Decoctum - Коваль Роксолана Эдуардовна - Страница 30

— Плохое мы выбрали время для поездки. Поговаривают, что на кладбищах снова видели ужасных Виализоний. А вдруг они нападут на нас среди ночи? Что мы тогда будем делать? Мне так страшно!

— Кладбище отсюда очень далеко.

— А если на нас набросится оборотень?

— Стражники поймают его и убьют!

— А если за него придут мстить другие оборотни? Тогда все стражники погибнут, мы останемся беспомощными и тоже умрём!

Але покачала головой. Что бы она ни говорила, Лауна во всем могла отыскать тёмную сторону и погоревать над мнимой бедой.

— Смотрите, — сказала Фиара, откинув шторку повозки.

Сёстры прильнули к оконцу. Справа от дороги простирались белоснежные луга, точно укрытые взбитыми облаками. Сотни людей с коробами на спинах бродили по узким тропинкам и собирали с раскрытых зонтиков растений чуть волглые комочки пуха.

— Этим пухом набивают подушки и одеяла, — пояснила младшенькой Фиара. — Утепляют зимнюю одежду, а из сделанной пряжи ткут гобелены и многое другое.

— А что делают с отходами? — поинтересовалась Але.

— Набивают ими пуфы, седельные подушки, стеганки стражников.

Посмотрев на необъятные луга, обеспечивавшие пухом всю округу, Але ещё больше уверилась в том, что ни на что не оставит эти земли. Возможно, однажды её дети замкнут в родовое кольцо все шесть королевств. Когда-то жившие особняком соседи станут одним целым и тогда им не будут страшны никакие чужеземные захватчики. И как Солира могла променять всё это на чужой горный замок? Напрасно они называли Лашира заморским принцем. Его земли лежали вовсе не за морем. Их окружали раскаленные пустыни.

— Как же ты будешь жить? — узнав об этом, обеспокоилась судьбой сестры Лауна. — Из какого окна не глянь – до самого горизонта красные пески да кривобокие колючки!

— Но ведь это красиво! — не давала сбить себя с толку Солира, в восторге прижимая руки к груди. — Только в пустынях можно увидеть миражи! К тому же, после моего объединения ваше королевство будет закупать стекло по самым низким ценам! Станут доступными и эликсиры из редких растений песочных долин!

— Ага, и с доставкой ядов больше проблем не будет, — проворчала Лауна и начала всхлипывать. — Сколько людей потравят друг друга!

Наконец, они подъехали к замку и выбрались из повозок. Сбежавшиеся слуги приветствовали хозяев и таскали сундуки в приготовленные комнаты. Отобедав и вымывшись после долгой дороги, все решили отдохнуть и отложить осмотр замка. Одна Солира бегала по залам и разглядывала наследованные вещи.

— Это портрет кузена нашего прадеда! — указывая на картины в галерее, узнавала она родственников, заставив Але составить ей компанию. — А вон тот мужчина с бородой – наш прапрадед. Как прекрасно знать, какую ступень занимаешь в своей родословной!

— Солира, я утомлена. Позволь мне пойти в свои покои.

— Неужели тебе не интересно? — Солира выглянула из окна. — Смотри, а там огромный лабиринт из живой ограды!

— Попросишь своего мужа сделать тебе такой же из колючек.

Солира не заметила колкость и потащила Але во двор. Чуть позже к ним присоединилась Лауна и с траурным видом плелась сзади. Осматривая красоты своего подарка, становилась всё мрачнее.

— Неужели тебе здесь не нравится? — спросила у неё Солира.

— Очень нравится! Но как представлю, что всего этого лишусь…

Прогулявшись по лабиринту, посидев у фонтана и пройдясь по гравийным дорожкам тенистого сада, они вернулись в замок.

— Смотрите, какое красивое ожерелье, — вытащив из шкатулки украшение, приложила его к груди Солира. — Мне идет?

— Немедленно положи на место! — велела Фиара, чем удивила обернувшихся на неё дочерей. — Никогда к нему не прикасайтесь. Эти каменья подарил вашей прапрабабушке таинственный поклонник. Не прошло и месяца, как её не стало и поговаривали, что виной тому это проклятое ожерелье. Когда ваша прапрабабушка умерла, эти камни кровоточили три дня и три ночи. Будто это они выпили из неё всю кровь. Королеву Илисиду похоронили в этом ожерелье, а спустя девять месяцев оно вновь неведомо как очутилось в шкатулке.

— Почему же его никто не уничтожил? — вовсю оплакивала прапрабабушку Лауна, побледнев от страха.

— Никто не решался притронуться к нему. Моя бабушка велела запереть его в сундуке, чтобы никого больше не постигло его проклятье. А я так думаю, что его нужно глубоко закопать.

— А если оно наложит проклятье на всю землю? Вдруг она перестанет плодоносить, а живущие на ней люди начнут умирать?

— Впервые разделяю твои опасения, Лауна, — вздохнула Фиара, боязливо бросив ожерелье в ларчик и вытерев руку о подол.

— А если эти камни, находясь в нашем замке, уже прокляли всех потомков нашей прапрабабушки? — повернулась к матери Але. — Посудите сами, королева Илисида умерла совсем молодой. Её дочь скончалась вскоре после замужества. Нашей бабушке было всего двадцать восемь, когда её не стало.

— Я боюсь за маму. А-а-а…

— Полно, девочки, полно! — похлопала в ладони Фиара и поправила на лбу Але диадему. — Вашу прабабушку отравили враги. Ваша бабушка всегда не отличалась здоровьем и её сгубила болезнь. Я же за свои тридцать лет никогда ни на что не жаловалась. Так что, вам не стоит опасаться за мою жизнь. Идёмте, пора ложиться спать.

В эту ночь не смогла заснуть даже беспечная Солира. Неустанно ругала себя за то, что открыла чёртов сундук. Возможно, примерила на себя вместе с ожерельем-кровопийцей и его проклятье. К счастью её весёлый нрав одержал верх. Когда через неделю они собрались вернуться в родной замок, она уже не вспоминала о случае с ожерельем. И снова повозки устало поползли под жаркими лучами солнца, погружая путешественников в уныние.

— Где вы взяли эту злосчастную вещицу? — застав Але за чтением книги, возмутилась на одном из привалов королева Йолия и протянула руку. — Немедленно отдайте! Не смейте больше забивать себе голову вредоносной ерундой! В вашем случае книги – затаенное зло! Зачем вам звездная карта неба?

— Должна же я знать наименование созвездий?

— Ваша звезда – принц Рифрон! Вот и извольте изучать её!

Королева собралась уйти, но напоследок развернулась и добавила:

— Я же о вашем благе пекусь, как вы этого не понимаете? Мужчины не жалуют умных и строптивых женщин. Чтобы не уязвлять самолюбие супруга, вам придётся научиться разделять его мнение и не оспаривать решения. Даже если вы с ними не согласны, даже если будете иметь свою точку зрения.

— Позвольте спросить, вы своему мужу тоже во всем уступали?

— Конечно!

— Тогда почему перед смертью он назвал вас плохой женой?

Але не ожидала, что за свою дерзость заработает оплеуху. Королева сжала отбитые пальцы, и её карие глаза наполнились слезами не то от ущемленного самолюбия, не то оттого что, сделала больно почти любимой внучке.

Але погладила щеку, вскинула голову и зашагала к повозке. Сев на сидение, отвернулась к оконцу и заставила себя успокоиться, чтобы никто не узнал о пережитом унижении.

— Уже через полтора года я стану песочной владычицей! — мечтательно глядя в небо, не могла дождаться объединения Солира. — Скорее бы это случилось!

— Неужели ты не будешь скучать по своей семье? — надула губки Лауна, уже два года прощаясь с сестрой. — Я вот заранее скучаю! Иногда даже плачу.

— Ты уверена, что за это время не разлюбишь жениха? — повернулась к сёстрам Але. — Влюбленность – чувство быстропроходящее, а в твоем случае и вовсе мимолетное.

Солира беспечно пожала плечами: у неё не было привычки просчитывать всё наперед. Але покосилась на Лауну и попросила её перебраться в повозку матери.

— Мне нужно поговорить с Солирой.

— А почему ты не можешь поговорить с ней при мне?

— Мы будем смеяться и испортим твое плохое настроение.

Лауна долго упрямилась, опасаясь, что от неё скрывают страшную тайну. Как же она умрёт от ужасной болезни да в неведении? Солира, заинтересовавшись, вытолкнула её из повозки и велела ехать. После подсела ближе и взяла Але за руку, с привычным азартом заглянув ей в лицо.