Битвы по средам - Шмидт Гэри - Страница 56

— Не надо предсказывать, — остановил я миссис Бейкер. — А откуда вы про будущее знаете?

Она перевела взгляд с клубничины на меня.

— Помнишь, как в конце пьесы стоит дон Педро? Совсем один.

Я кивнул.

— Помню. Клаудио теперь с Геро, у них всё хорошо. У Бенедикта есть Беатриче, и у них тоже всё хорошо. Все всех нашли, у всех всё зашибись. Только дон Педро один. Все уходят танцевать, а про него забывают. Забывают даже, что это ему предстоит завтра разбираться с предателем. И что у него нет пары.

— Верно, — подтвердила миссис Бейкер. — Возможно, завтра от всей его страны ничего не останется. И он не знает будущего — ни страны, ни своего собственного.

— Комедия — обхохочешься, — сказал я.

— Комедия не обязательно должна быть смешной, — возразила миссис Бейкер.

— Это вы уже говорили.

— У Шекспира комедия отличается от трагедии тем, что герои отваживаются выбирать. Они знают, что можно выбрать счастливый конец. Поэтому я знаю будущее.

— А если его не видно?

— Как раз для этого и нужна отвага. Иначе не увидишь.

— Значит, раз это комедия, у дона Педро тоже всё сложится хорошо? Вы так думаете?

— Я думаю, он стал человеком. Человеком, который сумел дать ближним мир и мудрость, потому что познал войну и заблуждения. Человеком, который способен на большую любовь, потому что познал потери. Человеком, который понял, что он любим. Это тоже важно. — Она снова перевела взгляд на клубничину. — Но ты вроде просил не предсказывать твоё будущее?

Музыка заиграла с новой силой. Общий танец. Данни повёл в круг миссис Биджио, а Мей-Тай глядела на них и хохотала, согнувшись в три погибели. Миссис Сидман встала рядом с Дугом Свитеком, который совсем не выглядел счастливым. Родители Данни и Мирил вышли в круг все вместе, миссис Ковальски и миссис Запфер хихикали, потому что им пришлось скинуть туфли на высоких каблуках и танцевать в одних чулках.

А ещё там была Мирил…

Смеясь, люди проталкивались на свободные места. Круг всё ширился. Пойду-ка и я, встану вместе со всеми.

— Лехаим! — сказал я миссис Бейкер.

Она улыбнулась — той, неучительской улыбкой — и ответила:

— Хризантема.

Спустя одиннадцать дней, в среду, лейтенант Бейкер вернулся домой.

В этот день президент Линдон Джонсон как раз объявил, что морская пехота оставляет военную базу Кхесань.

Я поехал в аэропорт. Мы все поехали: я, Данни, Мей-Тай, Мирил, Дуг. Да весь класс! Мы стояли прямо на лётном поле. И держали в руках коробки с клубникой.

И вот приземлился военный самолёт.

Вы, наверно, хотите знать, что сделала миссис Бейкер, когда лейтенант Бейкер вышел из самолёта? И что сделал лейтенант Бейкер, когда увидел её около трапа?

Все жабы, гады, чары Сикораксы! Если сами не можете сообразить, тогда… тогда… Вихрь юго-западный дохни на вас и волдырями обмечи вам кожу!

Скажу только, что это был счастливый конец.