Огненная тигрица - Ли Джейд - Страница 67

– Кроме Маленькой Жемчужины? – спросила она. Ей очень не хотелось упоминать имя этой ненавистной женщины, но необходимо было выяснить правду.

Он покачал головой и засмеялся. На этот раз Кен Джин смеялся легко и весело.

– Я ничего не рассказывал Маленькой Жемчужине. У нас с ней совершенно разные интересы. – Он улыбнулся. – Я иногда разговаривал с Тэн Куй Ю, но наши беседы были скорее похожи на беседы ученика с учителем.

– Или с отцом.

Он кивнул, соглашаясь с ней.

– Но я никогда не делился своими мыслями с женщиной.

Ты – первая.

– Для меня это большая честь, – прошептала Шарлотта. Его слова взволновали ее до глубины души.

Кен Джин внезапно выпрямился и расправил плечи, но не встал со своего места. Казалось, что он принял какое-то важное решение. Когда же он заговорил, обращаясь к ней, девушка поняла, что его охватило непреодолимое желание признаться именно ей, и никому другому. Интуитивно она чувствовала, что это было величайшей болью, хранившейся в его сердце.

– Я должен рассказать тебе, почему моя семья отреклась от меня, – глухо произнес Кен Джин.

Шарлотта молча ждала, затаив дыхание.

– В нашей семье существует традиция. Я знаю, что в английских семьях тоже есть что-то подобное. Я имею в виду, что старший сын должен пойти по стопам, отца и унаследовать его дело. Мой отец занимался иглоукалыванием. Мой самый старший брат тоже должен был пойти по этой стезе.

Шарлотта кивнула.

– В английских семьях происходит то же самое. Старший сын является наследником.

– Да, ты права. Но что же должны делать другие сыновья? Она пожала плечами.

– Все, что им заблагорассудится. Кто-то становится военным, кто-то – священником. Мой отец приехал в эту страну и начал заниматься торговлей. В наших магазинах продается табак и вино.

– В моей семье все было точно так же. Старший сын унаследовал дело отца, а среднего сына должны были отдать императору.

Она нахмурилась.

– Отдать императору? Ты хочешь сказать, что среднему сыну предстояло стать солдатом или выполнять какие-то другие обязанности при дворе?

Кен Джин покачал головой.

– Он должен был стать евнухом императора. Шарлотта во все глаза смотрела на Кен Джина, не понимая, что он имеет в виду. Она, конечно, знала, кто такие евнухи. Вокруг все только и говорили о варварских обычаях, существовавших в современном Китае. Новорожденным девочкам плотно перевязывали ступни ног, чтобы они навсегда оставались маленькими. Длина ступни не должна была превышать семи с половиной сантиметров. Мальчиков же кастрировали, удаляя при этом все – и обе жемчужины дракона, и нефритовый стебель. И несчастные малыши становились слугами императора. Это просто жуткое варварство!

– Но… но ведь ты был средним сыном в семье? – удивленно спросила Шарлотта. Не удержавшись, она перевела взгляд на его бедра. Он не был евнухом.

Кен Джин опустил голову и посмотрел на свои руки. Его длинные пальцы неподвижно лежали на коленях, но она уже знала, насколько обманчиво внешнее спокойствие Кен Джина. Это была ширма, которая скрывала сильнейшие душевные волнения. Сейчас душа молодого человека была наполнена горечью и обидой.

– Да. Я был средним сыном, и меня должны были отдать императору, – процедил он сквозь зубы. Его глаза потемнели, лицо стало мрачным. Он сидел неподвижно, напоминая статую. Шевелились только его губы. Шарлотте хотелось прикоснуться к нему, но она не посмела. Ее руки лежали на коленях ладонями вверх – на случай если он сам захочет это сделать.

– Когда мне исполнилось восемь лет, к нам приехал мой дядя, – продолжил Кен Джин. – Тот, который был евнухом.

– Ты знал, зачем он приехал? Молодой человек кивнул.

– За день до его приезда мама позвала меня и все объяснила, чтобы я не боялся.

– Но они же хотели отрезать… отрезать… Конечно, тебя это могло напугать! Кто же не испугается такого?

– Я был маленьким, но очень смышленым, – вымолвил он, криво улыбнувшись. Казалось, Кен Джин совсем не одобрял этого качества, и она наконец-то начала понимать, что он имел в виду.

– И что же ты сделал? Они отреклись от тебя потому, что ты отказался от этой процедуры?

Он покачал головой.

– Об этом даже и речи не могло быть. В Китае это невозможно. По крайней мере, для ребенка.

– Но…

– Я уговорил моего старшего брата Гао Джина сделать это вместо меня.

Она нахмурилась, а потом удивленно уставилась на него.

– Твоего старшего брата…

– Наследника моего отца. Его отдали императору вместо меня.

– А ты, наверное, рассчитывал занять его место и унаследовать семейное дело?

Он слегка побледнел, но это не укрылось от глаз Шарлотты, которая неотрывно смотрела на него. Она сразу заметила, как он отреагировал на ее последние слова.

– Я очень завидовал своему брату, – нерешительно произнес Кен Джин. – Ему совсем не нравилось заниматься иглоукалыванием. К тому же он был жестоким мальчиком, – сказал он, сверкнув глазами. – Гао Джин получал наслаждение, втыкая иголки в человеческое тело. Ему доставляло особое удовольствие воткнуть иголку и потом вращать ею внутри. – Кен Джин вздрогнул. Похоже, он до сих пор помнил эти неприятные ощущения. – Это может причинить сильную боль.

Она чуть наклонилась к нему и тихо спросила:

– Он практиковался на тебе. Я угадала? – Когда Кен Джин изумленно посмотрел на нее, девушка чуть не рассмеялась. – Это ничуть не удивляет меня. Люди очень часто завидуют своим братьям и сестрам. Насколько он был старше тебя?

– Почти на год.

– Значит, он был главным наследником. И он постоянно колол иголками своего брата, делая вид, что постигает премудрости этой науки.

Кен Джин кивнул.

– Я ни капли не сомневаюсь, что из него получился бы плохой иглотерапевт. Да, я был младше Гао Джина, но намного лучше разбирался в этом деле. Я хорошо запомнил все линии кви.

– Ты хотел занять его место. Это вполне естественно.

– Да! – с горечью воскликнул Кен Джин. Глаза мужчины потускнели, а сам он как-то сжался – ссутулился, опустил голову и уставился в пол. – Я поступил неправильно. – Он тяжело вздохнул. – Я сделал очень-очень серьезную ошибку.

– Но почему? – Она протянула руку и легко коснулась его ноги. – А я считаю, что всему виной эти дурацкие обычаи. Конечно, ты завидовал своему брату: все младшие дети завидуют старшим. И если у тебя были способности, то именно ты должен был унаследовать семейное дело, а твой брат…

– Что? – переспросил Кен Джин, и она услышала, как дрожит его голос. – Ты считаешь, что мой старший брат заслужил, чтобы ему отрезали дракона только потому, что я хотел стать иглотерапевтом? Ему отрезали все полностью – жемчужины дракона и нефритовый стебель. Одним ударом лишили всего!

Шарлотта покачала головой, удивляясь, как бурно он отреагировал на ее слова.

– Н-нет. Конечно нет. Я бы никому такого не пожелала.

– Что ты вообще понимаешь? Ты – дочь варварского народа.

– Кен Джин!

Он сбросил ее руку со своего колена.

– Мы в Китае, Шарлотта, а я – китаец. Моя семья испокон веку отдавала среднего сына императору. И я имел дерзость изменить привычный порядок вещей.

– Тебе ведь было всего восемь лет!

– Я совершил обман! И с тех пор вся моя жизнь стала сплошным обманом! – Сейчас его голос звучал громко и уверенно.

Шарлотте показалось, что он искренне верит в то, что говорит, но она, признаться, совершенно ничего не понимала.

В отчаянии вскочив со своего места, девушка начала расхаживать по комнате. И все-таки странно, почему именно она нервно меряет шагами комнату, а он как ни в чем не бывало сидит и смотрит на нее?

– Как ты можешь оставаться таким спокойным? Ты был маленьким ребенком и просто не хотел, чтобы тебя изуродовали. Это значит, что ты не обманщик. Ты просто защищал себя.

– Но именно мне была уготована эта судьба, хотел я того или нет.

Она подняла голову и уставилась в потолок. Этому мужчине бесполезно что-либо доказывать.