Наследие Мерлина - Флуд Элоиза - Страница 25

Прю вошла на следующий сайт. Еще один текст. Сэр Чарльз Говард, граф Ноттингемский, возглавил английский флот, посланный против Непобедимой Армады. Она кликнула его имя.

Может быть, это и есть потомок Ниалла? Нет, не похоже. Ноттингем находится очень далеко на восток отсюда, в самом центре страны, а семейство Говардов проживало там много веков.

Третий сайт оказался онлайновой галереей картин, посвященных разгрому Непобедимой Армады.

— «Здесь представлены портреты всех ключевых фигур той битвы», — прочла Прюденс вслух.

— Чистое безумие, — пробурчала Фиби.

— И все же взглянем. — Прю кликнула портрет сэра Чарльза Говарда.

На экране появился щуплый человек с бесцветными глазами и жидкими соломенными волосами, сидящий в резном кресле с высокой спинкой. Под коричневым плащом виднелся синий бархатный камзол. На голове у него была шляпа Елизаветинской эпохи, напоминавшая Фиби бархатную подушку. Портрет оказался семейным. По левую руку от сэра Чарльза сидела его жена Мэри, темноволосая женщина, державшая на руках ребенка. У ног родителей сидели еще трое детей и два великолепных пса. Прю уже собиралась перейти к следующему сайту, как вдруг Фиби вскрикнула.

Обернувшись, Прюденс увидела, что та стоит с расширившимися от изумления глазами, зажав рот ладонью.

— О Боже, — прошептала она. — Ниалл, посмотри-ка хорошенько на его жену. До чего же она похожа на тебя!

Все уставились на леди Мэри. Прю всмотрелась в ее серовато-синие глаза, вьющиеся волосы, высокий лоб…

— Ты права, — произнесла она наконец. — Значит, мы нашли потомка Ниалла. Только это не он, а она.

— И к тому же ведьма, — добавила Пайпер. — Посмотри на нее. Что-то такое есть в ее глазах. Видно, что она хранит какую-то тайну.

— Теперь мы знаем, почему погибла Непобедимая Армада, — сказала Прюденс. По рукам у нее побежали мурашки.

— Постойте-ка, — произнесла Фиби. — Разве вы не видите, насколько шаткая ваша гипотеза?

Скорее такое могла придумать я, чем вы! Если даже эта Мэри Говард — правнучка Ниалла, разве можно утверждать, что она потопила Непобедимую Армаду с помощью магии? Это же просто нелепо! Тут нет никаких доказательств!

У Прю сердце сжалось от жалости, но она не успела ничего сказать — ее опередил Ниалл.

— Фиби, — произнес он мягко, положив руки ей на плечи и глядя в глаза. — Мы оба знаем, что это правда. Какой бы горькой она ни была. С тех пор как ты придумала для меня способ остаться здесь, я жил как будто в волшебном сне, но тихий внутренний голос шептал мне, что это не больше чем сон. Он не может длиться вечно. Нельзя с помощью магии изменять естественный ход вещей. Именно это пытались сделать Дайана и ее приспешники. Даже если у нас другая цель, результат окажется точно таким же.

На глазах у Фиби заблестели слезы.

— Но я даже подумать не могу о том, что ты вернешься к себе и женишься на другой. Я не хочу тебя терять.

— И мне тоже не хочется тебя терять, — ответил он. — Я никого не буду любить так, как тебя.

Прюденс посмотрела на свои часы. До полуночи оставалось всего семь минут. Она откашлялась, взяла Пайпер за руку и прошептала:

— Оставим их наедине.

Пайпер кивнула, и обе тихонько вышли из комнаты.

Они остановились в гостиной. Пайпер поглядела на Дайану, по-прежнему спавшую на кушетке, и спросила:

— А с ней что будем делать?

— Ничего, — пожала плечами Прюденс. — После того как камни потеряли силу, от нее не будет никакого вреда. Ниалл утверждает, что она черпала силу от них.

— Думаю, теперь она не будет казаться смотрителю дома столь таинственной, — добавила Пайпер.

Щелкнула дверная ручка. Фиби вышла в гостиную. Одна. Прю посмотрела на нее внимательно.

Младшая сестра была бледной, на щеках остались дорожки от слез. Но она уже казалась спокойной.

— Он ушел, — сказала Фиби тихо. — Прочитал заклинание Мерлина, и оно подействовало.

Бум! Где-то в глубине квартиры часы пробили полночь. Прю подошла к Фиби и положила руку ей на плечо.

— Мы знаем, как тебе больно, — сказала она. — Но нужно это пережить.

— Мы тебе поможем, — добавила Пайпер и положила руку на другое плечо.

— Спасибо, — ответила Фиби. — Знаете, я подумала… Если у Ниалла было столько дочерей, то сегодня по свету ходят десятки его потомков. Или даже сотни. Может быть, среди них есть мужчины? Точнее, единственный мужчина?

Прю расхохоталась. Это была не лучшая шутка Фиби, но все-таки хороший признак.

— Узнаю нашу Фиби, — сказала она. — Идемте. Ночь еще не закончилась.

— Постойте-ка. А куда подевался мой паспорт? Мне казалось, что я оставила его в комнате, — сказала Фиби, роясь в своей сумочке. — А, вот он.

Вытащив паспорт, она увидела, что он покрыт фиолетовым порошком, высыпавшимся из раскрытой коробочки с ладаном.

— Интересно, как это так получилось? Пайпер улыбнулась. В течение последних двух дней, прошедших после возвращения Ниалла в свое время, Фиби была молчаливой. Но теперь, кажется, начала оживать.

Прю, стоявшая у стойки регистрации, повернулась и сказала:

— Все. Отмечаемся и уходим. Вы готовы? Пайпер хотела было кивнуть в ответ, но тут раздался слишком знакомый голос:

— Пайпер! Дорогая!

Через весь вестибюль к ней спешил сэр Эндрю.

— Пайпер, куда ты собралась? — спросил он. — Почему не отвечала на мои записки? Ты получила их? А цветы? Дорогая, разве тебе не ясно, что я не могу без тебя?

— Глазам своим не верю, — произнесла Прюденс. — Сестричка, я думала, ты уже решила свою маленькую проблему.

— Решила, — ответила Пайпер и, открыв свою сумку, достала оттуда целлофановый пакет. Как только она его распахнула, помещение наполнилось сильным запахом чеснока.

— Ой, спасите! — воскликнула Фиби. — Надеюсь, мне не придется в самолете сидеть рядом с тобой. Что это такое?

— Отворотное средство, — ответила Пайпер. Потом засунула руку в пакет и вытащила оттуда целый букет растений, ужасных на вид и с жутким запахом. Собирать их пришлось полдня.

Как только сэр Эндрю приблизился, она улыбнулась ему и выставила перед собой этот веник:

— Сэр Эндрю, как я рада вас видеть!

— Пайпер, я… — Он неожиданно замолчал, потом произнес: — Боже мой, что за жуткий запах?

— А, вы о моих цветах? — Пайпер сунула букет прямо ему в лицо. — Правда, они необыкновенные?

Сэр Эндрю отступил на шаг и закашлялся. Пайпер снова приблизилась к нему, скрестив пальцы. Настала пора проверки.

— Простите, что не отвечала на ваши приглашения, — сказала она. — Просто я слишком… растерялась. Ведь я же простая американская девчонка, а вы…

Она запнулась. Какой же титул у сэра Эндрю? Граф? Барон? Кто его знает…

— В общем, — продолжала Пайпер, — если вы готовы продолжать наш роман, то я не откажусь.

Я бы хотела поужинать с вами сегодня.

Она кокетливо стрельнула глазками. И заметила, как удивленное выражение на лице сэра Эндрю сменилось тревожным.

— Да, но… — Его щеки покраснели. — Я зашел, чтобы сказать… Мне придется уехать отсюда… по семейным обстоятельствам. Уже сегодня вечером. — Он откашлялся. — Желаю вам счастливого пути.

— Ох… — Пайпер опустила взгляд, делая вид, что расстроилась. На самом же деле она не могла посмотреть в глаза сестрам. Иначе бы они все расхохотались. В общем, средство подействовало. — Понятно, — произнесла Пайпер плаксивым голосом. — Возьму на заметку. Все вы, мужчины, такие.

Она подумала, что, может быть, перегнула палку.

— Да. Ну… До свидания. Надеюсь, вам понравилось у нас? — Сэр Эндрю развернулся и поспешил прочь.

— Он ушел? — спросила Пайпер через секунду, все еще боясь поднять глаза.

— Ушел, — ответила Фиби. — Здорово, Пайпер. Очень здорово.

— Спасибо, — ответила та, ухмыльнувшись. Затем подошла к ближайшей урне и выбросила пахучий сноп. — Не знаю, сколько бы я еще смогла вынести этот запах.

Прюденс покачала головой и засмеялась:

— Знаете, нам приходится переживать такие приключения, что когда-нибудь о них нужно будет написать книгу. Под псевдонимами, конечно.