12 великих трагедий - Шекспир Уильям - Страница 54

Мефистофель

Мир иль война – вся штука в том, что надо

Уметь отвсюду пользу извлекать

При случае. Здесь случай есть: так смело

Лови его, чтоб сразу двинуть дело.

Фауст

Нельзя ль меня избавить от речей

Загадочных? В чем дело, поскорей!

Мефистофель

В пути моем сюда я видел много:

Наш император вновь в беде; тревога

Его гнетет. Ты помнишь ведь его:

Когда с тобой его мы веселили

И вслед богатством ложным наделили,

Он возмечтал, что в мире ничего

Ему нет недоступного. Он сана

Высокого достиг чрезмерно рано

И к заключенью ложному пришел,

Что, никаких не опасаясь зол,

Он может жить, как хочется, беспечно,

И управлять и наслаждаться вечно.

Фауст

Большое заблужденье! Находить

Во власти счастье должен повелитель.

Пусть высшей воли будет он хранитель,

Но пусть никто не сможет проследить

Его высоких мыслей. Повеленье

Он только близким тайно отдает;

Чрез них оно свершается – и вот

Невольно мир приходит в изумленье.

Тогда всех выше чтит его народ;

Так он себе всю славу оставляет!

А наслажденье только опошляет.

Мефистофель

Наш не таков! Он тешился лишь сам —

И вот распалось царство по частям:

Большой и малый спорят меж собою,

На брата брат родной идет войною,

На город город восстает везде;

Ремесленник с дворянством во вражде,

Епископы – с властями и с приходом:

Куда ни глянь– вражда между народом!

В церквах разбой; грабеж везде, всегда,

Купцу и страннику в пути беда!

Всяк борется и отражает смело

Соперника. Так вечно шло их дело!

Фауст

Шло, падало, хромало, встав опять, —

И вот свалилось так, что уж не встать!

Мефистофель

Сперва их это мало тяготило:

Привольно жить им и свободно было;

Кто слаб был, тот слабейших грабил все ж,

Но лучшим это стало невтерпеж.

Умнейшие восстали, рассуждая:

Спокойствие должна давать святая

Монарха власть; наш император, знать,

Его не хочет иль не может дать;

Так изберем, не мешкая напрасно,

Другого императора: создаст

Он царство вновь, чтоб жить нам безопасно,

И всем нам мир и справедливость даст.

Фауст

Попами пахнет тут.

Мефистофель

Попы и были

Зачинщики: они народ подбили

К восстанию, чтоб выдумкой такой

Сберечь брюшка набитого покой.

И стал мятеж расти, с благословенья

Святых отцов; народ восстал гурьбой,

И бедный наш любитель наслажденья

Идет, быть может, на последний бой.

Фауст

Мне жаль его: он добр и прям был.

Мефистофель

Что же

Пойдем к нему: пока живешь, негоже

Терять надежду, хоть грозит беда.

Освободим его мы из теснины;

Кто раз спасен – быть может, навсегда

Спасется. Как предречь игру судьбины?

Раз победив, вассалов вновь тогда

Найдет он и не будет знать кручины.

Они всходят на середину горы и смотрят на войско, расположенное в долине. Снизу слышен гром барабанов и звуки военной музыки. Мефистофель

Позиция теперь досталась им

Хорошая. Пойдем и победим!

Фауст

Какую же ты помощь им предложишь?

Ты лишь обман волшебный дать им можешь.

Мефистофель

Полезна ведь и хитрость на войне!

Ты лишь держись своей великой цели:

Ведь только б мы помочь ему сумели

И утвердили трон его в стране, —

Тогда пред ним лишь преклони колена,

И даст тебе он берег в виде лена.

Фауст

Немало ты свершил чудес;

Так победи в сраженье, бес!

Мефистофель

Ты победишь: я под твоим началом;

Ты сам здесь будешь главным генералом!

Фауст

Мне вовсе не к лицу высокий сан

В таких делах, где я совсем профан!

Мефистофель

Ты предоставь лишь штабу все заботы —

И, как фельдмаршал, можешь ничего ты

Не делать. Я давно уже расчел,

Что будет здесь война, что дело гадко;

И у меня готова уж разгадка,

Как выбраться из этих бед и зол:

Я в недрах гор союзников нашел —

Народ могучий, древний там таится,

И благо тем, с кем он соединится.

Фауст

Кто это там с оружием идет?

Быть может, горный то восстал народ?

Входят Трое сильных [125] . Мефистофель

Взгляни на них: различных лет

Мои волшебные ребята;

Различно каждый разодет;

Их сила помощью богата.

(К зрителям.)

Известно: любят в наши дни

Все дети панцири и латы;

Так вам понравятся мои

Аллегорические хваты.

Догоняй (молодой, легко вооруженный и пестро одетый)

Кого ни встречу я, тому

В физиономию заеду,

А труса догоню по следу

И за вихор его возьму.

Забирай (средних лет, хорошо вооруженный и богато одетый)

Все это вздорно и ничтожно!

Врага поймавши, забери

Сперва все то, что взять возможно;

О прочем – после говори.

Держи-Крепче (пожилой, тяжело вооруженный, в простом платье)

Барыш и в этом невеликий!

Все эти блага с силой дикой

Умчит житейская река.

Взять – хорошо; сберечь – важнее;

Чтоб сохранилось все вернее,

Поставьте стражем старика.

Все спускаются в долину.

Действие пятое

ОТКРЫТАЯ МЕСТНОСТЬ.

Странник

Вот она, в красе тенистой,

Старых, крепких лип семья!

Кончив долгий путь тернистый,

Снова здесь их вижу я!

Вот то место, кров счастливый

Той избушки предо мной,

Где я жил, когда бурливой

Был я выброшен волной.

Дорогих моих хозяев

Обниму ль? Я шел сюда,

Видеть их почти не чаяв:

Стары были уж тогда.

Да, чета была святая!

Постучать? Заговорить?

Все ль, любовь ко всем питая,

Рады вы добро творить?

Бавкида (очень старая бабушка)

Тише, тише, странник милый!

Тише: муж мой дремлет тут!

Подкрепляет старец хилый

Долгим сном короткий труд.

Странник

Ты ль, родная, видишь снова

Благодарного меня?

С мужем путника младого

Ты ль спасла, мне жизнь храня?

Ты ль, Бавкида, чьим уменьем

Полумертвый воскрешен?

Муж старушки выходит.

Ты ль, добро мое со рвеньем,

Смело спасший, Филемон?

Вот он, ваш очаг отрадный,

Нежный колокола звон;

Да, от гибели нещадной

Я лишь вами был спасен!

Дайте ж к морю удалиться,

На простор его взглянуть,

Преклониться, помолиться:

Чувства мне стеснили грудь.

(Идет вперед по дюне.) Филемон (Бавкиде)

В сад, жена, иди скорее:

Там ты стол накроешь нам.

Пусть дивится он, не смея

Верить собственным глазам.

(Следует за странником.) Филемон (став рядом со странником)

Там, где был ты опрокинут

Необузданной волной,

Сад и вширь и вдаль раздвинут,

Рай раскинулся земной.

Стар я стал, не мог уж, хилый,

Помогать вершить дела,

Но пока терял я силы,

Зыбь морская вдаль ушла.

Умных бар рабы лихие

Рыли рвы, воздвигли мол,

Воцарились над стихией,

Сузив моря произвол.

Горизонт лесами сужен.

Села там, луга пестрят…

Но пойдем, вкуси наш ужин:

Близок солнечный закат.

Парусов вдали так много:

К ночи нужен им приют.

Птицам ведома дорога

К гнездам! Порт их примет тут.

Да, лишь там каймою синей

Моря зыбь теперь видна;

Здесь же, вкруг, по всей равнине —

Многолюдная страна.

САД. Стол для троих.

Бавкида (страннику)

Что ж молчишь? Что не съедаешь

Ни кусочка за столом?

Филемон

Ты охотно так болтаешь:

Расскажи о чуде том.

Бавкида

Точно, чудо приключилось:

И теперь я вся дрожу.

Право, это все случилось

Не добром, как погляжу.

Филемон

Император наш свободно

Отдал берег: где ж тут грех?

Ведь трубою всенародно