След оборотня - Левандовский Конрад - Страница 84

– Знаешь, – помолчав, сказала она, – если бы эти судьи хоть немного соображали или по крайней мере чаще разговаривали друг с другом, то до такого бы не дошло. Марон знал о вампире, но отнесся к нему как к теленку с двумя головами, подписал документ о вскрытии и забыл. Тарес, честный дурак, раскрыл убийство мальчиков, но не подумал о том, откуда простая горожанка могла знать столь сложные чары. Молино немного разбирался в магии, но слишком легко поддался влиянию тех двоих. До этого, например, они заставили его отказаться от расследования дела об исчезающих висельниках…

– О чем?

– О трупах с Холма Висельников. Молино заметил, что раз в два-три месяца куда-то пропадает труп одного из казненных. Из тела человека, умершего насильственной смертью, получают множество чародейских ингредиентов. Здесь, судя по количеству случаев, одного только висельничьего сала можно было вытопить столько, что всем магам в Суминоре хватило бы на десять лет. Однако Марон и Тарес решили, что виной всему вороны и дикие звери, и доклад Молино оказался в архиве. Недоучки-идиоты!

– Есть! – прервал ее Мино. – Иск против Декело. Шесть лет назад.

– Чей?

– А чтоб его! Это тот же самый крестьянин, что заколол вампира. Фрето из Деры. Дело о части поля и праве пользования пастбищем. Декело якобы подкупил землемера.

– Чем закончилось?

– Декело проиграл. Землемер отправился на дыбу.

– Ха! Значит, у Декело были причины наслать на Фрето кое-кого с длинными зубами. Интересно, почему ему не удалось?

– Здесь написано, что этот Фрето в молодости был подмастерьем у истребителей.

– И его наверняка выгнали, поскольку ученик оказался способнее мастера. Это на них похоже! Надо с ним поговорить, но как-нибудь потом. Теперь нам уже известно, что Декело знал этого чародея по крайней, мере пять лет. Должны быть какие-то свидетели.

– Или письма… – подсказал Мино.

– Я проверила, нет. Думаю, надо прогуляться на Холм Висельников.

– Почему туда? – недовольно поморщился Мино. – Лучше давай встретимся с тем крестьянином.

Ириан отрицательно покачала головой.

– Не знаю, – серьезно сказала она. – Предчувствие. Я чувствую, что там мы что-то найдем.

– Ну, раз так… – развел руками Мино. – А что с этим? – Он показал на груду бумаг.

– Пока оставим. Будет надо, еще покопаемся. Знаешь дорогу?

Мино содрогнулся.

– Может быть, не столь хорошо, как Рида, но достаточно… – холодно сказал он.

– Не хочешь вспоминать? – Вуаль Ириан сверкнула сочной зеленью. – Пойду с кем-нибудь другим, а ты возвращайся домой и пиши мрачные стихи. Или можешь себе вены перерезать…

– Хватит издеваться! – взорвался он. – Думаешь, такое легко забыть? Я не умею меняться, как ты. Я всего лишь человек!

Ириан вздрогнула. Какое-то мгновение Мино казалось, что она что-то скажет, но она лишь опустила голову и замолчала.

– Отведи меня туда, – наконец велела она.

Всю дорогу до вершины холма они не обменялись ни единым словом. Проторенной тропой они не пошли. Ириан уже с самого начала двинулась напрямик, через кусты и завалы каменных обломков. Несколько раз они натыкались на каменистые осыпи, отступали, петляли и карабкались, цепляясь за пучки травы. Никто не желал принять помощь от другого. Иногда Ириан делала вид, что не замечает протянутой к ней руки. В другой раз Мино упрямо обходил пригнутые к нему ветви и наскоро выкопанные девушкой импровизированные ступени. Она шла впереди, часто останавливаясь и прислушиваясь, он спешил за ней следом, все время размышляя над тем, зачем, собственно, это делает. Он чувствовал себя несколько глупо, но гнев и злость на Красноглазую полностью заглушили чувство вины. Он был сыт по горло ее колкостями и насмешками. Возможно, она поступала так для его же добра, чтобы вырвать его из отупения, но ее слова ранили, а она явно не умела отличить скальпель от мясницкого топора!

Дурное настроение исчезло, когда они оказались на вершине Холма Висельников. Здесь находилось место казни и одновременно кладбище преступников, не имевших права покоиться рядом с честными гражданами Суминора. На этом небольшом клочке каменистой земли давно, однако, не хватало места для новых могил, так что тела казненных обычно висели вплоть до полного разложения. Оставшиеся после ворон отбросы обычно убирали в сторону перед каждой очередной казнью. Черепа, ребра и высохшие руки и ноги производили впечатление чудовищных плодов обильно росших здесь деревьев.

Виселица из деревянных балок могла послужить для десяти осужденных сразу, и именно ее вид заставил Мино забыть о своей злости, сменившейся неподдельным изумлением. На веревке болтался свежий, двух-, может быть, трехдневный висельник. Мино посмотрел на него, на Ириан и снова на него. Нет, он не мог ошибиться! Этот тип с высунутым языком не мог появиться здесь до приезда Красноглазой из Катимы!

Ириан тоже была застигнута врасплох.

– Не понимаю… – удивленно сказала она. – Должны быть двое!

Мино почувствовал, как его челюсть отвисает все ниже и ниже. Девушка повернулась к нему.

– Ну, чего уставился?! Ты же знаешь, что я назначена временным судьей провинции Каладен. Сам мне сегодня об этом напомнил.

– НО..У – От обилия мыслей язык застрял у него в горле.

– Что «но»? Ко мне привели пойманных на тракте бандитов, так что я должна была делать? В Своде Законов черным по белому написано – либо колесование, либо петля. Колесование самой нужно было организовывать, а времени у меня не было. Так что я приказала повесить, поскольку сюда они могли прийти и без меня. Тадин говорил, что они сделали все как надо, так где же тот, второй, дьявол бы его побрал?

– А где ты взяла палача? – В голосе Мино звучало искреннее удивление.

– Этому пьянчужке Гамбо как раз на пиво не хватало, – раздраженно ответила она. – Ты что, ничего не понимаешь? Опять висельника украли!

– Не украли… – Мино посмотрел на перекладину и свисавший с нее обрывок веревки. – Если бы было так, веревка была бы перерезана. Она просто оборвалась.

– И он пошел домой, да?! – со злостью фыркнула Ириан. – Что за сумасшедшие места, даже простой разбойник не может гнить там, где его повесили! Один перегрызает веревку, другой обрывает… – Она устало присела на камень. – Что это?! – Она вскочила словно ошпаренная.

– Где?! – Мино машинально посмотрел на камень.

– Там… – она показала на заросли и внезапно застыла, – что-то есть!

По спине парня пробежал холодок. Ириан раздвинула ближние ветви. Инстинкт подсказал Мино посмотреть вверх. Он увидел обломок скалы величиной с человеческую голову, который завис в воздухе и мгновение спустя устремился вниз,

– Осторожно! – крикнул он, бросаясь к Красноглазой.

Послышался глухой удар и треск ломающихся костей. Камень ударился о землю в шаге от Ириан, раздробив фрагмент какого-то скелета. Над ними разлетелись еще два куска гранита, с треском столкнувшись друг с другом.

– Бежим! – Он потянул девушку за руку.

Под ноги им ударил град обломков и искр.

– Туда!!!

Сломя голову они помчались вниз по крутому склону. Очередной камень отлетел от небольшой скалы и пронесся над самым плечом парня, чуть зацепив ухо. Мино был солдатом. До знакомства с Ридой он три года прослужил младшим офицером во Втором легионе провинции Каладен, а до этого сражался с островитянами в битве под Диной, но никогда прежде ему не приходилось слышать о существовании столь скорострельной и меткой катапульты. Именно об этом он подумал, когда, избегая попадания, отскочил в сторону и с разгону пролетел через разросшийся колючий куст. На нем были кожаные куртка и штаны, но на мгновение ему показалось, что из-за колючек будут вырваны все волосы с ничем не прикрытой головы. Он споткнулся и растянулся на земле. Внизу он оказался с полным песка ртом и с ощущением, будто по нему пронесся табун лошадей. Ириан выглядела не лучше. За несколько последних минут она стала похожа на пугало, ставшее жертвой града. Лишь ее вуаль каким-то чудом осталась цела.