След оборотня - Левандовский Конрад - Страница 103

– Господин, ты должен это знать, – сказала Ириан, когда он закончил. – Это невероятно, но все на то указывает…

Король внимательно посмотрел на нее.

– Тагеро – это мой отец, – прошептала она.

– Ксин?! – Редрен даже привстал.

Ириан молча кивнула.

– Ты говорила, что он – чародей… Ксин не знал магии, – заметил Редрен.

– Я знаю, господин…

– Не сходится! Но чародей мог принять облик Ксина… – король задумался. – Тут явно какая-то хитрость. Будь осторожна, никому ни слова. Теперь рассказывай, что там было!

Слушая девушку, Редрен, сам не зная отчего, вдруг начал присматриваться к позе Ириан и наблюдать за всеми ее невольными движениями.

– Родмин справится, – сказал он, когда она закончила, – за него я спокоен, но вижу, что ты лишилась не только его… – Он замолчал.

– Прошу прощения, ваше величество? – удивилась Красноглазая.

– И девственности своей тоже, – спокойно проговорил король. – Но ты забыла об этом упомянуть…

Щеки и шею Ириан залил пурпурный румянец. В верхней части лица цвет этот перешел в темно-бронзовый, из-за зеленой вуали.

– Откуда ты… господин… – с трудом выдавила она.

Король фыркнул, смутив ее еще сильнее.

– Эх, малышка! – весело сказал он. – Я стреляный воробей и слишком со многими бабами имел дело, чтобы не заметить. Я вижу, как ты сейчас ставишь ноги, и помню, как это выглядело до твоего отъезда. Разницы вроде бы никакой, но она есть! Поверь, в девочках я разбираюсь не хуже, чем Якоб в своих клиентах… Не то ремесло и не те годы, чтобы могло быть иначе!

Ириан смотрела на Редрена широко раскрыв глаза. Сейчас она была похожа на маленькую девочку, застигнутую врасплох за банкой с вареньем.

– Только не расплачься мне тут… – мягко сказал король. – И рассказывай, кто он? Да ему немалая награда за смелость причитается!

Молодая наложница лениво потянулась в голубых складках бархатной постели и мягко, словно кошка, скользнула на другую половину ложа. Там, однако, оказалось пусто. Удивленная, она подняла голову и села. Длинные волосы рассыпались по ее шее и спине. С плеча спадал шелк коротенькой вишневой туники, приоткрывая маленькую остроконечную грудь. Она медленно подтянула стройные ноги, сомкнув изящные и мягкие, словно персик, бедра. Вишневая ткань, свободно покрывавшая ее тело, достигала середины ягодиц. На лице девушки еще читались следы недавно испытанного наслаждения. Она мечтательно улыбнулась.

– Какое чудесное утро! – Редрен в халате стоял у окна, глядя куда-то вдаль. – Редко случается увидеть столь прекрасно освещенные солнцем облака… – восхищенно отметил он. Лишь затем он посмотрел на любовницу. – Только не ревнуй, моя сладкая, – сказал он. – В моем возрасте все больше внимание начинаешь уделять чудесам природы…

Он подошел и коснулся ее колен. Она тотчас же их раздвинула.

– Что, хочешь еще? – Он провел ладонью по влажному низу живота.

– Да, господин… – прошептала она, крепко прижимаясь к нему.

– Если бы Ормед вместо сотен дурней-шпионов присылал мне раз в месяц одно такое создание, как ты, то уже через год загнал бы меня в могилу, и я не имел бы ничего против! – он развязал толстый пушистый пояс халата и опустился на девушку. Та приняла его с такой страстью, словно десять последних лет провела в одиночестве на вершине башни, охраняемой стаей драконов. Редрен не без труда овладел извивающимся под ним стройным телом.

«Что же будет со мной в старости?» – подумал он почти со страхом, ритмично погружаясь в содрогающееся тело молодой женщины.

Стук в дверь! На подобное мог отважиться лишь один человек во дворце. Красноглазая! Это означало, что случилось нечто серьезное.

– Подожди!!! – крикнул он и бросился в отчаянную погоню за ускользающим, словно заяц, забытьем. Наложница укусила его за плечо. Перед глазами Редрена внезапно вспыхнуло воспоминание о величайшем совершенном в жизни безумии, когда он, девятнадцатилетний принц, самовольно пошел в атаку во главе своей конницы на фалангу пикинеров в битве под Амизаром, во время войны с Роном. Адский стук копыт, грохот, шум крови в ушах, а потом могучий удар…

– Входи! – велел он чуть позже, спокойно поправляя халат. Девушка на ложе дрожала как осиновый лист, все еще не в силах прийти в себя. Король опустил балдахин.

– Господин! – Вместе с Красноглазой в спальню вошел мужчина в обычной одежде придворного, но щетина на его лице свидетельствовала о том, что ему пришлось переодеваться быстро и он не успел побриться. Монарх упал в кресло.

– Налей мне вина! – приказал он Ириан, прежде чем она успела что-либо сказать.

Он принял кубок и не спеша осушил его до дна. Те двое выглядели так, словно стояли на раскаленной, жести вместо пола.

– Ну хорошо, я слушаю. – Редрен утер губы.

– Это наш человек из Амизара, – представила Красноглазая своего спутника. – Он прибыл час назад. У него важные известия…

– Я думаю! – прервал ее король. – Ибо в противном случае вы оба ответите за попытку довести меня до разрыва сердца. Говори!

– Толька что обговорены условия мира между королевством Рона и Империей Южного Архипелага. Ренир Великий и Кахар Беспалый пожали друг другу руки. Война окончена, в Амизар стягиваются тысячи отпущенных со службы наемников.

– Почему туда? – деловито спросил Редрен.

– Потому что уполномоченные Ормеда принимают всех с раскрытыми объятиями. Платят за квартал вперед.

Властелин Суминора протяжно свистнул.

– Вижу, наш дорогой Ормед наконец нашел более действенное применение своему золоту.

– Очередные когорты выступают в сторону Нандеи, – закончил незнакомец.

– Коменданты Крепостей на границе Каладена извещены?

– Да, господин.

– Как твое имя?

– Зорето, господин.

– Я его запомню, иди.

– Господин! – Он поклонился, приложив правую руку к груди.

Редрен посмотрел на Ириан.

– Итак, конец ухаживаниям, – спокойно проговорил он. – Девица оказалась чересчур упрямой, придется взять

ее силой…

– Не понимаю, ваше величество? – ответила Красноглазая.

– Все просто, – пояснил король. – Пока что во всех авантюрах Ормеду нужно было лишь одно – разыграть войну таким образом, чтобы потом иметь возможность диктовать условия мира. Естественно, самым важным из них было бы соединение наших родов благословенными супружескими узами. Он хотел склонить меня к тому, чтобы выразить на то согласие, так что, по существу, это было лишь ухаживание. Может быть, чуточку грубое, все-таки полтора десятка тысяч трупов, но ухаживание… Теперь же игра окончена. Слишком много золота, оскорбленной гордости и войска. Добавь к этому еще нынешнюю армию Ормеда, которая не слишком пострадала во время последнего купания в Северных Болотах, и поймешь, чего ждать. Это уже не маленькая приграничная войнушка. Речь идет уже о завоевании всего Суминора! Наш дорогой сосед покончил с намеками и намерен показать себя настоящим мужчиной… В самом деле, я начинаю чувствовать себя девицей, оказавшейся в мрачном лесу, полном разбойников… – вымученно пошутил он.

– Какие будут распоряжения, господин?

– Начинаем подготовку. Ничего другого не остается, – сказал Редрен. – Шли гонцов к наместникам в провинциях, пусть делают все то же, что и обычно.

– Достаточно ли этого? – спросила она.

– Ты права… – Он задумался, – Собери, сколько сможешь, войска с пирийской границы. Только в меру! Я не хочу потерять те земли. Объяви также о прощении для всех разбойников, скрывающихся в лесах Рогирры. Вина с них будет снята, если они встанут на защиту короны. Что еще?

– Крестьяне, – подсказала Красноглазая.

– С этим осторожнее. Дворяне могут косо посмотреть, а тронуть сейчас усадьбы жрецов – хуже, чем сунуть руку в осиное гнездо…

– Я могу распустить неофициальные слухи о том, что им дадут землю, свободу, дворянские гербы. Тогда несколько тысяч наверняка сбежит в войско. Будет кем усилить легкую конницу.

– Хорошо, так и сделай, – согласился король. – Но не это будет твоей главной задачей.