Рыцарь Грааля - Андреева Юлия Игоревна - Страница 38

При этом Кло не отрицала, что ей по душе грубоватый Хьюго, и она была бы не прочь, если, конечно, это будет угодно мессену рыцарю, обвенчаться с его оруженосцем. Сделав серьезное лицо и пригрозив девчонке поркой, Видаль пытался выудить у нее признание, не было ли у нее чего с Хьюго. Но Клотильда стояла на своем, и Видаль сдался, решив, что счастливый и довольный жизнью друг в сто крат лучше мрачного и обиженного жизнью слуги.

Хьюго и Клотильда обвенчались в крошечной церквушке святой Екатерины, около которой полтора года назад Видаль принял бой, считая, что место подвига сеньора принесет им счастье.

Но, к сожалению, этого не произошло, однажды, когда Пейре и Хьюго вернулись с графской охоты навстречу им вылетела раскрасневшаяся Карел, которая бросилась наперерез Видалеву коню, так что тот едва увернулся, чтобы не покалечить девочку. Оказалось, что в отсутствие хозяина один из нанятых Андре охранников пытался затащить Клотильду в винный погреб. На счастье, супруга Хьюго подняла ор, и прибежавшие слуги сумели отбить ее у нечестивого охранника, после чего взбешенный случившимся управляющий велел прилежно выпороть нарушителя спокойствия и выгнал его из дома.

Кло была спокойной и веселой, она обняла и поцеловала мужа, шутя о том, что веревка, стягивавшая у пояса штаны горе-насильника, оказалась зав я за н а на узел, который тот не сумел развязать. Под глазом Клотильды синел свежий фингал, но она казалась вполне здоровой. Пейре обратил внимание, что животик его бывшей любовницы заметно округлился. Глядя на беременную жену оруженосца, Видаль гадал, не его ли это ребенок.

Хьюго хотел тут же отправиться на поиски обидчика, но Андре отсоветовал ему делать это. Побитый и опозоренный вояка скорее всего затаился теперь в одном из грязных кабаков Тулузы, которых в округе было, что звезд на небе – попробуй разыщи. Поворчав и пригрозив обидчику отрезать уши, Хьюго успокоился.

Конечно, Видалю следовало пожаловаться графским лучникам, которые за весьма скромное вознаграждение разыскали бы и выдворили из города насильника, но тот поленился предпринимать что-либо, решив, что если даже муж отказался от мысли отомстить невеже и грубияну, то его это не должно касаться.

О, если бы Пейре мог предвидеть, чем обернется его лень и безалаберность, он опрометью бросился бы к городским властям, умоляя их оградить его дом и домочадцев от мстительного нечестивца.

Через неделю насильник объявился снова.

В тот день, весело мурлыкая себе под нос последнюю песенку Пейре, которую добрый господин сочинил специально для близняшек, взяв с собой поваренка, который должен был нести тяжелую корзину, Кло и Карел отправились на рынок.

Близняшки выбрали зелень и овощи, прихватили любимые Пейре фрукты и отправились домой. Когда они проходили мимо трактира «Три розы» навстречу выскочил разжалованный охранник, который с быстротой молнии схватил за волосы Карел и отбросив ее в ближайшую канаву, ударил в живот ее беременную сестру. Пришедший на помощь сестрам поваренок выхватил было из-за пояса нож, но разбойник вывернул ему руку и, завладев ножом, вонзил его в спину мальчика. После чего мерзавец перепрыгнул через ближайший забор и дал деру.

Мертвого поваренка и пострадавшую Клотильду доставили в дом Видаля. Грязная со всклокоченными волосами Каролина причитала на всю улицу. Юбка Кло была залита кровью, сопровождающая ее бабка сказала, что она потеряла ребенка и теперь, возможно, сама последует за ним.

Безутешный Хьюго не отходил от жены ни на минуту. Чувствующий свою вину в случившемся Пейре вызвал к Кло лучших лекарей Тулузы и объявил вознаграждение за поимку бывшего охранника, но все было напрасно. И к ночи душа Клотильды отлетела, оставив юному мужу бездыханное тело и слезы безысходного горя.

Вылазка в Анжу

До последнего момента вылазку в Анжу держали в тайне.

Такая крупная добыча, как Черный Рыцарь, по мнению Готфруа, могла привлечь и других «охотников». А этого нельзя было допустить. Но хитрый Готфруа и здесь оказался на высоте, обрядив воинов в охотничьи костюмы и взяв с собой нескольких соколов. Они вышли из городских ворот не заподозренные ни кем.

За день до них Пейре и Хьюго также покинули Тулузу. На спине Видаля красовалась хорошо известная горожанам белая лютня. Рядом с Хьюго шла вьючная лошадь, везущая, по мнению зевак, роскошные одежды, вооружение и броню любившего изысканность трубадура. На самом же деле в мешках лежало вяленое мясо и лепешки, рассчитанные на два дня пути, одежда и броня Пейре. Оружие и вещи оруженосца были при нем. В Монтобане Готфруа отправил соколов в город вместе с сокольничим, забрал других заранее приготовленных для них вьючных лошадей, и уже не скрываясь они устремились к цели своего пути.

Как и предполагалось вначале, Пейре и Готфруа возглавляли отряд.

– О чем ты размышляешь Готфри? – спросил Пейре рыцаря, когда они расположились на ночлег в просторной гостинице города Ажена.

Готфруа сидел за столом, выводя углем на его поверхности рисунок.

– Я думаю, как расположить воинов, чтобы понести наименьшие потери, – нахмурился Готфруа.

– Расположить воинов? – Пейре задумался. Признаться, он-то всю жизнь считал, что главное это быстрая реакция и верная рука. Нередко успех обеспечивали такие обстоятельства, как хорошее вооружение, резвые, отдохнувшие кони и, конечно, численный перевес. Готфруа же предлагал принципиально новую для него задачу. Пейре развел руками.

– Замок, в котором назначена встреча, – чистая развалюха. В нем живет ветер, да находят приют птицы и разбойники. Он расположен на небольшой возвышенности и с одной стороны защищен горой, потому что прилеплен к ней как ласточкино гнездо. Я думаю устроить засаду прямо тут, – он обвел полукругом схематично нарисованный замок, – за холмом, где нас не обнаружат.

Тем не менее Пейре понял, что хотел сказать его новый друг, и ужаснулся.

– Неужели ты хочешь отдать им замок, под защитой которого они смогут вести оборону?! Неразумно сначала уступать им более выгодное место, а затем самим ломиться туда…

Готфруа поднялся с места и, подойдя к камину, подложил в него дров. На фоне пылающего огня его фигура была чернее черного.

– В том-то и дело, что если мы придем к замку раньше и, напоив своих животных и взяв воду для себя, насыпем в колодец сонного зелья, может так статься, что никакого боя и не потребуется.

– Зелье?! – Пейре презрительно повел плечами. – У нас полно славных воинов, которые спят и видят, как бы отличиться в бою, снискав для себя славу, а ты предлагаешь дождаться ночи и тишком повязать их всех. Это не честно…

– Зато вполне эффективно и безопасно. – Готфруа улыбнулся. – Отец говорил, что побеждает тот, на чьем теле меньше ран и чьи люди и животные останутся живы. Устрой мы здесь бой, половина наших ляжет на эти камни. Не знаю, как ты, а я уже устал терять.

Пейре вспомнил рыженькую Кло, де ла Тура с его любимой и его сердце сжалось.

– Делай как считаешь нужным, ты прирожденный полководец, и если в результате нас ждет смерть или… – он сделал над собой усилие, – или позор – я разделю его с тобой.

Рыцари обменялись рукопожатиями. Какое-то время оба молчали.

Свет в плошках начал меркнуть, должно быть, там заканчивалось масло.

– А что ты имел в виду, когда говорил о расположении воинов? – наконец заговорил Видаль. – Признаться, я никогда прежде не слышал о таком. Если можешь, научи меня этой премудрости, ведь скоро я приму крест и отправлюсь с королем Ричардом в святую землю.

– К сожалению я и сам мало что понимаю в таких делах, – развел руками Готфруа, – но отец всегда говорил, что лучник – это воин, который наносит поражение противнику на расстоянии – это его хорошая сторона. Но есть и плохая – лучник должен иметь время для того чтобы взять из колчана новую стрелу и натянуть тетиву. За это время его, как правило, успевает убить мечевластитель, копейщик или подоспевший всадник. Конница – быстра и стремительна, но она бесполезна, если речь идет о штурме городов.