Выстрел издалека - Лезер (Лизер) Стивен - Страница 63

Говард кивнул, хотя совсем не был уверен, что Малхолланд откровенен с ним до конца. Он достаточно долго прослужил в ФБР, чтобы знать: судят по делам, а не по словам.

– Я ценю это, – произнес он.

– Во-вторых, хочу поговорить с тобой насчет нашей встречи с Бобом Санджером. Если я не ошибаюсь, вы уже встречались?

– Однажды, когда я вкратце знакомил его с компьютерной моделью Энди Кима.

– Что ты о нем думаешь?

Предчувствуя подвох, Говард посмотрел в глаза Малхолланду. Насколько он мог судить, Малхолланд и Санджер по складу характера были очень похожи друг на друга. Говард осторожно пожал плечами.

– На мой взгляд, Санджер прекрасный профессионал. Он был так любезен, что посадил Энди Кима в Белом доме и предоставил ему доступ к информации Секретной службы. Но, как ты уже сказал, он, похоже, считает, что президентская охрана безупречна. По-моему, он шутил со мной.

– Да, Боб в своем амплуа, – улыбаясь произнес Малхолланд. – Ты должен знать, что у Боба в жизни единственная цель – защитить президента. Его не интересуют ни аресты, ни раскрытие преступлений, ни погоня за беглецами. Они начинают проверку с окружающей местности и просмотра списков неблагонадежных, расчищая дорогу накануне президентского визита, а затем уже переходят непосредственно к телохранителям, насыщению толпы агентами, организации мотокортежа для его сопровождения. Они постоянно готовы к тому, что какой-нибудь маньяк попытается выстрелить в президента, и прекрасно знают, что, если подобное случится, они будут обязаны подставить под пулю собственное тело. Именно для этого данная служба и существует – чтобы принять на себя пулю, предназначенную президенту. С поступившими на эту службу что-то происходит. Это видно по их глазам: почти такой же пронизывающий взгляд, какой бывает у вьетнамских ветеранов. И в головах тоже что-то происходит. Меняется восприятие мира, и через некоторое время они начинают считать, что они выше всех остальных служб охраны правопорядка, что они элита, и поэтому им нечему учиться у других. Они забывают, что защищать мы должны четверть миллиарда людей от миллионов преступников. Я не хочу сказать, что Боб Санджер именно таков, но меня не удивило, когда ты решил, что он подшучивал над тобой. Я хочу, чтобы ты всегда помнил, что его единственный интерес – это защитить президента. В поимке Карлоса, Хеннесси и Бейли заинтересовано только ФБР. Мы будем работать вместе с Секретной службой, но у них иные задачи. Они будут довольны в любом случае, если Карлос исчезнет из страны или если они поймают его. Боб с гораздо большей охотой зачислит Карлоса в «Десятку разыскиваемых», чем попытается разыскать его. Если он будет это предлагать, позволь мне самому договориться с ним, о'кей?

– Мне же легче, – согласился Говард.

– Отлично, парень, – произнес Малхолланд. Он оттолкнулся от стола и хлопнул Говарда по спине. – О'кей, Коул, сейчас я звякну своему другу продюсеру, а затем все быстро перелетаем в Вашингтон.

Зазвонивший телефон стряхнул остатки сна с Патрика Фаррелла, но, чтобы голова окончательно прояснилась, ему потребовалось еще несколько секунд. Спал он обычно крепко, и разбудить его было не так-то просто. Зарычав, он потянулся к трубке.

– Ты спишь, Пат? – спросил голос с ирландским акцентом.

Фаррелл узнал гэльский говорок Мэтью Бейли.

– Черт побери, Мэтью, который сейчас час? – Фаррелл сел в кровати и почесал грудь. Светящиеся цифры на его часах-приемнике показывали полвторого.

– Ты один? – спросил Бейли.

Фаррелл глянул на спящее рядом с ним тело.

– В каком-то смысле, – произнес он. – Ты где?

– Не очень далеко, Пат, старый хрен. Все идет по графику?

– С этим никаких проблем, – ответил Фаррелл.

– Заскочу завтра утром, хочу погонять «Центурион» аллюром, о'кей?

– Прекрасно, я уже приготовил несколько бутылок «Гиннесса», – засмеялся Фаррелл.

– Помни: бутылку от глотки отделяют восемь часов, – сказал Бейли.

– Да, – согласился Фаррелл, – заметано. – Спящая рядом фигура зашевелилась. Фаррелл наклонился и взъерошил пальцами косматую черную гриву, разметавшуюся по подушке. Он понизил голос: – Мэтью, у тебя здесь все о'кей, но в Нью-Йорке могут возникнуть проблемы. Ты знаешь парня, которого зовут О'Брайен, Дамиена О'Брайена?

На некоторое время на другом конце линии воцарилось полное молчание.

– Я знаю Симуса О'Брайена, но понятия не имею о Дамиене, – ответил Бейли. – А в Дублине есть Дамиен Дж. О'Брайен – вояка старой закалки, но ему сейчас, должно быть, уже за семьдесят, и я никогда не встречался с ним. А что такое?

– Какой-то Дамиен О'Брайен разнюхивал о тебе в Нью-Йорке несколько дней назад. Сказал, что он твой друг.

Из-под простыней змеей выползла рука, и Фаррелл почувствовал, как по его бедру заскользила ладонь. Он раздвинул ноги и улыбнулся.

– Насколько мне известно, Симусу уже под восемьдесят и живет он в доме для престарелых в Дерри, – произнес Бейли.

– Дело в том, Мэтью, что вокруг этого О'Брайена крутилось несколько ребят, желавших пообщаться с ним и посмотреть, что за игру он ведет. Полиция обнаружила их связанными в комнате О'Брайена, и оба были застрелены.

– Проклятие… – прошептал Бейли так тихо, что Фаррелл едва расслышал его.

Ищущая рука наконец обрела желаемое и начала его пожимать. Фаррелл издал сдавленный стон.

– Так что с этим О'Брайеном? – спросил Бейли. – Где он сейчас?

– Ты подумал то же самое, что и я, Мэтью. Он сбежал.

– Думаешь, спецназовец?

– Не знаю. Из того, что я тебе сказал, не похоже. Коротышка дал ему работу в «Филбинзе», а ты ведь знаешь – Коротышка за милю чует спецов. О'Брайен был почти алкашом.

– Ну и что ты думаешь? Он нас разыскивал? Он пытался выяснить, кто заделал Мэньона?

– Мэньона?

– Офицера САС, которого подцепила Мэри. Он называл себя Бэллэнтайном, но его настоящее имя было Пит Мэньон.

– О'Брайен не упоминал Мэньона, он спрашивал только о тебе.

Бейли фыркнул.

– Господи Иисусе, Пат, вряд ли он танцевал бы вокруг «Филбинз», разнюхивая про какого-то рядового десантника, а?

– Да, ты прав, – произнес Фаррелл.

Ласкающая рука мешала сосредоточиться, но давала такое удовольствие, что отталкивать ее не хотелось.

– С тобой все в норме, Пат? Ты тяжело дышишь, – произнес Бейли.

– Устал немного, вот и все. Возможно, этот О'Брайен работал на Бюро и они вывели его из игры, когда наши парни начали что-то подозревать.

– Но ведь фэбээровцы не стали бы убивать наших людей, разве не так? – произнес Бейли. – МИ-5, те убили бы и спецназ тоже, но не ФБР. Если только в порядке обороны.

– Никакой обороны – ребята были связаны, раздеты догола и застрелены в упор, в лицо и в грудь. Полиция решила, что это была гангстерская разборка, возможно, из-за наркотиков.

– Мать твою! – воскликнул Бейли. – Черт подери, что происходит? Ты думаешь, О'Брайен знает, где я?

– Мэтью, никто не знает, где ты.

– Да, так. Ты не заметил никого подозрительного возле аэродрома?

– Эй, расслабься, ты начинаешь впадать в паранойю, – сказал Фаррелл.

– Да, возможно, но я бы чувствовал себя лучше, если б и ты был начеку.

– Хорошо, буду, – ответил Фаррелл. Рука между ног стала более настойчива. – Слушай, я завтра с тобой поговорю, а сейчас хочу опять залечь. Устал как собака.

– О'кей. Пат, старый хрен, иди продрыхнись как следует. На аэродроме я буду в шесть. Пока.

Не успел Фаррелл пожаловаться на столь ранний старт, как на другом конце провода раздались гудки и ему ничего не оставалось, как положить трубку на место. Он повернулся и посмотрел на лежавшего рядом с ним молодого человека.

– Ну, педик, уж я заставлю тебя за это помучиться.

– О, хорошо, – с придыханием произнес юноша, затаскивая Фаррелла на себя.

Когда вертолет опустился ниже облаков, Коул Говард глянул вниз на огни Капитолия. Ночной Вашингтон представлял собой зрелище, от которого захватывало дыхание, его великолепные монументы были со всех сторон освещены прожекторами, в то время как торговцы наркотиками и проститутки занимались своим делом в темных промежутках между ними. Первоклассного кокаина, СПИДа и трупов в Вашингтоне больше, чем в других городах мира, но с высоты ничего этого видно не было, и Говард глядел вниз, завороженный, словно осматривающий достопримечательности школьник.