Decoctum - Коваль Роксолана Эдуардовна - Страница 18

— А не с покойника эти вещи? — недоверчиво спросила одна женщина, разворачивая платье Лейлини. — Тогда возьму вот это.

В итоге Джийллиэн продал все платья сестры, свои последние целые сапоги и покрывала. Вазы, подсвечники и статуэтки повез обратно. Но как же обрадовалась Лейлини, когда он накупил на вырученные деньги зачарованной снеди и сладостей!

Радость длилась недолго. За два месяца они продали всё, что только могли, а потом обнаружили, что и кладовые кухни опустели.

Последняя прислужница держалась ради сирот. Готовить не умела, с хозяйством не справлялась и вскоре поняла, что взвалила на себя непомерно тяжелую ношу.

— Поедемте со мной, — уговаривала она Джийллиэна, прижимая к себе узелок с вещами. — Я постараюсь вас где-нибудь пристроить. Правда, ещё не знаю, на что мы будем жить. Заработанную за этот год плату мне ваш отец так и не выдал. Но что-нибудь придумаем.

— Нет, мы не можем оставить отца в таком состоянии.

— Ну как знаете, ребятки. Прощайте и да помогут вам боги.

Так в замке осталось два стражника и лекарь. Им просто некуда было податься. Денег за свою работу они уже давно не получали, а так хоть крыша над головой – и то ладно. Старикам было тяжело, потому Джийллиэн помогал им. Собирал хворост, растапливал камины, на пару с лекарем стирал белье и оставлял его вымерзать во дворе. Даже учился зачаровывать снедь, но без чародейских порошков ничего не получалось.

Лекарь с трудом ходил, старый стражник заболел, а Нельдор кричал, что он горд и не намерен просить подаяния у знакомых. Джийллиэн не выдержал и сам отправился на поклон к знакомому отца. Тот был последним, кто хоть изредка навещал их.

Как назло разыгралась вьюга. Джийллиэн сбился с пути. Бродил, проваливаясь по колено в сугробы, и ничего не видел в снежной круговерти. Все дороги занесло, день клонился к вечеру, а он застрял на полпути и готовился ночевать в поле.

Прислушавшись к голосам, всмотрелся в замаячившее яркое пятно. К нему на единороге выехала девочка в оранжевой шубке. Если бы не тянувшаяся за ней повозка, окруженная стражниками с золотым колосом на накидках, он принял бы её за видение.

— Что ты здесь делаешь в такой буран? — поправив шапку, спросила девочка и шмыгнула покрасневшим носом.

— Я шел к знакомому. Но, похоже, сбился с пути.

— Ты совсем замерз! — обернувшись, она посмотрела на своих спутников. — Нанаи? Принеси этому мальчику накидку и найди для него рукавички. Скажи, зачем ты пошел к знакомому в такую непогоду? Неужели нельзя было подождать, когда утихнет вьюга?

— Нельзя, — недовольно огрызнулся Джийллиэн. — Мы с сестрой уже третий день умираем от голода, но тебе этого никогда не понять.

— Куда ты?

— Я уяснил, куда нужно идти. Я должен вернуться засветло.

Девчонка махнула своим стражникам и те преградили ему дорогу. Ухватив за руку, она заставила его сесть в повозку и укрыла меховыми лоскутами. Её нянька принесла стакан с горячим медовым напитком и завернутое в салфетку печево.

— Едем домой! — распорядилась девочка, с улыбкой наблюдая, как Джийллиэн жадно вгрызается в хрустящую завитушку. — Нанаи, скажи слугам, чтобы они собрали разной еды и напитков. Не ешь так быстро, а то подавишься! Ты же не наелся, так зачем…

— Оставлю для сестры, — завернув второй завиток и затолкав его в карман, пояснил Джийллиэн и опомнился. — Куда вы меня везете? Остановите. Мне ничего от вас не нужно.

— Я вовсе не хотела тебя обидеть! Мне правда жаль бедных! Я искренне хочу вам помочь! И я могу это сделать, так почему бы…

— Я вовсе не беден. Просто моя семья переживает тяжелое время. Мы не нуждаемся в подаянии, так что не надо разыгрывать жалость.

— Ничего я не разыгрываю. Прими это как дружеский подарок. Ведь друзья, помогая друг другу, никого не унижают.

— Хорошо, — нехотя согласился Джийллиэн.

— Мое имя – Солирада Аранден. А как звать тебя?

— Джийллиэн Дарнет Алесс. Погоди, ты что принцесса?

— Да, а что в этом такого? — удивленно захлопала ресницами девочка и тут же нахмурилась. — Погоди, ты сказал – Алесс?

— Госпожа, всё готово!

Принцесса тут же обо всём забыла. Выпорхнула из повозки и начала давать указания слугам, грузившим на лошадей вьюки.

— Положите ещё свечей! Принесите пару мешочков порошка! — поправив шапку, она повернулась к спутнику. — Что вам ещё нужно?

— Ничего. И за это не знаю, как благодарить.

— Сколько лет твоей сестрёнке?

— Пять.

— Постой здесь, никуда не уходи! Я скоро вернусь!

Принцесса умчалась в замок, а Джийллиэн, чувствуя себя крайне неуютно, закутавшись в накидку, осмотрел роскошный двор. К лестнице вели длинные, подметенные аллеи. Вдоль них стояли вечнозеленые ряды кустарников.

Джийллиэн глянул на маленький балкон. На нем стояла девочка. Та самая зазнайка, что легко и просто раскрыла тайну оборотня.

— Выходит, она тоже принцесса? — пробормотал он, опустил глаза и впервые позавидовал избалованной знати. — Везет же некоторым.

Прибежала Солирада и с довольной улыбкой протянула сверток.

— Это твоей сестрёнке! Передай ей от меня подарок!

Джийллиэн растерянно принял сверток, поглядывая на наблюдавшую с балкона черноволосую девочку. Солирада на прощание чмокнула его в щёку и убежала. Стражники повели отяжеленных вьюками лошадей, велев показать им дорогу.

Вернувшись вечером домой, Джийллиэн попросил лекаря и стражников ничего не говорить отцу. Тот мог разозлиться и не принять дары ненавистной знати. Ему и самому было ужасно неудобно, но он убеждал себя, что сделал это ради Лейлини.

— Это тебе от принцессы королевства Медовых Полей, — протянул Джийллиэн сверток выскочившей к нему сестре.

— Что это? О-о, гляди какое красивое платье!

На пол упал завязанный на узелок платочек. Джийллиэн подобрал его и обнаружил завернутые в него несколько монет. Решив, что деньги он не примет, принцесса завернула их в платье.

— Какая она, должно быть, хорошая, эта принцесса! — обрядившись в наряд с чужого плечами, покрутилась перед братом Лейлини.

— Да, она и впрямь хорошая.

Спустившись в залу, он заметил на подоконнике накидку. Развернув её, подпрыгнул от радости – это была одежда Дина Алесса.

— Отец! — ворвавшись к нему в рабочую залу, воскликнул он и осмотрелся. — Дядя приехал? Мы спасены! Где он? Я так по нему соскучился!

— Он забыл это, когда останавливался у нас в прошлый раз, — глянув на накидку, проворчал Нельдор и отнял её у сына.

Через пару месяцев Джийллиэн тоже обрадовался напрасно. Подобрав в зале приметный аграф в виде змеи, тоже решил, что его обронил дядя. Нельдор рывком отнял у него брошь.

— Должно быть, она валялась там с давних пор.

— Не было её там! Я бы на неё уже сто раз наступил!

— Уйди и не морочь мне голову!

Вечером Нельдор снова отчего-то рассвирепел. Надавав детям незаслуженных оплеух, после прижал их к себе и долго причитал.

— Почему вы так похожи на мать? Почему вы мне о ней постоянно напоминаете? Я не могу вас больше видеть! Уйдите с глаз долой!

С того дня Нельдор был сам не свой. Что-то бормотал себе под нос, бурно жестикулировал и спорил с пустым стулом жены. Лекарь, наконец, бросил ходить вокруг да около и сообщил, что хозяин тронулся умом и помочь ему могут только чародеи. Но услуги чародеев обнищавшему семейству не по карману.

— Смотри, что я нашла в подвале! — как-то прискакала к брату Лейлини и показала ему граненый кристалл. — Такие камешки кладут в гроб.

— Откуда он мог здесь взяться? — покрутив его в пальцах, посмотрел на сестру Джийллиэн. — Его кладут в гроб только знати.

— А разве наша матушка не была знатной госпожой?

— Где ты его взяла? Проводи меня в то место.

Они спустились в сырое подземелье, простиравшееся под замком. Защищая огонек свечи, осмотрели каменные коридоры и забрели в кладовую, больше похожую на темницу. Решетки вместо дверей, постилка на полу, оплавленный огарок и большой сундук.