Королева эльфов. Зловещее пророчество - Хеннен Бернхард - Страница 147

Ты не хочешь убивать короля. Считаешь, что заколоть старого больного человека в постели — это не по-рыцарски.

Мы довольно часто спорили об этом. Твое рыцарство привело к тому, что не проходит и недели, чтобы не происходило убийства по приказу короля. И ты бездействуешь. Приносишь этих людей в жертву своему рыцарскому кодексу.

— Ты поэтому уходишь?

Нет, мальчик. Просто пришло время… У Тьюреда для меня другое задание. Мы с тобой здорово провели время. Я навсегда запомню тебя.

— Я убью Кабецана! — Адриен отбросил все предосторожности. Несмотря на то что они были в хлеву одни, никогда нельзя быть уверенным, что тебя не подслушивают.

Знаю. Ты должен сделать это. Или он найдет способ убить тебя. Долго терпеть тебя он не станет. Не позволит, чтобы в его королевстве жил такой человек, как ты. Хочу дать один совет. Будь готов к тому, что он использует твое рыцарство против тебя. Будь осторожен! Он старый больной человек. Но он все еще опасен.

Адриен отложил скребницу. Лицо его стало жестким, замкнутым. Обычно он выглядел так, когда любой ценой хотел скрыть свои чувства. Но голосом он не владел.

— Я буду скучать по тебе, — произнес он.

Малышу действительно удалось тронуть Жюля. Бродячий проповедник провел с сыном слишком много времени. Привязался к нему всем сердцем. Подобных ситуаций нужно остерегаться! Люди живут слишком недолго… Адриен сделал свое дело хорошо. Это важно. Рыцарский орден основан. Задача мальчика выполнена. Убийство тирана было бы блестящим завершающим аккордом, но Адриену уже не нужно делать этого, чтобы войти в историю Церкви под именем святого Мишеля Сарти.

Жюль вышел из конюшни. Свобода! Как же он по ней истосковался… Четыре года он был конем. Довольно! Хоть и нравился ему мальчик, и от роли тоже удовольствие получил…

Я не очень умею прощаться. Прощай, Адриен. И береги себя теперь, когда у тебя нет коня, который будет прикрывать твой тыл.

Мальчик обнял его! Этого не может быть. Не обратил внимания на то, как на него будут смотреть в трактире!

— Прощай, Белый Гром. Мне будет не хватать наших разговоров.

Перестать разговаривать с лошадьми у всех на виду. Это странно даже для почти святого. И да… Мне тоже будет не хватать разговоров с упрямым идеалистом.

Жюль отвернулся и понесся по заснеженной дороге, удивляясь собственным чувствам. Он уже начал скучать по мальчику. Самое время позаботиться об иных вещах. Для таких сентиментальных глупостей в его жизни больше нет места!

Делатель королей

Андеран вошел последним в комнату, где собрались коменданты, узкий кружок верных Элийи. Из всех ветеранов борьбы с эльфами осталась только горстка. Большинство были избраны позже. Андеран был здесь потому, что когда-то защитил Элийю от ши-хандан. Повелитель Вод долгие годы с удовольствием занимался наведением нового, лучшего порядка в мире. Но теперь чувство опьянения успехами ушло.

Только вчера он вернулся из Фейланвика. Мороз стоил ему двух пальцев на руках и трех — на ногах. И еще повезло, что молодой кобольд решительно воспротивился предложению Солтона утопить старика в канале.

Андеран плюхнулся на последний свободный стул. Сидел он рядом с новеньким. Братом Элийи. Вчера он уже кое-что слышал об этом молодом лутине. Похоже, лисьемордый кобольд долгое время провел в обществе Эмерелль. Обманул свергнутую королеву, следил за ней. Если то, что он говорил, правда, то она вовсе не собирается возвращать себе потерянный трон.

Элийя поднялся со своего места. Смолкли последние разговоры комендантов. Но вместо того, чтобы смотреть на Элийю, все смотрели на Повелителя Вод. Что происходит?

— Братья и сестры, вчера Совет Короны принял решение относительно князей, которые будут призваны на выборы короля. На протяжении нескольких недель это было темой наших тайных собраний, и я рад сообщить вам, что удалось повлиять на Совет Короны таким образом, что было принято выгодное для нас решение. Они призовут обоих князей кентавров, Катандера и Нестеуса.

Андеран не поверил своим ушам.

— Наши враги будут призваны на выборы короля?

Элийя бросил на него раздраженный взгляд.

— Поскольку на протяжении последних недель тебя здесь не было, ты не понимаешь всей глубины… Идея этих выборов заключается в том, чтобы лишить троллей власти. Они вынуждены действовать по нашим планам. Если они не придут на Праздник Огней, то потеряют лицо, и весьма сомнительно, что их и дальше будут воспринимать в народе как предводителей. Если же они явятся, у них будет только два голоса из семи. Сканга и Гильмарак убеждены, что таким образом князья будут неопасны, поскольку короля выбирают простым большинством. Они даже пошли на то, чтобы позвать эльфа Альвиаса, бывшего гофмейстера Эмерелль. Герцог Мордштейна и герцог Волчьей Ямы представляют на выборах троллей.

Они оба не славятся остротой ума, но преданы Гильмараку.

Но Сканга далеко не глупа. Она давно опасается, что я потянусь за короной, поэтому назвала меня в качестве одного из князей, которые будут призваны на выборы. Князья не могут сами претендовать на королевский титул. Титул князя Танталии мне был дан потому, что право выбирать короля есть только у князей Альвенмарка. И седьмым князем в этом славном собрании будешь ты, Андеран. Наряду со мной ты — единственный кобольд Альвенмарка, который носит признанный Советом Короны княжеский титул. Тебя очень скоро призовет Сканга.

Андеран был совершенно сбит с толку. Такого он не ожидал.

— Чего хочет от меня шаманка?

— Как тебе известно, Сканга очень проницательна. Конечно, она умеет считать только до семи и не доверяет нам, кобольдам. Она прокляла меня. Если я осмелюсь проголосовать против Гильмарака, то умру в тот же миг, когда сделаю это.

И не только я. Все, кто когда-либо что-либо значил в моей жизни, будут уничтожены. Сканга надрежет кожу на твоей груди каменным ножом и проделает некоторые весьма неприятные вещи, если решит наложить проклятие и на тебя. Подозреваю, что ты подвергнешься болезненной процедуре.

Андеран недоумевал. Вероятно, он еще слаб из-за тягот путешествия и обморожений…

— Если мы будем вынуждены проголосовать за Гильмарака, то что мы выигрываем?

Элийя просиял.

— Пожалуйста, прости меня, но ты мыслишь, как тролль.

Все рассмеялись. Очевидно, они были посвящены.

Элийя насладился возможностью еще на несколько мгновений выставить его дураком, а затем сжалился:

— Сканга тоже решила, что можно проголосовать только против или за Гильмарака. А мы просто воздержимся. Таким образом проклятие не коснется нас, а Гильмарак не будет избран тремя против двух голосов. А тот, кто провалился на королевских выборах… Тот может выставить свою кандидатуру только на следующем Празднике Огней, через двадцать восемь лет!

План показался Андерану безумным.

— А таким образом что мы выиграем? Ты среди князей, которые принимают участие в выборах. Как ты собираешься стать королем?

— Еще одна тролльская мысль, дорогой мой. Я уверен, что Сканга думала так же. Но старые законы о выборах короля, которые мы не упраздняли, предполагают, что во втором туре голосования могут стать королями и призванные на выборы князья. И тогда они просто не могут принимать участия в голосовании.

— Ты ведь не думаешь, что Катандер, Нестеус и Альвиас проголосуют за тебя.

Лутин скривился.

— Боюсь, тут ты прав. Кентавры никогда не простят лутинам, что мы превратили гробницы их предков в кладовые для троллей. Поэтому я не буду выставлять свою кандидатуру.

А ты — будешь.

У Андерана отвисла челюсть.

— Это… — Он не мог подобрать слов. Никогда он не осмеливался мечтать о том, чтобы стать правителем Альвенмарка.

Это никогда не было целью его жизни.

Похоже, Элийя догадывался, о чем он думает.

— Один из нас должен стать королем. И ты — единственный настоящий князь среди кобольдов. У тебя доброе имя.

Многие тебя знают. Ты уже давно являешься членом Совета Короны. И ты ведь согласишься со мной, что Альвенмарку не перенести еще двадцати восьми лет правления троллей. Они уничтожат все. Гильмарак совершенно неверно понял мои ранние труды. Я всегда был за перераспределение богатства.