Сборник "Братство меча" - Баутина Юлия Владимировна - Страница 38

Движимая вполне понятным благоразумием, Инари предпочла подстраховаться, подчеркивая, что сквозь рукотворные Двери может проходить только их хозяин. Будь все именно так, Воронью долину покинуло бы не четверо, а двое ведьмаков. В самом же деле, в случае крайней необходимости и при наличии некоторого опыта сквозь Междумирье можно было протащить за собой одного-двух спутников. Это означало лишнюю затрату сил, однако порой бывало необходимо. Но только не сейчас.

— Да неужели нет способа открыть эту самую Дверь пошире, чтобы все пролезли? — Князь никак не мог расстаться с пришедшейся ему по душе мыслью.

— Я уже сказала: «НЕТ!!!» Все, забудь об этом. Я хочу предложить кое-что другое. Но это потребует вашей помощи.

— Для начала скажи, что ты собираешься сделать, — насторожился Иван.

— Рехтир.

— Что???

— Рехтир, — терпеливо повторила ведьмачка. — Артефакт, по-вашему. Придется, конечно, повозиться, но штука удобная. Для него потребуется какая-нибудь вещь, сохранившая память о том месте, куда вы желаете отправиться. После соответствующей обработки она даже при слабом приложении Силы открывает крепкие Ворота, которых вполне должно хватить на восьмерых. А самое важное, при этом ведьмак не обязан хорошо знать, как выглядит та местность, куда его выведет рехтир.

— Ты сказала «восьмерых», — запоздало дошло до Ивана. — Но нас же только семеро…

— Семеро. Однако мне интересно своими глазами взглянуть, что у вас там делается. Поэтому я пойду с вами, хотите вы того или нет. Тем более что без меня рехтир все равно не заработает.

— Да разве я возражаю? — спохватился Иван, справедливо рассудив, что торговаться сейчас не в их интересах. — Напротив, милости просим. Мы будем очень рады видеть тебя у нас в «Княжеграде»!

— Вот и замечательно. Тогда ступайте, ищите что-то, что хранит твердую память о вашем… короче, о том, куда вы вернуться хотите. Что делать дальше, я потом объясню.

— Но что конкретно это может быть?

— Да что угодно. Камень, кусок доски, горсть земли, какая-нибудь другая вещь, являющаяся его частью.

— Понятно… Вот только ни кирпичей, ни досок мы с собой как-то не захватили.

Остальной отряд с интересом ожидал возвращения Ивана Есипова под стенами мастерской.

— И что она сказала? — нетерпеливо спросил Кустов. — Когда отправляемся?

— Пошли внутрь, — распорядился Князь. — Объявляю открытие «круглого стола».

Правда, круглого стола в сарае не обнаружилось, и его пришлось заменить обычным прямоугольным. Когда все присутствующие заняли места на табуретах и чурбанах, Иван вкратце пересказал свою беседу с ведьмачкой и тот способ, который она предложила.

— Вопросы будут? — поинтересовался он напоследок.

— А она гарантирует безопасность путешествия? — подал голос Петрович. — Или хотя бы того, что после ее рех-как-его-там мы точно окажемся в Туле, а не где-нибудь в дебрях Амазонки.

— Всегда хотел побывать на Амазонке, — размечтался Шурик. — Джунгли, райские птички, колибри всякие…

— Аллигаторы, пираньи, — подхватил скептически настроенный Артем.

— Пираньи-то ладно, — вмешался Пашка. — Есть там такая рыбка-паразит — кандиру называется. Представь себе — купаешься ты в речке на диком пляже без плавок, а она тихонько подплывает…

— Хватит, хватит, уважаемый, — оборвал его Иван. — Я и без того знаю, что ты просвещенный человек. Вынужден разочаровать тех, кто собрался на каникулы. Раз наша общая подруга собирается отправиться вместе с нами, значит, приложит все усилия, чтобы оказаться именно в Туле, а не у черта на куличках. Вопросы исчерпаны? Тогда спрашиваю я: у кого-нибудь есть наметки, что именно следует назначить рехтиром. Что-нибудь, что было бы частью нашей базы.

В мастерской воцарилась тишина. «Гладиаторцы» уныло подперев кулаками щеки, смотрели друг на друга.

— Меч? — с надеждой предположил Артем. — Мы же оружие на базе храним. Можно сказать, что оно — часть «Княжеграда».

— Ага. Заказываем на стороне и таскаем с собой по всем выездам. Не то.

— Доспехи или костюмы?

— Не то. С равным успехом можно сказать, что Степаныч — часть «Княжеграда». Он, когда над заказом работает, по неделе в мастерских обитает.

— А что? — приосанился Пашка. — Может, я и есть тот самый артефакт-хрен-выговоришь?

— Будь на твоем месте Алекс, я бы не сомневался, — отозвался Иван. — Тот может и не артефакт, но на роль живого ископаемого точно сошел бы. А вам, Павел Алексеич, еще расти и расти.

— Отвлекаетесь от темы, — напомнил Глеб. — Шевелите мозгами, что мы еще такого могли с собой прихватить? Что-нибудь, что сохраняло бы память.

— Да ничего, — вздохнул Шурик. — Ничего у нас больше нет.

Артем замялся, разом приобретя виноватый вид.

— А если вот так подумать… — неуверенно начал он. — Я просто хотел сказать… Что может сохранить память о месте лучше, чем его фотография?

Иван звезданул кулаком по столу.

— Точно! Первая светлая мысль за сегодняшний день! Темка, обещаю: когда вернемся, приму тебя в дружинники без испытательного срока!

— А пользы от этой светлой мысли? — проворчал Пашка. — Фоток у нас все равно нет.

— Здесь нет. Но в «Газели» лежит сумка с товаром. А там, среди прочего, каталог нашей продукции и каскадерских выступлений. Я же брал его с собой в расчете новые контакты на фестивале завязывать. Кто бы мог подумать, что он еще на что-нибудь пригодится.

— То бишь, нам все-таки двигать обратно к «Газели»?

— Получается, что так. Я попробую договориться с ликвидаторами насчет кельпи, верхом будет намного быстрее.

— На протяжении последних двух дней, — задумчиво глядя в быстро удаляющуюся спину Князя, сказал Кустов, — меня мучает один и тот же вопрос: в какое дерьмо мы влипаем все глубже и глубже?

— Не знаю, — честно признался Глеб. — Но, судя по новостям из дома, к нам оно имеет самое непосредственное отношение.

Иван отсутствовал около четверти часа и объявился как раз тогда, когда на его поиски собирались отправить кого-нибудь из молодых.

— Комолов Глеб Константинович, — торжественно провозгласил он с порога. — Не будете ли вы так любезны подойти ко мне для небольшой беседы?

— Чего надо? — подозрительно спросил «гладиаторец». Несвойственная Князю в обыденной жизни галантность внушала невольные подозрения.

— Подойди, тогда скажу, — не купился на провокацию Иван.

Глеб вздохнул и выбрался из-за стола.

— Ну и?.. — спросил он, выходя наружу.

— Как ты смотришь на то, чтобы провести денек на лоне природы с глазу на глаз с очаровательной девушкой? — лукаво спросил Иван. — Только представь себе: вы и дикий первозданный лес, и никаких надоедливых гомо сапиенс вокруг.

— Ага, только толпы диких первозданных монстриков. Короче говоря, ты хочешь, чтобы мы с Инари съездили за фотографией? Вдвоем?

— Ты читаешь мои мысли.

— Нет, я просто разгадываю твои шарады. Разве мы не всей толпой должны были туда отправиться? Что толку бегать взад-вперед?

— Как выяснилось, не всей. Я так понял, что дело завязано не на одном только снимке. Нужно несколько компонентов и обряд, который наш ангел-хранитель не намерена проводить в походных условиях.

— А Инари о твоем гениальном плане уже знает?

— Конечно. Она сама мне заявила, что ей в сопровождающие нужен всего один разумный человек, который был бы в курсе, что и где в «Газели» лежит.

— Между прочим, где лежит твой каталог, я не в курсе.

— Да чего там знать? Он в сумке с товаром сбоку засунут. Найдете без проблем. К тому же ты среди нас единственный, кто умеет действительно ездить верхом, а не издеваться над лошадью.

— Весомый аргумент, ничего не попишешь.

— Хочешь, назову другие? Ты — опытный, хладнокровный боец…

— Угу…

— …отлично зарекомендовал себя в предыдущих стычках с местными обитателями…

— Угу…

— …имеешь огромный опыт работы в полевых условиях…

— Угу…

— …по возвращении получишь почет и всеобщую благодарность…