Дети Армагеддона - Брукс Терри - Страница 84

Деллорин так захватила эта мысль, что она очень удивилась, внезапно обнаружив, что потеряла запах, который ее вел! Она с ревом мчалась по хайвею, вслушиваясь в звук другого мотора, уверенная, что догоняет добычу, — но резкий запах машины и более нежный аромат самой женщины внезапно исчезли.

Деллорин направила «Харлей» к обочине, вырубила двигатель и, дождавшись наступления тишины, прислушалась. Ничего. Она вышла на середину хайвэя и несколько раз пересекла дорогу поперек, упав на четвереньки и последовательно обнюхивая покрытую трещинами полосу, унылый кустарник на обочине и холодный закатный воздух. И здесь ничего. Женщина-Рыцарь свернула с хайвэя где-то позади.

Деллорин задумалась, что это могло означать. Или ее добыча достигла своей цели, или же обнаружила, что ее преследуют, и решила улизнуть. Деллорин выбрала последнее. Она позволила добыче сбежать! Эта мысль взбесила демоницу, и она так сильно сжала кулаки, что ее когти впились в чешую, покрывавшую ладони. Она зашагала к «Харлею», развернула его и, яростно дергая рычаги управления, понеслась назад по шоссе, вздымая тучи пыли и мелкого гравия.

Деллорин быстро обнаружила поворот на грунтовую дорогу, которым воспользовалась Рыцарь Слова. Это произошло десять миль назад. На грунте виднелись хорошо заметные следы колес. Ухабистая, узкая проселочная дорога, вряд ли куда-то ведущая, только укрепила подозрения демоницы: та, другая, знает, что за ней гонятся. Как она догадалась, Деллорин сказать не могла. Никто не должен догадываться, что она идет по следу, пока не станет слишком поздно. Особенно человек — неважно, Рыцарь Слова или нет.

Ворча от злости, Деллорин повернула «Харлей» на грунтовую дорогу и рванула вперед, уклоняясь от стволов деревьев, объезжая пни и разнося узкие проезды между колючим кустарником, которые ее добыча думала использовать как барьеры. Для того, чтобы остановить «Харлей», нужно было по крайней мере несколько деревьев.

«Глупая девушка думает, что деревья укроют ее. Напротив, они выдают, где она ехала. Так даже лучше».

Луна стояла высоко, и ее сияние обеспечивало отличное освещение, при котором Деллорин с ее обостренными чувствами демона легко отыскивала дорогу.

Но тьма так сгустилась, что, несмотря на решимость, демоница была вынуждена замедлить ход, чтобы различать на мягкой земле опечатки шин другого автомобиля. Лес также стал гуще настолько, что Деллорин с трудом находила тропу, по которой мог протиснуться «Харлей». Стало очевидно, что она сильно отклоняется от дороги, что движение на колесах отнимает у нее больше времени, чем если бы она шла пешком. Но она продолжала двигаться, не желая остановиться.

Близилась полночь, когда Деллорин сдалась. Она наткнулась на ручей и ехала по нему почти милю, прежде чем вновь нашла след Рыцаря. Тут ее терпение окончательно истощилось. Демоница остановила «Харлей», вылезла и уставилась во тьму. Выбор был прост. Она может заночевать здесь и поглядеть, покажет ли «Харлей» себя лучше при свете дня, когда дорога видна и легче найти след, — или же бросить машину и отправиться дальше пешком.

Она будет выслеживать добычу, как зверь.

Мысль эта позабавила Деллорин и вызвала у нее внезапный прилив возбуждения. Ее острые зубы хищно сверкнули во тьме. Может быть, ей действительно лучше выбрать этот способ. Теперь она — по большей части зверь, способный бежать на четырех ногах, вынюхивать запах добычи, различать отпечатки ее следов. Деллорин — худая, быстрая, и она гораздо, гораздо сильнее, чем существо, за которым она гонится. Что изменится от того, воспользуется ли она машиной или нет, чтобы схватить эту женщину? Да ничего, решила она. Вообще ничего не изменится.

Демоница стянула с себя одежду и предстала в лунном свете обнаженной, вся состоящая из чешуи, когтей и мускулов. Воодушевленная, она хотела завыть по-волчьи. Но нет, не сейчас. Пока она не подобралась поближе к женщине, той незачем знать о ее приближении. Она услышит этот звук, когда уже не сможет спастись бегством.

Демоница потянулась, гордясь своим новым телом. Потом она опустилась на четвереньки и побежала.

— Анжела! Проснись!

Слова пробились сквозь глубокий сон и закружились в смутном рое бесплотных видений. Анжела попыталась понять их смысл и не смогла. Ее сознание на мгновение прояснилось и затем вновь уплыло, погружаясь в забытье.

— Анжела, пожалуйста! Ты должна проснуться!

Детский голос. Голос маленькой девочки. На этот раз Анжела открыла глаза, прогоняя сны и грезы. И ничего не увидела. Вокруг было темно. Лишь восточный край неба подсвечивала серебряная ниточка рассвета. Анжела вспомнила, где она. Они пересекли лес и где-то в полночь выбрались на другое шоссе. Она спрятала автомобиль под деревьями, оставила Эйли дежурить — ей, вероятно, нет необходимости спать — и провалилась в сон.

— Анжела, отзовись!

Эйли. Бродяжка наклонилась к ней и практически кричала в ухо.

— Что такое? — с раздражением пробормотала девушка, все еще отуманенная сном.

— Он нашел нас! Демон!

Анжела рывком села, резкая сокращая затекшие мышцы, и они тут же отозвались резкой болью. Она перекатилась и дотянулась до черного посоха, ее взгляд заметался по окружавшим их темным силуэтам деревьев. Анжела вслушалась в тишину. Отдаленного рокота мотора не было. Не было вообще никаких звуков.

— Я ничего не слышу, — прошептала девушка.

— Он не едет! — Лицо Эйли приблизилось к ней почти вплотную, голубые волосы растрепаны, глаза горят от страха. — Он идет пешком!

Пешком? Анжела быстро встала, обеими руками сжимая посох и принимая защитную стойку, ее тело действовало автоматически, по привычке, хотя ее мысли оставались туманными и вялыми. Пешком? Эти слова не имели смысла. Даже демон не может догнать их, передвигаясь пешком, и кроме того, почему…

Бело-голубое пятно мелькнуло прямо перед ней, когда Эйли бросилась прочь.

— Анжела, он здесь!

В следующее мгновение из леса вырвалось нечто большое и темное, одним бешеным прыжком преодолев поляну. Рыча и сопя, оно двигалось на четырех ногах, как чудовищный дикий зверь. Анжела едва успела привести в боевую готовность посох, его магия нахлынула в ответ на ее призыв, быстрая как мысль. Анжела упала на одно колено и выставила перед собой посох наподобие копья, целясь в грудь нападавшему. Тот прыгнул на нее, пронзая пространство. Силой атаки девушку отбросило назад, а посох перекинул демона через ее голову и отшвырнул прочь.

Анжела вскочила на ноги, полностью проснувшись. Демон уже поворачивался — огромная темная фигура, глянцево блестящая в предрассветной мгле, с невероятно длинными конечностями и головой, втянутой в мощные плечи, почти как у волка. Никаких намеков на женщину, которой она была еще несколько дней назад, теперь не наблюдалось, человеческие черты также исчезли. Ни торчащих светлых волос, ни человеческого лица или кожи, ничего. Эта тварь была покрыта чешуей, пальцы рук и ног превратись в когти, лицо — в морду с широко распахнутой острозубой пастью, глаза горели злобным желтым светом. Но Анжела знала — это она. Демон из компаунда, явившийся, чтобы прикончить ее.

— Diablo!.. — пробормотала девушка, готовясь к новой атаке.

Внезапно демон издал вопль, душераздирающие, пронзительные звуки разнеслись по лесу и пригвоздили Анжелу к месту.

Потом монстр кинулся вперед с такой быстротой, что едва не сбил ее на землю, прежде чем девушка успела отреагировать. Но Рыцарь Слова все же успела одним мощным импульсом послать в нападавшего белое, неровное по краям пламя. Огонь посоха прожег прочную чешуйчатую броню демона и отбросил его назад. Чудовище снова завопило, словно черпало в звуках особую силу, и вновь бросилось в атаку. И вновь получило по заслугам, отброшенное магическим огнем.

«Он слишком силен, — подумала Анжела, глядя, как демон вновь готовится к прыжку. Его чешуя дымилась, но напор и ярость не уменьшались. — Мне его не победить».