобных жизненных ситуациях.

Когда около часа ночи Жасмин наконец легла в постель, ей казалось, что ее голова раскалывается на части и она никогда больше не сможет думать. Все внутри так кипело, что она не могла уснуть.

ГЛАВА 19

Адельтрауд принимала у себя заказчика, а Фальк вышел из дома, чтобы привести в порядок лодку, привязанную за домом. Босиком, в дырявой футболке и старых потертых джинсах, он тщательно соскабливал облупившуюся краску с деревянной поверхности лодки. На мостике лежали штормовка, трос, ржавый якорь и несколько канистр. Оставшиеся в лодке весла мешали Фальку, но он неукоснительно придерживался правила: пока лодка стояла на воде, весла должны быть в ней, а не в каком-нибудь другом месте. Услышав шаги на мостике, Фальк обернулся — это была Роня. За ней по берегу шла Жасмин. На ней были летние джинсы и футболка с рисунком из светло-зеленых, оранжевых и розовых кругов, а на ногах — шлепанцы на шпильке. В своей легкой одежде Жасмин притягивала взгляд, и Фальк подумал, что все дело в ярких деталях, которые бросались в глаза: пластиковые пляжные шлепанцы и рисунок на футболке, напоминающий космический корабль «Орион», только цветной. Впрочем, Жасмин это было к лицу, и он готов был признать, что она выглядит превосходно, не говоря уже о ее прекрасных медно-золотистых волосах до плеч.

Фальк вылез из лодки и протянул руки девочке. Роня подбежала к нему и уткнулась носом в его футболку. Он прижал ее к себе, осторожно поддерживая на узком мостике.

— Ты все еще злишься на меня? — спросила Роня.

— Нет.

Пока Роня запрыгивала в лодку, он повернулся к Жасмин, которая оставалась стоять на берегу. Сняв шлепанцы, потому что каблук утопал в песке и мохе, она пошла босиком. Красивые вещи не могут быть практичными, считал Фальк и, как всегда, удивился, как это женщинам удается ходить на шпильках. В любом случае Фальку было невдомек, что Жасмин нарядилась по последней моде не ради него, а для себя самой, как это делают женщины, когда хотят забыть о переживаниях или стремятся привлечь к себе внимание на вечеринке или при встрече с подругами.

Вчера он очень сильно обидел ее, и, возможно, она ему этого никогда не простит. Он поставил ее на одну доску с Лаурой и предложил денег за молчание. Это самое ужасное, что может позволить себе богатый человек Фальк и сам не знал, зачем он это сделал. Неумышленно оскорбив Жасмин, он подверг ее испытанию, а она выдержала его и вела себя с достоинством, отказавшись от денег. И одновременно от него. Но зачем он мучает себя? Эта женщина никогда не достанется ему, потому что она живет в совершенно ином мире, недоступном для него. Он вспомнил, что видел мужскую куртку, висевшую возле ее шкафа у двери. Насколько Фальку не изменяла память, его звали Рольф.

— Привет, — сказал он, когда Жасмин осторожно ступила на мостик — Спасибо, что привезла Роню.

— Не за что, — коротко ответила она.

Окинув его взглядом с головы до ног, Жасмин посмотрела на лодку.

— Мне не очень удобно, — сказал Фальк, — что я стою перед тобой словно какой-то неандерталец. Знаешь, почему мужчины плохо одеваются?

Жасмин удивленно посмотрела на него. Он видел, что заинтриговал ее, только не показал этого.

— Еще в каменном веке женщины старались наряжаться, дабы привлечь внимание мужчин. Мужчинам же, наоборот, приходилось отпугивать своим видом врага, вызывая у него страх. Поэтому мы протягивали через нос кости, рисовали устрашающие узоры на лице, набрасывали на себя вонючие львиные шкуры, подвязывали пенис и удлиняли его с помощью трубки. Боюсь, что все это еще сохранилось в наших генах.

Жасмин невольно рассмеялась, но ее тут же отвлекла Роня, которая стояла в лодке и, широко расставив ноги, раскачивалась. Светлые волны мерно ударялись о столбы мостика.

— Смотри, не упади в воду, — не удержался Фальк.

Не обращая на него внимания, Роня села и взялась за весла.

— Можно мне немножко погрести?

— Подожди.

Фальк повернулся к Жасмин.

— Поедешь с нами или ты даже в одну лодку со мной не сядешь?