Возлюбленная воина - Маккарти Моника - Страница 6

Вместо роскошных апартаментов в новом доме Макдоналда их собрали в расположенном рядом древнем зале. Мрачная, продуваемая сквозняками каменная постройка, как говорили, была возведена еще до Сомерледа — великого короля, потомками которого были Макдоналды, Макдугаллы, Максорли и Макруайри. Уже много веков она использовалась королями островов. Теперешний ее хозяин знал силу традиций. В Финлаггане Ангус Ог Макдоналд, потомок великого Сомерледа, был высшей властью.

Обычно, когда собирался военный совет, зал был заполнен вождями, главами кланов и их свитами. Сегодня, кроме хозяина, за столом сидели только четыре человека — Уильям Ламбертон, епископ Сент-Эндрюс, сэр Эндрю Фрейзер, шотландский аристократ, знакомый Тору если не лично, то по имени, Эрик Максорли, родственник Ангуса Ога и его сторонник, и сэр Нилл Кемпбелл, дядя Макдоналда и родственник Брюса из быстро крепнущего клана с землями у озера Лох-Эйв.

Человек, стоявший за всем этим, Роберт Брюс, находился под слишком пристальным надзором Эдуарда, чтобы прибыть лично.

Ламбертон и Макдоналд после заявления Тора обменялись взглядами. Очевидно, епископ решил попробовать убедить его.

— Возможно, ты не понимаешь…

— Я все понимаю, — прервал его Тор. — Вы хотите, чтобы я обучил и возглавил тайную команду убийц, которые помогли бы Брюсу в его предательском выступлении против Эдуарда.

Прелат явно почувствовал себя не в своей тарелке и заерзал в кресле.

— Я бы не стал формулировать проблему именно так. Команда будет использоваться для многих целей — разведка, рекогносцировка, стратегия, ну и специальные миссии тоже.

— Да, самые опасные, — сухо отметил Тор, изрядно позабавленный уклончивостью епископа. — Но вы неправильно расценили мой отказ. Вовсе не опасность или необходимость убивать не позволяет мне принять ваше предложение.

Всем известно, что именно на этом он сделал себе имя и состояние. Иначе они не обратились бы к нему.

— Просто это не моя война, и я не заинтересован в том, чтобы сделать ее своей.

В ином случае он бы почувствовал искушение. Идея была достаточно смелой, чтобы заинтересовать его. Собрать вместе элитных воинов Шотландии и островов? Остановить их будет невозможно. Они будут непобедимы.

— Но это твоя война, — не унимался епископ, — ведь острова теперь стали частью Шотландии, а вы — шотландские подданные, что бы некоторые из вас ни думали по этому поводу.

За столом раздались смешки. Наблюдательность епископа людям понравилась. Большинство из них, как и сам Тор, считали, что они островитяне, а не шотландцы. Ламбертон устремил на Тора проницательный взгляд.

— Рано или поздно каждому из вас придется принять чью-то сторону.

Тор удивленно приподнял бровь.

— Несмотря на то что вы и Брюс так часто переходите то на одну, то на другую сторону, что за вами и уследить-то трудно.

Епископ насупился, его круглая физиономия покраснела от негодования.

— Я сражаюсь за Шотландию.

— Ну да, конечно, а Брюс сражается на той стороне, на которой нет Комина, а Макдоналд — на той, где нет Макдугалла. Я достаточно хорошо понимаю сложности шотландской политики. Но вот чего я точно не понимаю, это с какой стати мой клан должен немедленно решить, на чьей он стороне. Да и нет никакой гарантии, несмотря на вашу тайную армию, что вы не проиграете. — Он проигнорировал возмущенные шепотки собравшихся. — Я не испытываю любви ни к английскому королю, ни к Джону Макдугаллу, но они сильные соперники.

— Да, — согласился Макдоналд, — и с каждой минутой становятся сильнее. — Он подался к Тору и со стуком поставил на стол свой кубок. — Не делай ничего, и очень скоро почувствуешь железный кулак Эдуарда даже у себя на Скае. Эдуард далеко, но его новый фаворит Макдугалл рядом.

— Тем больше оснований не дразнить его.

Хотя симпатии Тора были, безусловно, отданы Ангусу Огу Макдоналду, он всячески избегал оказывать открытую поддержку той или иной стороне в споре между родственниками. Он не желал, чтобы Джон Макдугалл дышал ему в затылок, у него были другие заботы. Но, к сожалению, Николсон еще не прибыл.

— Мы постараемся вас заинтересовать, — продолжал настаивать Ламбертон. Он сменил тактику и теперь пытался ослабить всеобщее напряжение. — У Фрейзера есть две незамужние дочери. Обе красавицы, и в приданое получают большие наделы земли.

— Которые не будут стоить ничего, если вы проиграете, — вздохну Тор. — Эдуард лишит всех, кто пойдет против него, и земель, и титулов, причем уже после того, как лишит голов. А мне моя голова пока еще дорога.

— Он оставит тебя здесь, — усмехнулся Максорли. — У Эдуарда уже достаточно шотландских украшений на воротах его замков.

Макдоналд бросил на Максорли хмурый взгляд, но тот лишь пожал плечами, нисколько не раскаиваясь в своих словах.

Брачное предложение тоже не заинтересовало Тора. Он уже был женат раньше и не спешил брать новую жену. У него были сыновья. Его супруга умерла почти восемь лет назад, рожая второго сына. Мердок и Малколм воспитывались на острове Льюиса.

Если он женится еще раз, то ради заключения союза с западным побережьем — Ирландией или островом Мэн, чтобы увеличить могущество и престиж своего клана, и ему ни к чему дочь шотландского аристократа. Но, не желая никого оскорблять, он повернулся к Фрейзеру.

— Я благодарю вас за предложение. Уверен, ваши дочери очень красивы, но я пока не собираюсь жениться.

Фрейзер кивнул, но Тор заметил, что вежливый отказ разозлил гордого шотландца.

Макдоналд откинулся на спинку кресла и бросил на Тора заинтересованный взгляд. Его гнев явно ослабел.

— Возможно, ты передумаешь, когда их увидишь?

Тор решительно покачал головой:

— Вам придется найти другого командира для вашего тайного отряда горцев.

Во время долгого путешествия из Стерлингшира на Айлей Кристине почти удалось убедить себя, что все будет не так страшно. Возможно, Тормод Маклауд — она узнала, что так зовут островного вождя, за которого отец желал выдать ее замуж, — вовсе не грубый дикарь, а галантный рыцарь.

Но прибыв в Финлагган, Кристина сразу поняла, что позволила своему воображению разыграться. Все было даже хуже, чем она опасалась. Намного хуже. Ей еще никогда не приходилось видеть столько мужчин устрашающего вида в одном месте. Нет, не мужчин. Воинов. Эти островитяне выглядели так, словно больше ничего не умели делать только драться.

Даже без кольчуг они выглядели выше и мощнее, чем их собратья с шотландских равнин. Куда ни глянь, везде стояли мужчины ростом выше шести футов с бугрящимися под одеждой мускулами. Они были созданы, чтобы разить врагов тяжелыми двуручными мечами, боевыми молотами, топорами и другим оружием, которое они носили на плечах и на поясе. Самое удивительное, что не только мужчины, но и женщины были высокими и сильными. Настоящая раса великанов — по крайней мере такое впечатление сложилось у Кристины. В отличие от своей высокой и очень тонкой сестры Кристина, даже встав на цыпочки, едва достигала пяти футов.

У мужчин были волосы до плеч, некоторые заплетали их в косу, и среди них было очень много светловолосых.

Наверное, все дело в крови викингов, подумала Кристина и почувствовала, как по телу прокатилась волна дрожи. Она искренне посочувствовала своим предкам. Должно быть, ужасно видеть ладьи викингов на горизонте, зная, что жестокие варвары направляются к ним, чтобы нести смерть и разрушения.

Кристина почувствовала такую же беспомощность и обреченность. Она не сомневалась, что должна защитить сестру и сделать все от нее зависящее, чтобы вождь Маклауд выбрал ее, но теперь, оказавшись среди потомков викингов, перспектива казалась не просто пугающей, а ужасной.

Однако во время путешествия, когда они уже плыли по морю, Кристине пришла в голову другая мысль. Она поняла, что путешествовать по морю намного быстрее, чем по суше. При попутном ветре большие расстояния можно преодолеть за несколько часов, а не дней. Когда один из гребцов сказал, что недавно приехал с Айоиы, ею овладела безумная идея: они с Беатрикс могут убежать на этот остров и спрятаться в аббатстве.