Возвышение империи - Барон Сэм - Страница 132

— До свидания, Лани, Типпу, — сказал Алексар. — Я должен доложить господину Эсккару.

— Сестра и я благодарим тебя за помощь, Алексар, — сказала Лани. — Ты был к нам более чем добр. Да пребудет с тобой неизменно благоволение богов.

— Господина Эсккара нет в городе, — сказала Увела. — Но командир Гат должен быть все еще в доме совета.

— Тогда найду его там.

Алексар поклонился всем и исчез в саду.

— Эти две комнаты будут вашими, — начала Увела, как только Алексар ушел, и показала на две смежные комнаты, дальше всего отстоящие от кухни. — Я предлагаю тебе взять ту, что побольше, Лани.

Итак, Увела знала, кого выбрал Эсккар. Лани гадала, что еще здешние люди знают о ней и Типпу.

— Этот дом принадлежит госпоже Трелле, — продолжала Увела, — и отводится важным посетителям и гостям. Одна комната пустует, а другую занимает торговец с юга. Он покинет город через несколько дней, поэтому дом останется в полном вашем распоряжении. Госпожа Трелла просила меня встретить вашу лодку, привести вас сюда и помочь всем, чем можно.

— Ты сама доброта, Увела, — вежливо ответила Лани, — но больше всего нам обеим нужно помыться, если это возможно. Мы путешествовали в компании мужчин больше трех дней.

Увела понимающе кивнула. Путешествие для женщин было делом трудным и опасным, даже по реке.

— Лучше всего помыться в Тигре, — она взяла два одеяла с маленького столика рядом с кроватью. — Оставьте свои вещи здесь. Они будут в безопасности. Охранник никуда не отлучается, и ни один вор не тронет то, что принадлежит господину Эсккару. Следуйте за мной.

— Кот, — сказала Лани. — Господин Эсккар сказал привезти его сюда. Можем мы получить еду и воду для бедняжки? Он все путешествие провел в клетке.

Увела кивнула.

— Я скажу охраннику. Но, наверное, лучше держать кота в клетке первые несколько дней, пока он не привыкнет к новой обстановке и не поймет, что здесь его новый дом.

Она отдала охраннику необходимые распоряжения, и они покинули садик.

Когда три женщины пошли обратно к речным воротам, Лани осматривала тесные улицы, полные домашних животных и занятых своими делами людей. Она никогда еще не видела такого большого города.

— Сколько людей здесь живет, почтенная?

— Говорят, теперь почти пять тысяч, — ответила Увела, без задержек пробираясь сквозь толчею.

Лани хотелось узнать побольше об Аккаде, но с этим можно было подождать.

— Ты давно служишь госпоже Трелле?

— С тех пор, как она тут поселилась, Лани. Тогда это место называлось Орак. Мой муж умер, моя единственная внучка заболела, и нам нечем было заплатить лекарю. Благодаря госпоже Трелле моя внучка поправилась.

— Госпожа Трелла, должно быть, замечательная женщина. Она помогает многим людям в городе?

Увела замедлила шаг и повернулась, чтобы встретиться с Лани глазами.

— Она присматривает за своими друзьями. Тем, кого она не любит, лучше отсюда уйти.

Достаточно прямо, решила Лани, но у нее был еще один вопрос.

— А где сегодня господин Эсккар?

— Господин Эсккар уехал утром с несколькими воинами.

Увела увидела разочарование на лице Лани, и следующие слова старухи прозвучали мягче:

— Я не знаю, где он, но, кажется, он собирался вернуться сегодня к вечеру или завтра.

Лани почувствовала, как сестра сжала ее руку. Достаточно было одного взгляда на Типпу, чтобы понять, чего она хочет.

— Увела, а ты знаешь что-нибудь о Гронде, телохранителе господина Эсккара? Моя сестра… Мы слышали, он был ранен в бою.

Алексар знал о ранах Гронда, но мог сказать только, что телохранитель все еще был жив, когда он, Алексар, отбыл в Биситун.

Увела увидела обеспокоенное лицо Типпу.

— Гронд потерял много крови, но оправился от ран. Лекарь сказал, что Гронд быстрей поправится за городом, поэтому господин Эсккар отвез его на ферму благородного Реббы. Это недалеко от города, — добавила Увела, — и я уверена, что вы сможете навестить его завтра, если захотите.

— Спасибо, — сказала Типпу с нескрываемым облегчением, но ее рука все еще крепко сжимала руку Лани.

К этому времени они снова подошли к речным воротам. Как только ворота остались позади, Увела повернула влево, прочь от многолюдной пристани, и повела женщин вниз, к реке. Они прошли еще около двухсот шагов до того места, где Тигр делал поворот. Этот участок реки не был виден с пристани: запруда, огороженная живой изгородью, возвещавшей, что это место принадлежит женщинам, представляла собой уединенный водоем, где можно было помыться. Полдюжины женщин стояли в воде, мылись сами, мыли своих детей, некоторые даже стирали одежду. Никто не обратил особого внимания на Увелу и ее спутниц.

Оставив Увелу на берегу, Лани и Типпу разделись и вошли в воду. Обе девушки умели плавать, но, помня предупреждение Увелы, держались поближе к берегу и не покидали запруды. Когда они кончили мыться, Увела помогла им вытереться одеялами.

После того как сестры оделись, Увела повела их обратно к дому. Лани поняла, что она ни за что не отыскала бы дом сама. В ее голове все еще не укладывалось, каким огромным был Аккад.

— Вы обе должны оставаться здесь, пока вас не позовут, — сказала Увела. — Я скоро вернусь.

И старуха ушла, сперва остановившись у ворот, чтобы поговорить с охранником.

Итак, их должны были вызвать. Лани этого ожидала. Где бы ни был сейчас Эсккар, Лани понимала, что она и ее сестра теперь во власти госпожи Треллы. Несколько недель она расспрашивала всех встречных об Аккаде, Эсккаре и, конечно же, о Трелле. Все считали Треллу честной и порядочной женщиной, и немало людей описывали ее как истинного правителя Аккада.

И вот вскоре Лани, новая любовница Эсккара, предстанет перед второй самой могущественной особой в городе. Лани не думала, что жена ее любовника примет ее с распростертыми объятьями.

И все-таки они с Типпу постарались с толком использовать оставшееся время. Энергично вытершись еще одной парой одеял, которые отыскала Лани, они высушили свои волосы, и Типпу пустила в ход большой деревянный гребень, чтобы привести в порядок мягкие каштановые локоны своей сестры. Лани надела свое лучшее платье — то, в которое облачилась в первую ночь для Эсккара.

Она достала из дорожного мешка горшочек с охрой, и они с Типпу по очереди подвели глаза. В еще одном сосуде были благовония, которыми они надушились, а в маленьком пакете хранились листья мяты, и сестры пожевали их, чтобы дыхание стало свежим. Лани надела на каждую руку по простому браслету и воткнула в волосы золотую иглу.

Типпу осмотрела сестру и объявила, что та готова. Что касается Типпу, ей требовалось меньше ухищрений, чтобы подчеркнуть свою красоту.

Едва они закончили приготовления, как снаружи раздался голос Увелы, разговаривающей с охранником. Лани увидела в глазах Типпу страх.

— Не беспокойся, Типпу. Что бы ни случилось, Эсккар желает, чтобы ты была у Гронда в целости и сохранности.

— А ты? Что будет с тобой?

— То, чему суждено, — ответила Лани, стараясь говорить уверенней, чем она себя чувствовала. — Помни, Эсккар послал за нами.

Увела вошла в комнату.

— Госпожа Трелла желает видеть вас обеих, — сказала она. — Я отведу вас к ней.

Лани не знала, что сказать, поэтому выдавила улыбку.

Когда они шагнули на улицу, к ним устремились глаза всех мужчин, восхищающихся их красотой и гадающих, кто эти незнакомки. Сестры прошли всего несколько шагов и очутились во дворе дома Треллы.

На Лани произвели впечатление размеры дома, который почти скрывался за стеной выше ее роста. Двое воинов охраняли большие деревянные ворота, недавно окрашенные и расписанные. Ворота распахнулись перед ними, и женщины вошли в просторный двор, где могло уместиться полсотни людей.

Увела жестом указала на главный дом.

В общей комнате сейчас никого не было, кроме двух слуг, с любопытством уставившихся на вошедших. Лани удивленно посмотрела на лестницу, что вела в верхние покои. Она никогда еще не бывала в двухэтажных домах.