Королева эльфов. Зловещее пророчество - Хеннен Бернхард - Страница 99

— Хорошо, хорошо, я не хотел тебя обидеть. — Мальчик снова погрузился в молчание.

Жюль вернулся в исходную точку, где в высокой траве лежали щит и меч.

Адриен спешился. Извлек из мешка кусок черствого хлеба, уселся на поваленное дерево и принялся есть.

Жюль проголодался. А мне дашь?

Мальчик удивленно досмотрел на него.

— Здесь ведь достаточно свежей травы.

Я не люблю траву. Он едва не сказал, что это лакомство для коз и лошадей.

— Но ведь ты конь! Все кони едят траву!

А я нет. Мне плохо от травы.

Адриен протянул ему кусок хлеба. Его было ужасающе мало, а аппетит у него был звериный.

— А что ты обычно ешь? Овес?

Я люблю жареных кур.

У Адриена хлеб едва не выпал из рук.

— Ты ешь мясо? Кони не едят мясо!

А я ем. Другие кони и говорить не умеют. Я ведь особенный.

— Нам будет непросто путешествовать вместе.

Только если ты будешь разговаривать со мной привселюдно.

— Ну уж нет, не собираюсь я делать этого! Но как ты считаешь, что подумают люди о лошади, которая трескает кур?

Они решат, что ты демонический эльфийский жеребец, привяжут к ближайшему позорному столбу и сожгут.

Не беспокойся. Я не буду есть кур, когда поблизости будут священнослужители. У тебя есть еще хлеб?

И Адриен дал Белому Грому поесть. Может, надеялся, что завтра благодаря божественному чуду мешочек снова наполнится. Нет, не стоит мальчику слишком привыкать к чудесам!

Завтра он пошлет его ловить рыбу. И каков будет твой первый подвиг? Свергнешь графа-тирана? Поймаешь надоевшую всем банду разбойников или освободишь украденную деву?

— Насчет девы ты почти угадал. Я спасу девушку! Мою девушку!

У тебя есть девушка?

— Ну, не совсем.

Не совсем? Как это можно — иметь девушку совсем или не совсем? Я всего лишь конь. Я не разбираюсь. Либо я оплодотворил кобылу, либо нет. Не совсем у нас не бывает.

Адриен покраснел.

— Ну… — Он откашлялся. — Я ее не оплодотворял…

Значит, было то, что вы называете поцелуями.

— Нет, этого тоже не было.

Жюль фыркнул. Но она твоя девушка? Как же ее зовут? Он почуял недоброе.

— Этого я не знаю.

Конь помотал головой. Значит, вы просто немного поговорили.

— Нет, и этого не было. — Теперь Адриен почти шептал. — Но я спасу ее. Я не говорил этого своему учителю, но я с самого начала поклялся. Как только я стану рыцарем, то отправлюсь в Нантур и спасу цветочницу с Сенного рынка.

Да что там спасать у цветочницы? Жюль порадовался, что убрал с дороги эту помеху много лет назад. Он с самого начала подозревал, что Адриен не забыл Элодию. Может быть, она давно уже подохла.

— Ну, она… — начал мальчик и покраснел еще сильнее. — Иногда ей приходится продавать себя, потому что денег, которые она зарабатывает, продавая цветы, не хватает на жизнь.

Я правильно понял? Ты молодой рыцарь, который хочет совершить великие подвиги во имя Тьюреда. И первое, что ты собираешься сделать, — это спасти шлюху?

— Она не шлюха!

Но ведь ты только что сказал, что она продает…

— Она не шлюха! Никогда больше не смей так называть ее.

Не ее вина, что она нуждается и не видит иного выхода. Я спасу ее. У меня есть золото. У нее всегда будет всего в достатке.

Я найду ее!

Когда ты видел ее в последний раз?

— Семь лет назад, — тихо произнес рыцарь.

И ты думаешь, что найдешь ее на Сенном рынке в Нантуре? Семъ лет — это много времени для девушки, которая…

— Я найду ее, где бы она ни была. Я рыцарь! Трудности не пугают меня. Я найду ее, вот увидишь!

Об окровавленных орлиных крыльях и аморальной героине

Кабецан пребывал в дурном настроении. Положение на границе с Друсной выходило из-под контроля. Это варварское государство, для которого даже карт толком не составили, распалось на несколько княжеств, и каждый из правителей делал что вздумается. Несмотря на то что в Друсне имелся король, новоиспеченным владыкам он был не указ.

Князь Арси напал на Северный Фаргон, разграбил два небольших города и несколько деревень. Король Друсны запретил подобные выходки, но Арси срать хотел на это. А когда грабители оказывались на собственной территории, преследовать их становилось затруднительно. В густых непроходимых лесах рыцари безнадежно проигрывали варварам. Когда нападет на Фаргон следующий князь? После того как Арси так легко ушел с добычей, следовало опасаться, что эти невежды договорятся между собой и предпримут поход на запад.

Кабецан разглядывал служанку, испуганно вытиравшую кровь с пола. Она не осмеливалась даже смотреть в его сторону. Повсюду на занавесках перед его постелью были брызги крови. Танкрет водил точилом по мечу широкими, размашистыми движениями. Одного мановения руки оказалось достаточно: рыцарь, принесший известия о нападениях, был обезглавлен. Это было, конечно, несправедливо, но ведь он король. Кабецан был разъярен. Он может себе позволить отказаться от справедливости. По крайней мере пока его боятся.

Старый развратник разглядывал молодую женщину, возившуюся на полу. Пока она отчищала пол, ее тело ритмично двигалось взад и вперед. Он слышал, что легкие вздымаются, словно алые крылья, если ребра разрезать вдоль позвоночника и откинуть вместе с мышцами спины в стороны.

Ему всегда хотелось посмотреть на это. Девушка была молодой и сильной. Наверняка она потеряет сознание не сразу. Кабецан посмотрел на Танкрета. Воин вопросительно поднял брови.

Покашливание оторвало Кабецана от размышлений об алых крыльях. На старом, морщинистом лице Балдуина читалось презрение.

— Что?! — набросился на него король. — Еще один город объят пламенем?

Нахальный старик осмелился улыбнуться.

— Пока нет, но скоро будет объят, мой повелитель.

— Значит, мы осаждены.

— Не мы. Пиратский князь с Цеолы. Флот Искендрии двенадцать дней назад столкнулся с князьями Эгильских островов в свирепом бою. Говорят, затонуло или сожжено более трех сотен галер. А теперь победивший искендрийский флот блокировал Цеолу и высадил на сушу войска. Известия поступили не далее как час назад.

— Какой радостный поворот судьбы! Если у меня будет время, сегодня ночью я помолюсь древним богам и Тьюреду.

И попрошу их наслать чуму на землю проклятых друснийцев.

— Прошу прощения, ваше величество, но это более чем радостный поворот судьбы. Именно кинжал, посланный вами в спальню Промахоса, будет держать пиратские флотилии и корабли Искендрии вдали от наших берегов. Несколько дней назад девица Элодия вернулась в Марчиллу и теперь на пути в Моне Габино. Я получил от нее лишь краткий доклад, но, похоже, она убила Промахоса и развязала войну между Искендрией и эгильскими княжествами. Можно было бы пожаловать ей дворянство, повелитель. Она уберегла нас от войны, которую мы не смогли бы выиграть.

— Как зовут девушку?

— Элодия, мой повелитель.

— Не помню.

— У нее был младший брат. Он был гостем в вашей ванной, повелитель.

Кабецан на миг задумался.

— Их было так много… Не помню. Напиши письмо в рефугиум. Передай ей мою глубочайшую благодарность. Обычные бла-бла-бла. Ты знаешь, как это делается. А потом пошли ее в Друсну. Нам нужен кто-то, кто перережет горло этому проклятому князю Арси. И пошли пять-шесть других девушек. Чем больше, тем лучше.

— При всем уважении, повелитель! — Когда Балдуин произнес эти слова, на лице его появилось выражение, говорившее о полном отсутствии уважения. — Эта девушка два года находилась во вражеской стране. Ее храбрость отвратила войну от нашего королевства, и, несмотря на сложности, ей удалось бежать и позаботиться о том, чтобы никто не обнаружил никакой связи между ней и Фаргоном. Среди всех князей нашего королевства я не знаю никого, кто сослужил бы подобную службу. Не говоря уже о придворных лизоблюдах! — Балдуин не удержался и, произнося последние слова, бросил взгляд на Танкрета.

Король улыбнулся. Его лучший советник год от года становился все более и более смелым. От чего это зависит — от возраста или же от того, что у слуги нет наследников или других близких родственников? Шантажировать его тяжело.