Decoctum - Коваль Роксолана Эдуардовна - Страница 25

Соединив их в себе.

У неё будут сын и дочь – сорванный с чужого дерева плод. Однажды Йекра обновится, наступит век иного ада и всему виной безрассудная надежда.

Прозрачная птица пролетела над сжимавшей кулаки девушкой, над распростертой на траве богиней и над отвернувшимся от неё мужчиной.

Она к ним ещё вернется и снова будет сторонним наблюдателем.

Часть II. Глава 14. Долина Тупиков. 111й год Века Отчаяния

Дорога в Дом Знаний выдалась нелегкой. Повозка то и дело застревала на ухабах, завязала в размытой дождями грязи, теряла на камнях колеса. Они ехали лесами, уныло ронявшими листья, ползли вопреки ураганам по безжизненным долинам. Джийллиэн не мог припомнить, когда он в последний раз спал. Только ненадолго забывался тягостной дремой и снова смотрел в оконце. Утомленный прыжками и изнуряющим холодом, не мог дождаться, когда же они доберутся до нужно места и всё это закончится.

После нескольких недель мучительного путешествия, он разглядел в окутавшем округу тумане проступившие хребты скал. Азалена рассказывала, что горы так высоки, что на их вершинах спят облака, но Джийллиэн думал, что она преувеличивала. Теперь же сам в этом убедился, поражённый грозным видом каменных махин.

— Дальше придётся идти пешком, — сказал покровитель, когда повозка остановилась у слоистого подножья. — Дорогу туда знает лишь избранный круг людей. Избавители живут изолированно. Не выносят людского любопытства и держат свое пристанище в тайне.

Джийллиэн вылез из повозки, ежась от холода. Покровитель сдернул с сидений аск с вещами и сундук. Кивнув на неприметную тропинку, тянувшуюся вверх, вручил мешок.

— Нам туда. Давай вперед. Надумаешь падать, я тебя подхвачу.

Они долго взбирались вначале по тропинке, потом по мелким, прорубленным в камнях ступеням, пока от высоты не начала кружиться голова. Всё обволакивал туман. Джийллиэн поднимался почти вслепую и не сразу заметил словно высеченный из скалы серо-коричневый замок. Узкие окна были тёмными, округлые башни – бугристыми от сколов, а своды – полуразрушенными.

— Это снаружи замок выглядит неприветливым, — пытаясь отдышаться, заговорил покровитель и поставил на камень сундук. — Вот увидишь, внутри вполне уютно. Уверен, ты поладишь с живущими здесь ребятами, а может, и подружкой обзаведешься.

— Тут учатся и девчонки? — оглянулся на спутника Джийллиэн и снова поднял глаза на мрачные окна. — Я думал, что Избавителями могут быть только мужчины. Разве девчачье это занятие?

— Не все девочки рождены, чтобы вести хозяйство, дарить мужьям наследников и на досуге заниматься вышиванием. Некоторые спицам предпочитают кинжалы, а пяльцам – метательные кольца. Но в твоей группе всего пять девочек. Три из них учатся на Целителей и Наблюдателей. Так что, у тебя будет только две конкурентки.

Что такое конкурентки, Джийллиэн не знал. Покровитель нередко пользовался малознакомыми словами и тот его не всегда понимал. Предположил, что ничего хорошего ему ждать нечего, потому, нерешительно переступив порог замка, приготовился к худшему.

— А моя сестра будет учиться в таком же замке?

— Примерно в таком же, но тот не такой древний.

Их встретил прислужник, а потом и сам Хранитель – предок основателя Дома Знаний и главный наставник. То есть, самый знающий из всех Избавитель, оставивший свое ремесло, чтобы передавать бесценные умения ученикам.

Джийллиэн разглядывал его, не пытаясь скрыть восхищения. Старик лет шестидесяти, в вязаной накидке с рукавами, перевел на него суровый взгляд. Имея такой взгляд, можно не брать в руки оружия. Наверняка нечисть падала замертво, стоило Хранителю на неё взглянуть!

— Что ж, — недовольно сказал он, выслушав покровителя. — Мы позаботимся, чтобы из мальчика вышел хороший Избавитель.

Пожелав успехов в учебе, покровитель отужинал и отправился обратно в королевство, а Джийллиэн прошел за сопровождающим в приготовленную для него опочивальню. В маленькой комнате с узким оконцем стояли две лежанки. Их разделял квадратный столик, заваленный свитками и картами. В стенах темнели ниши, где хранились вещи.

Джийллиэн не знал, с кем ему придётся делить комнату. Опасался, что соседство будет не из приятных, но когда познакомился с жизнерадостным мальчиком-ровесником, немного успокоился.

— Виндер Таль, — представился чернявый, темноглазый сосед. — Ты новенький? Не бойся, тебе здесь понравится. Ребята у нас дружные. Никто не обидит. А если кто попробует, то я поставлю его на место. Видишь ли, я здесь на особом счету! Я же сын Ундера Таля.

— Главного Хранителя и хозяина этого замка? — не поверил Джийллиэн и покачал головой. — Ничего себе. Сколько же ему лет, что у него ещё такой… юный сын?

— Работа Избавителя быстро старит.

Они как-то сразу подружились. Первые дни Виндер сопровождал его, чтобы тот не заблудился в огромном, наполовину нежилом замке. Джийллиэн опоздал: его ровесники проучились уже полгода, потому ему предстояло потрудиться, чтобы догнать их. Это было нелегко, учитывая то, что он не владел грамотой. Первую неделю он только и делал, что сидел поленом и глазел по сторонам. Ученики что-то читали, царапали листы перьями, занимались подсчетом. Он же – разглядывал картинки с изображением чудовищ.

— Чего сидишь? — спросил как-то Виндер и кивнул на лист бумаги. — Пиши скорее, а то наставник дважды не повторяет. О-о!

Догадавшись, что сосед по комнате не умеет ни читать, ни писать, он в этот же вечер взялся ему помочь. Через две недели Джийллиэн медленно, но начал читать и выводить пером знаки. Конечно, за остальными не успевал, но уже не таким поленом сидел на уроках. Виндер на этом не успокоился и научил его считать до двадцати. Большего ученик не осилил, так как у него было всего двадцать пальцев, но и это стало неплохим подспорьем.

— У тебя рука, как лягушачья лапа! — иногда выходил из себя Виндер, до поздней ночи показывая как чертить ловушки. — Посмотри на мою заключенную в треугольник звезду, а теперь взгляни на свою! Один угол длинней, другой – короче! Третий округлый, четвертый – кривой! И вот это вовсе не треугольник! Это вообще бес знает что!

— Я раньше никогда не рисовал. Да и перо такое неудобное.

— Видел бы ты, какие ловушки чертит Озерин! — в мечтательной улыбке расплылся Виндер и закатил глаза. — Это просто загляденье!

— Кто такой Озерин?

— Озерин – девчонка, что сидит рядом с тобой на уроках! Вот у кого надо бы поучиться рисовать и строить ловушки. Она хорошая и не откажет, если попросишь помочь.

Джийллиэн несколько раз порывался обратиться к учившейся на Целителя девочке, но всё не решался с ней заговорить. Уж очень она отличалась от других учениц и одним своим видом вводила его в ступор. Во-первых, она носила чёрное одеяние до пят, повязывала голову шелковым лоскутом, завязанным на затылке, и чернила веки. Во-вторых, на белке её правого глаза алела странная звездочка.

Наверное, он опасался бы её и дальше, если бы однажды она сама не заговорила с ним, заметив его решительность. При такой пугающей внешности, она и впрямь была неплохой девочкой. Но всё-таки таилось в ней что-то странное, чего Джийллиэн понять не мог. Иногда она погружалась в свои мысли и ничего вокруг не замечала. Временами её взгляд становился пустым, а пальцы начинали трепетать, точно лапы перевернутого паука.

Но благодаря ей Джийллиэн научился строить ловушки. После занятий она заставляла его чертить вначале простые, а потом и сложные знаки, доходчиво объясняя значение каждого символа. Порой, вымотавшись на уроках, они забирались на лежанку и, болтая ногами, просто разговаривали, узнавая друг друга всё лучше.

— Наставники долго гадали, куда меня стоит определить, — говорила Озерин, разглядывая свой широкий браслет. — Во мне слились два начала – Наблюдателя и Целителя. Так как второе у меня развито сильнее, решили сделать из меня врачевателя.