Рим. Прогулки по Вечному городу - Мортон Генри Воллам - Страница 93

93

Многие конгрегации и государственный секретариат имеют интернациональный штат. Нет такого европейского языка, и вряд ли найдется восточный, на котором бы не говорили в Ватикане. Младшие чиновники министерств набираются со всех концов света, и с таким же успехом вы можете встретить в коридорах монсеньора китайца, как и англичанина, испанца или итальянца.

Монсеньоры «приходят на работу» в половине девятого утра, а уходят в половине второго. Они не работают днем, кроме особых случаев. Странное это зрелище: священники и монахи, стоящие в очереди ранним утром, с молитвенниками и папками под мышкой, и ожидающие регистрации по табельным часам из мореного дуба, какие можно встретить на любой фабрике.

Кроме секретариата и других департаментов, Ватикан также включает в себя живописную и древнюю организацию под названием Папский двор. Он делится на капеллу и семью.[123] Капелла включает в себя всех значительных духовных лиц, которых можно увидеть на какой-нибудь важной церемонии в соборе Святого Петра: всех этих персонажей в рюшах и с мечами, и членов царственных домов, часто носящих титулы, пожалованные за давно забытые заслуги; а также палатинскую и швейцарскую гвардию, исповедника папы иезуита, его личных капелланов, его врача, еще одного врача — хирурга, scopatori segreti, то есть личных слуг папы, bussolanti, то есть швейцаров, носильщиков sedia gestatoria и многих других. На бумаге количество обслуживающих папу огромно, но в действительности все сводится к лакею, двум-трем слугам и нескольким немецким монахиням, которые готовят скромную еду для понтифика и убирают его апартаменты.

5

Те дни, когда я праздно бродил по Ватиканским садам, ыли моими счастливейшими днями в Риме. Я наслаждался пением птиц, равного которому не слышал больше нигде. Сады я нашел весьма изысканными. Там есть тихие уголки под дубами и конскими каштанами, откуда не видно даже купола собора Святого Петра и не слышно никаких звуков, кроме плеска фонтанов, и еще, возможно, скрипа старой тележки садовника или шума установленного им водомета.

За последние восемьдесят лет эти сады любили многие добрые и благочестивые люди: здесь, под дубами, иногда проезжал на своем белом муле Пий IX; здесь гуляли и молились Лев XIII, святой Пий X, Бенедикт XV, Пий XI и конечно, Пий XII. Хотя сейчас папы больше не заключены, как в тюрьме, в своем дворце, за время своего добровольного заключения они успели придать садам уникальность, которая сохраняется до сих пор; и невозможно ходить здесь или сидеть под деревьями, или смотреть на фонтаны (весьма скромные на вид — такие можно увидеть и в обычном саду, и они совсем не похожи на огромные папские фонтаны Рима), чтобы воображение не нарисовало тебе белых фигур «пленных пап» под старыми стенами.

— Должно быть, я никогда больше не смогу путешествовать! — говорят, печально произнес папа Пий XI, когда посмотрел вниз на площадь Святого Петра впервые после того, как стал папой; несомненно, для человека, привыкшего вести активную жизнь, мысль о том, что ему никогда больше не выехать за пределы Ватикана, должна была показаться очень грустной.

Пий XI единственный из пап проявил практический интерес к садам и провел около пятидесяти миль труб, соединенных с бесчисленными ирригационными установками, так что сейчас можно орошать более тридцати акров земли. Только здешняя трава, вероятно, остается свежей и зеленой до конца лета.

Ватиканская вода, хорошо всем известная, так как на площади Святого Петра она наконец вырывается наружу, была проведена в город в 1612 году Павлом V, починившим подземный водопровод Траяна. Римляне расскажут вам, что Aqua Paola — далеко не лучшая питьевая вода и, кроме того, обладает одним неприятным свойством — от нее чернеет мрамор; и все же ее очень много, и каждый, кто приезжает в Рим, знает, на какую большую высоту она может взлетать. Прежде чем вырваться наружу, она пробегает по папским садам и питает многие тамошние фонтаны.

В наиболее возвышенной части садов, рядом с рощей конских каштанов, под которыми земля осенью покрывается «лакированными» плодами, папа, когда он в Риме, прогуливается каждый день. Проложена специальная дорожка, разделенная надвое стеной, построенной под таким углом, чтобы папа гулял с одной стороны, если дует зимний ветер, и с другой — летом. Это самое тщательно охраняемое место в Ватиканских садах.

Около четырех часов дня дежурный жандарм во дворе Святого Дамаса сдержанно хлопает в ладоши, подавая знак своему товарищу в противоположном конце дворика сделать то же самое. И сигнал этот разносится по садам, и каждый полицейский знает, что папа сейчас сядет в свой автомобиль и поедет на прогулку. При приближении машины даже жандарм опускается на одно колено и отдает честь. Место прогулки — повторение грота в Лурде, подаренное Льву XIII французскими католиками; и статуя Святой Девы стоит у входа, как в Массабельском гроте; и три водомета приглашают «AUez boire a la Fontaine et vous laver!»,[124] указана и дата — 1858.

Я заметил несколько пустых клеток по дороге к променаду папы. Время от времени в них появляются ручные животные, подаренные папе. Последним обитателем одной из клеток был орел, подаренный Пию XI в качестве живого напоминания о его альпинистских подвигах в бытность кардиналом Ратти. Птица умерла через несколько Дней после смерти своего хозяина в 1939 году. Гораздо более умилительное домашнее животное, которое никогда не держали в клетке, — это любимый кот Льва XII. С ним папа по-братски делил свою ежедневную миску поленты. У папы была и умная маленькая собачка, которая, по свидетельству кардинала Уайзмена, жила после смерти Льва у леди Шрусбери. Хозяином еще одного папского кота был Пий IX. Можно себе представить, с каким важным видом и с какой грацией эти животные восседали за столом. Их выносил лакей, а после трапезы его святейшество прощался с котом и животное уносили. Лев XIII, папа, проживший более девяноста лет, первый из апостольски суровых современных пап, держал нескольких оленей, пару страусов и пеликана. Сейчас единственные домашние животные в Ватикане — это две канарейки Пия XII. Будучи любителем птиц, папа, должно быть, счастлив по утрам и вечерам слушать их пение в саду и, возможно, радоваться контрасту с тишиной итальянского пейзажа в Кастель Гандольфо, лишенном птиц.

Однажды я набрел на, как мне кажется, один из самых необычных ракурсов купола Святого Петра. Рядом со стеной Льва IV разбит настоящий садик с изгородями из самшита, прудом посередине и подрезанными падубами такой высоты и ширины, что между ними как раз мог бы поместиться купол собора Святого Петра; удивительный вид, похожий на тот, что открывается через ворота Мальтийских рыцарей, — купол собора вдали как бы служит кульминацией длинной аллеи деревьев. Отсюда кажется, что собор венчает собой вершину одного из них, и, когда я увидел его в этой деревенской арке, он был залит полуденным солнцем, а галерея наверху была черным-черна от посетителей, глядящих вниз на Ватиканские сады.

Думаю, что в садах есть несколько шутих, надо только знать, где их искать, так что у посетителей есть все шансы промокнуть до нитки. Но сейчас шутихи не работают. Думаю, последним папой, который ими интересовался, был по-детски жизнерадостный Пий IX, который под настроение любил облить водой своих кардиналов.

Мне кажется, самый красивый объект в садах — это маленький веселый летний домик, или casino, построенный Пирро Лигорио в 1560 году для мягкого, интеллигентного и очень любящего мирские удовольствия папы Пия IV, который мирно правил шесть лет. В Англии это был век Елизаветы I. Королеве тогда было двадцать семь, и она успела пробыть на троне лишь два года. Это был тот самый год, когда тело Риццо стащили волоком по черной лестнице Холируда. А в Риме Пирро Лигорио получил разрешение отрезать от того, что сейчас стало Пьяцца Навона, стадион Домициана. Эта территория была ему нужна для летнего домика папы.

вернуться

123

В 1969 г. Папский двор был реформирован. — Примеч. ред.

вернуться

124

«Пейте и купайтесь в источнике!» (фр.)