12 великих трагедий - Шекспир Уильям - Страница 63

Гвидо (простирая к ней руки)

О, говори еще! А мне казалось,

Что только ночью соловьи поют

Но если ты молчишь, позволь устами

Прильнуть к твоим устам, поющим нежно.

Герцогиня

Прильнув к устам, ты сердца не коснешься.

Гвидо

Ужели для меня оно закрыто?

Герцогиня

Увы, синьор, его нет у меня.

Едва тебя увидела я, ты

Его похитил! Против воли – вор,

В мою сокровищницу ты проник

И лучший перл с собой унес оттуда!

О, странный вор! Не зная сам того,

Ты стал богаче и меня оставил

Обкраденной и вместе с тем счастливой!

Гвидо (порывисто обнимая ее)

Возлюбленная! милая! моя!

Не закрывай лица! Позволь открыть мне

Пурпуровые маленькие двери,

Где дремлет музыка! Позволь проникнуть

К кораллам уст твоих, и лучший дар

Я унесу с собой, чем все богатства,

Хранимые в горах Армейских грифом.

Герцогиня

Ты – господин мой! Все, чем я владею,

Давно твое; а если нет чего,

Ты это все создашь мечтой и чудом

Ничтожество в богатство обратишь.

(Целует его.)

Гвидо

Как смел я, что гляжу так на тебя!

Фиалка прячется под свой листок,

Боясь смотреть на пламенное солнце,

Боясь его сиянья; мой же взор,

Мой дерзкий взор достиг такой отваги,

Что, как звезда недвижная, глядит

В твои глаза, купаясь в их сиянье!

Герцогиня

О, если б на меня всегда смотрел ты!

Твои глаза – два зеркала глубоких.

В них возникая, узнаю себя

И рада, что в тебе живет мой образ.

Гвидо (вновь обнимая ее)

Летящий диск! остановись на небе!

И сделай этот час бессмертным!

Краткое молчание.

Герцогиня

Милый,

Садись вот здесь, у самых ног моих.

Вложу я пальцы в волосы твои

И буду видеть, как твое лицо

К моим губам влечется, как цветок…

Случалось ли тебе когда входить

В пустынный зал, где пыль лежит и плесень,

Где много лет шагов не слышно было,

Засовы отодвинуть у окна

И отворить навстречу солнцу ставни?

Ты видел ли, как в окна входит солнце,

Как превращает каждую пылинку

В танцующую золотую точку?

Моя душа была тем залом, Гвидо,

Твоя любовь вошла в него, и вдруг

Все стало золотом. Не правда ль, Гвидо,

Любовь – смысл жизни.

Гвидо

Да! Жизнь без любви

Мертва, как необделанная глыба

В каменоломне, прежде чем ваятель

Прозрел в ней бога! Да! Жизнь без любви

Безмолвна, как простой тростник, растущий

По берегам реки и чуждый песен.

Герцогиня

Но вот певец, по имени Любовь,

Тростник безмолвный сделает свирелью

И песнями наполнит! Ах, любовь

Любую жизнь способна сделать песней.

Не правда ли?

Гвидо

Для женщин это правда.

Мужчины же творят резцом и кистью,

Как сын красильщика в Вероне, Павел,

Иль как в Венеции его соперник,

Великий Тициан, создавший деву

Стройнее лилий и белее лилий,

Всходящую по ступеням во храм,

Иль тот урбинец, чьи мадонны святы

Затем, что матери они вполне.

Но женщина – вот истинный художник!

Одна она способна нашу жизнь,

Запятнанную думами о деньгах,

Преобразить любовью в красоту!

Герцогиня

Пусть жили бы мы оба в нищете!

Любя друг друга, были б мы богаты.

Гвидо

Скажи «люблю» еще раз, Беатриче!

Герцогиня (касаясь пальцами его воротничка)

Как этот воротник к лицу тебе!

Граф Моранцоне выглядывает из-за двери, ведущей в галерею.

Гвидо

Скажи еще раз мне: люблю!

Герцогиня

Я помню,

Что в Фонтенбло, когда еще была

Я в милой Франции, носил такие

Воротнички король.

Гвидо

Так ты не хочешь

Сказать: люблю!

Герцогиня (смеясь)

Король Франциск был рыцарь

С осанкой царственной, но ты – прекрасней!

Зачем же, Гвидо, мне твердить: люблю!

(Берет руками его голову и приближает ее к себе.)

Не знаешь разве ты, что я – твоя

Навек, душой и телом!

(Целует его, но внезапно встречает взгляд Моранцоне и вскакивает.)

О! Кто там?

Моранцоне исчезает.

Гвидо

Где, милая?

Герцогиня

Я видела глаза,

Горящие огнем, за этой дверью.

Гвидо

Нет никого. Должно быть, промелькнула

Тень часового.

Герцогиня продолжает стоять, глядя в окно.

Никого не видно.

Герцогиня

Но что нам может повредить, когда мы

В руках любви? Мне было б все равно,

Хотя б весь мир, устами низкой черни

Меня злословя, жизнь мою топтал.

Нам говорят, что полевой цветок

Сильнее пахнет, если он раздавлен,

Чем в поле на стебле, что травы есть

Без запаха – но дивным ароматом

Дышащие, когда их разотрешь

Меж пальцами. Так молодую жизнь

Жестокий мир стремится раздавить,

Но лишь дает ей больше аромата

И прелести. И если любим мы,

Мы лучшим в жизни обладаем. Правда?

Гвидо

Мне хочется шутить, смеяться, петь.

Я чувствую, что мог бы петь сегодня.

Герцогиня

Не говори! Вот миг, когда все в жизни

Слилось в единый сладостный восторг,

И замыкает страсть уста печатью.

Гвидо

Но пусть мои уста печать сломают.

Меня ты любишь, Беатриче?

Герцогиня

Да!

Как странно, что люблю врага.

Гвидо

Врага?

Герцогиня

Тебя! Ты сердце мне пронзил стрелою;

Оно укромно, тихой жизнью жило,

Пока его ты не сразил.

Гвидо

Поверь мне,

Стрелою той я ранил и себя.

От этой раны я умру сегодня,

Когда меня, врач милый, не спасешь ты.

Герцогиня

Я не могу лечить тебя; я тоже

Больна, как ты.

Гвидо

Как я люблю тебя!

Я песню у кукушки перенял:

Твержу одно и то же.

Герцогиня

Мне не надо

Другой! И если это песнь кукушки,

То соловей охрип, и потерял

Свой голос жаворонок…

Гвидо