Рыцарь Грааля - Андреева Юлия Игоревна - Страница 61

– Но мессен Луи не мог быть катаром – он был воином, а, насколько мне известно, катары ни при каких обстоятельствах не берутся за мечи! – не поверил Пейре.

– Да. Но в этом была его великая и благородная жертва, не получить посвящение и не стать Совершенным.

– Пейре Видаль, – обратился к трубадуру епископ, – да будет тебе известно, что настают страшные времена, когда все, что мы любим, исчезнет с лица земли, выжженное огнем и вырубленное мечом. Настанет временная победа царства Антихриста, Поэтому мы собираем в Монсегюре, в подземной церкви которого ты находишься сейчас, цвет рыцарства, а также самых талантливых трубадуров и воспетых ими дам с тем, чтобы сохранить все то, чем мы дорожим сегодня. Место в крепости есть и для тебя, как для одного из лучших трубадуров нашей земли.

– Я принимаю это место с условием, что вы позволите мне немедленно скакать в замок Аутафорт к еще более славному трубадуру, нежели я – к Бертрану де Борну, если, конечно, он еще жив, и привести его сюда, в это прекрасное и достойное общество, которое вы желаете собрать.

– Я уже здесь, – услышал он голос, и к Пейре вышел человек в монашеском облачении, из-под капюшона которого торчал только край седой бороды. Монах откинул с лица капюшон, и перед изумленным Видалем предстал славный Бертран де Борн.

– Дружище Бертран – ты монах, католик? Что с тобой произошло? И, если ты католик – что ты делаешь здесь среди господ катар?

– Мессен Бертран также выполняет возложенную на него миссию, он является послушником монастыря Граммон. Он помогает переводить на провансальский язык Святое Писание, – сообщил епископ. – К сожалению, мы опасаемся, что после взятия Монсегюра, если такое произойдет, вся наша великолепная библиотека будет уничтожена, поэтому некоторые из наших трубадуров согласились постричься в монахи, с тем чтобы выжить и сохранить для потомков брильянты нашей культуры и свои великие произведения.

– Но в чем же тогда моя миссия? Что вы ждете от меня? – Пейре не выдержал, и обнял наконец друга, – Возможно, вы позволите мне не удаляться в Монсегюр, а разделить участь Бертрана де Борна, коль скоро ему предложено такое почетное дело.

– Бертран превосходно справится с этим переводом, – усмехнулся Вильгельм. – Я же обязан передать тебе три дара от твоего отца де Орнольяка, так как это была его последняя воля, которую я теперь обязан исполнить, – Вильгельм вздохнул. – Мессен Луи просил меня передать тебе меч Гурсио, весть о том, что прекрасная Вьерна родила от тебя сына, которому уже шестнадцать лет и который знает от де Орнольяка, что ты его настоящий отец и не питает ненависти к тебе. И третье – согласно последней воли моего друга, ты должен стать рыцарем Грааля и защищать его, а также хранительницу Грааля божественную Эсклармонду де Фуа, до последней капли своей крови.

– Принимаешь ли ты эти три дара все вместе или только часть из них?

– Принимаю! – Пейре встал на колени. Чеканя шаг по каменному полу, юный паж принес меч с красным карбункулом и соколом с расправленными крыльями на рукоятке и епископ, подняв его, легко коснулся плеча Пейре. – Во имя Бога я посвящаю тебя, Пейре Видаль, в рыцари Грааля, – произнес он.

Пейре закрыл глаза, читая молитву, и когда открыл их, подумал, что попал в рай. Рядом с катарами стояли облаченные в светлые и почти что прозрачные одежды женщины и юные девы с венками из живых цветов на головах и с распущенными длинными волосами, что делало их похожими на ерей. Девять по девять – дев Грааля.

– О, я чувствую, что стану катаром, – блаженно промурлыкал Пейре. – Я вполне могу отказаться от мяса и носить тиару и длинные черные одежды. Что же касается бороды – то я этого терпеть не могу – постоянно чешется, да и не идет мне ни капельки. Думаю, что я смогу стать не только катаром, а и Совершенным, как хотела того моя матушка. Пусть меня судят и сжигают на костре! Эн Луи рассказал мне об ангелах и о том, как можно вернуться к престолу Творца…

– Нет. Ты не станешь катаром, как не стал им и твой отец де Орнольяк. Катары, как ты сам изволил заметить, не могут поднять оружия, тебе же предстоит защищать и Грааль, и охраняющую его даму, – мягко возразил Пейре епископ.

– Прими меч Гурсио и будь честным рыцарем, – произнесла все еще юная и прекрасная Эсклармонда и поцеловала Пейре в лоб. В тот же момент раздался скрежет, стены в пещере расступились и Эсклармонда и помогающая ей дева Репанс де Шой подняли Пейре на ноги и повели его в открывшийся за алтарем проем. Катары опустились на колени, Репанс же подошла к возвышавшемуся на специальном постаменте ларцу и произнеся загадочную молитву, хлопнула в ладоши.

Ларец раскрылся, и Пейре Видаль узрел сияние Грааля.