12 великих трагедий - Шекспир Уильям - Страница 33

(Начинает петь и раздеваться.)

Жил в Фуле король; до могилы

Одной он был верен душой;

Ему, умирая, вручила

Любимая кубок златой.

И стал ему кубок заветный

Дороже всего с этих пор;

Он пил – и слезой чуть заметной

Средь пира туманился взор.

И роздал король пред кончиной

Наследникам все города;

Но кубок – лишь кубок единый —

Оставил себе навсегда.

Морские валы грохотали

Под башней, бушуя у скал;

Меж рыцарей, в дедовском зале,

Прощаясь, король пировал.

Наполнивши влагою пенной

Свой кубок он выпил до дна

И бросил тот кубок священный

Туда, где шумела волна.

Он видел, как кубок, волною

Подхвачен, черпнул и пропал;

И очи покрылися тьмою —

И пить он и жить перестал.

(Отпирает шкаф, чтобы убрать платье, и видит ларчик.)

Как этот ларчик тут явиться мог?

Шкаф, кажется, был заперт на замок.

Вот странно! Что за вещи тут – не знаю!

Но, впрочем, понимать теперь я начинаю:

Не взят ли, может быть, он маменькой в залог?

А! ключик здесь, привязанный тесьмою.

Что, если я его возьму да и открою?

(Отпирает.)

Что это! Боже мой! Чудеснейший убор!

Мне видеть не пришлось такого до сих пор!

Его б и дама знатная надела

И на гулянье в нем отправилась бы смело.

Цепочку бы надеть: какой приму я вид?

Чья ж эта роскошь вся? Кому принадлежит?

(Наряжается и смотрит в зеркало.)

Хоть серьги мне иметь хотелось бы ужасно!

Наденешь их – и вот совсем уже не то!

К чему красивой быть? Совсем, совсем напрасно!

Не худо это – я, конечно, в том согласна;

Да люди красоту нам ставят ни во что

И хвалят только нас из жалости. Вот слава:

Все денег ждут,

Все к деньгам льнут;

Ах, бедные мы, – право!

Сцена 9

ГУЛЯНЬЕ.

Фауст прогуливается в раздумье. Подходит Мефистофель . Мефистофель

Клянусь отвергнутой любовью, бездной ада!

Клялся бы хуже я, да нечем, вот досада!

Фауст

Я не видал еще подобных морд!

Что там могло с тобою приключиться?

Мефистофель

Я рад бы к черту провалиться,

Когда бы сам я не был черт!

Фауст

Да ты не спятил ли, приятель?

К лицу ль тебе беситься, кстати ль?

Мефистофель

Подумай: ценный наш убор

Стащил у Гретхен поп, как вор.

Мамаше Гретхен показала,

А той сейчас же жутко стало:

В молитвы вся погружена

И чуткой быть приучена,

Повсюду нюхает она,

Свята ли вещь или грешна, —

А тут разгадка, видимо, простая:

Что святость в этом ларчике плохая.

«Дитя мое, – старуха шепчет ей, —

Неправое именье – лютый змей!

Снесем его царице мы небесной —

И манны нам пошлет она чудесной».

Бедняжка Гретхен от таких речей

Поморщилась, надула молча губы:

Дареному коню не смотрят, дескать, в зубы;

И чем же, мол, уж так безбожен был,

Кто мне сережки подарил?

Мать между тем попа призвать успела.

Тот сразу видит, в чем тут дело.

«Поступку вашему я рад, —

Им говорит он с постной рожей, —

Кто воздержался, тот богат».

Желудок, мол, хорош у церкви божьей;

Немало стран уж слопала она

И несвареньем все же не больна.

Одна лишь церковь может, без сомненья,

Переварить неправые именья.

Фауст

Да, все берет она сегодня, как вчера!

Король и ростовщик – такие ж мастера.

Мефистофель

Потом браслеты, кольца, брошки

Загреб он, как грибы в лукошке,

Прибрал – спасибо не сказал,

Как будто горсть орехов взял,

И посулил за то награды

В раю, а те стоят – и рады!

Фауст

А Гретхен?

Мефистофель

Мучится, жалеет:

Подарок спать ей не дает,

И день и ночь с ума нейдет,

А с ним – кто так дарить умеет.

Фауст

Бедняжка! Как ее мне жаль!

Другой достать для ней нельзя ль?

Да не такие безделушки.

Мефистофель

Для вас, конечно, все игрушки!

Фауст

Я так хочу – хоть разорвись!

Да ты к соседке подберись:

Будь бес как бес, не размазня!

Чтоб был подарок у меня!

Мефистофель

Так точно, сударь: рад служить на славу!

Фауст уходит.

Влюбившийся дурак на глупости горазд:

И солнце, и луну, и звезды он отдаст

На фейерверк – красотке на забаву!

Сцена 10 ДОМ СОСЕДКИ.

Марта (одна)

Господь с тобой, мой муж! Скажу правдиво:

Ты поступил со мной несправедливо!

Пропал куда-то с буйной головой,

И жить теперь мне суждено одной!

А чем его я в жизни оскорбила?

Свидетель Бог, как я его любила!

(Плачет.)

Давно уж он и умер, может быть!

О смерти б хоть свидетельство добыть.

Входит Маргарита. Маргарита

Ах Марта!

Марта

Гретхен, что с тобою?

Маргарита

Колена гнутся подо мною:

В шкафу я вновь ларец такой

Нашла, с чудесною резьбой;

А вещи – просто загляденье

И лучше прежних без сравненья.

Марта

Ты матери о том не говори,

А то опять снесет на покаянье!

Маргарита

Ах, погляди! Ах, посмотри!

Марта (наряжая ее)

Ах ты, счастливое созданье!

Маргарита

Что толку в том! Ведь в них не смею я

Ни погулять, ни в церкви показаться…

Марта

А ты бывай почаще у, меня:

Тихонько здесь ты можешь наряжаться.

Пред зеркальцем повертишься часок:

Вот нам и радость будет, мой дружок!

А там, при случае – ну, в праздник, что ли, – станем

Мы вещь за вещью в люди надевать:

Цепочку, серьги там… Твоя старуха-мать

И не заметит их; а то ведь и обманем!

Маргарита

Но кто два ящика поставил мне?

Тут дело чисто не вполне.

Стучатся.

Ах, Боже мой, не мать ли уж за мною?

Марта (смотрит в дверное окошечко, отдернув занавеску)

Какой-то господин; сейчас ему открою.

(Отворяет дверь.)

Пожалуйте.

Мефистофель (входя)

Прошу простить меня,

Что прямо к вам вхожу я так свободно.

(Почтительно отступает перед Маргаритой.)

Я к Марте Швердтлейн.

Марта

Марта – это я.

Что, сударь, будет вам угодно?

Мефистофель (тихо Марте)

Благодарю: теперь я знаю вас;

Но барышня в гостях у вас сейчас…

Итак, прошу прощенья за помеху.

Я к вам зайду попозже: мне не к спеху.

Марта

Вы, сударь, приняли за барышню ее?

Подумай, что за честь тебе, дитя мое!

Маргарита

Ах, вовсе нет! Я девушка простая…

Вы чересчур добры… Цепочка золотая

И эта брошка – не моя.

Мефистофель

Сударыня, судил не по цепочке я!

Осанка, взгляд ваш-как у дамы знатной.

Так я могу остаться? Как приятно!

Марта

Ну что ж, какую вы приносите мне весть?

Мефистофель

О, как желал бы я вам лучшую принесть!

Да, тяжело слова мне выговорить эти:

Ваш добрый муж велел вам долго жить на свете.

Марта

Он умер? Мой дружок, супруг мой дорогой!

Ах, я не вынесу! За что беда такая!

Маргарита

Ах, Марта, не тужи, утешься, дорогая!

Мефистофель

Угодно ль выслушать рассказ печальный мой?

Маргарита

Нет, лучше жить, любви совсем не зная:

Я б умерла от горести такой!

Мефистофель

Нет худа без добра, и нет добра без худа!

Марта

Скажите ж, как и где он дух свой испустил?

Мефистофель

Лежит он в Падуе, там, далеко отсюда,

Его святой Антоний приютил.

Он спит теперь сном вечным и отрадным

В священном месте, тихом и прохладном.

Марта

Что ж поручил он вам?

Мефистофель

Мне долг велит

Большую передать вам просьбу: непременно

Просил он отслужить три сотни панихид.

Карманы ж у меня пустые совершенно.

Марта

Как? Ни одной монетки? Ни одной

Вещицы? Да любой мастеровой