Третья сила (СИ) - Лисина Александра - Страница 78

Потом он сел, поморщившись от набухающей на лбу шишки, торопливо себя оглядел и, негодующе погрозив кулаком, возмутился снова:

- А где одежда?! И доспехи?! В прошлый раз мы вернулись такими же, какими себя помнили! Или ты хочешь, чтобы я до города нагишом бежал?! Через всю Степь?! Или невиронцев пугал своей голой задницей, надеясь, что они от этого впадут в неоправданный восторг?!

Ишта равнодушно отвернулась.

- Заткнись, Бер, - вполголоса посоветовал брату Ас, машинально ощупывая свое новое тело. - Ей сейчас не до нас. Ван, ты живой?

- Как ни странно, да, - задумчиво отозвался Сапфир, внимательно изучая свои голые коленки. - Даже шрамы все на месте, чего я вообще не ожидал. Гор?

- Я тут, - странным голосом сообщил Адамант, заставив братьев дружно обернуться. - Причем, ТОЛЬКО я, если вы понимаете, что я имею в виду.

- Чего?! - озадачился Бер, принявшись рыскать по Степи в поисках призрачного побратима. - А где твой... Айд меня задери! Что она делает?!

Бывшие Тени дружно посмотрели в указанную Изумрудом сторону и непонимающе нахмурились, увидев, как Гайдэ, низко наклонившись, с теплой улыбкой протягивает руку застывшему в полнейшей растерянности полу-демону. После чего аккуратно проводит кончиками пальцев по его груди и неслышно шепчет:

- Кажется, пора восстановить справедливость. Столько времени прошло, а ты до сих пор без имени... мне кажется, это неправильно, брат. И, как мне кажется, сейчас ты гораздо более живой, чем некоторые. Поэтому я возвращаю тебе право на жизнь. Но, в то же время, не отнимаю и права на смерть. Выбор за тобой. Единственное, что мне хотелось бы сделать, это дать тебе настоящее имя... не возражаешь?

Призрак бестрепетно выдержал ее взгляд и покачал головой.

- Ас у нас уже есть...- с новой улыбкой обронила она. - Бер... Ван... Гор... дальше по алфавиту идет замечательная буква "Д", поэтому я назову тебя... "Дем". Это - ровно половина от слова "демон", которым ты в действительности являешься. Согласен?

Он судорожно кивнул и вдруг порывисто схватил неестественно большую руку, стараясь то ли задержать, то ли, наоборот, оттолкнуть. При этом лицо его странно исказилось, подернулось плотной дымкой, а затем приобрело совсем новые черты, которых он никогда и никому не показывал.

- Гайдэ... подожди... пожалуйста, останься! Я знаю, что спрашивать об этом нелепо, но... что с тобой будет? Куда ты пойдешь? Кем станешь?!

- Еще не знаю, но мне уже пора, - осторожно отстранившись, Ишта выпрямилась. - Наше с Лином время действительно истекло. Со Жрецом мы разобрались. Я вернула вам то, что обещала. Союз больше не нуждается ни во мне, ни в моих способностях. Мои Хранители вернулись к себе. Звери и птицы тоже покидают Степь... я чувствую... вижу... точно так же, как вижу готовящиеся порталы, которые сюда скоро откроют валлионцы. Они не должны понять, что произошло. И Церковь не должна пострадать из-за того, что ее глава оказался не самым благопристойным прихожанином.

- Гайдэ, а как же Фаэс? - внезапно спросил Бер, в какой-то отчаянной надежде уставившись на ее лицо.

Ишта всмотрелась куда-то вдаль, за пределы видимости. Куда-то в сторону от потухшей воронки, за пределами которой осталось трое смертных, один эар и... еще один человек, который рискнул сегодня всем ради того, чтобы спасти свой мир и тех, в кого верил. Человек, взглянув на которого через темноту, она несильно вздрогнула. После чего быстро отвернулась и, сжав левую руку в кулак, слишком уж поспешно ответила:

- Он в порядке. Его раны закрылись, а все остальное... вскоре вернется. Так что я ему больше ничего не должна. Прощайте, мои хорошие. Живите долго и мирно. Надеюсь, это не последний раз, когда я могу сказать, как сильно я вас люблю.

- Но, Гайдэ...

Однако она не стала слушать - в этот момент ее тело странно поблекло, резко уменьшилось в размерах. Исходящее от кожи сияние безвозвратно угасло. Светлые волосы снова потемнели, как будто их до сих пор покрывала поднявшаяся во время падения пыль. Потом что-то сверкнуло, заставив людей... да, теперь уже - обычных людей... крепко зажмуриться. А когда они открыли глаза, то увидели абсолютно незнакомого, смертельно уставшего, некрасиво сгорбившегося айри с совершенно невообразимыми черно-белыми крыльями, одно из которых выглядело на первый взгляд нормальным, белым, как и положено посланнику небес, а второе было словно бы снято с высшего демона - черное, кожистое, топорщащееся острыми когтями на кромках.

Фантомы сперва растерялись, поняв, что он сидит на коленях, баюкая на руках невесомую женскую фигурку. После чего увидели его некогда прекрасное, а теперь искаженное от боли лицо, поняли, что фигурка остается совершенно неподвижной, и окаменели от страшноватой догадки.

- Лин?!

- Вашу маму... что с Гайдэ?! - тревожно дернулся Бер, готовый мчаться туда по первому слову. - Ас! Что произошло с ними обоими?! Он ведь должен был ее спасти! Разве нет?!

- Не знаю, - прошептал Ас, прикоснувшись к своему Амулету. - Я ее совсем не чувствую.

- Хочешь сказать...?!

Алый угрюмо промолчал и вместо ответа побежал. Уже чувствуя, что случилось что-то нехорошее, видя перекошенное лицо Лина, на щеках которого блестели две влажные дорожки, слыша собственное, ставшее поразительно чутким сердце, и очень боясь опоздать. Ведь если все в порядке, то почему Гайдэ не приходит в себя? Почему Лин так горестно раскачивается, прижимая ее к себе, как пустой сосуд, в которой не осталось ничего ценного? Почему он выглядит так страшно, наконец? И почему... почему же у него ничего не получилось, если они все видели, что всего мгновение назад ОНА была еще жива?!

- Я ненавижу тебя, Аллар! - внезапно крикнул бывший айри, подняв к небесам полные боли глаза. Да так громко и яростно, что под Фантомами отчетливо содрогнулась земля. - За твое равнодушие! Молчание! И вечные тайны, в которых нет никакого смысла! И я ненавижу тебя, Айд! За отвратительную легкость, с которой Ты используешь нас, превращая в свои послушные куклы! Я отказываюсь от вашего покровительства, Боги! И выбираю новый путь! Вы слышите?! Тот, которого ни один из вас для меня не предусматривал! И на котором никто из вас не в силах меня остановить!

Отдышавшись, Лин бережно прижал к груди свою драгоценную ношу. Всмотревшись в бледное лицо хозяйки, на котором больше не было маски, осторожно пригладил ее растрепавшиеся волосы. К чему-то прислушался. Снова посуровел. Затем тяжело поднялся, не обратив внимания на кинувшихся в его сторону людей. Резко взмахнул своими странными крыльями, в мгновение ока поднялся в воздух, после чего разогнался до поистине сумасшедшей скорости и яростно горящей свечой пробил низко висящие тучи.

Почти сразу наверху послышался недовольный гром. Что-то неприятно сверкнуло, приглушенно грохнуло. Кто-то огромный предупреждающе заворчал, словно услышал слова святотатца и недвусмысленно пригрозил серьезным наказанием. А потом на ошеломленно притихшую Степь просыпался целый дождь из золотистых пылинок, и все окончательно стихло. Оставив после себя едва уловимый запах свежести, смутное ощущение чего-то неправильного, смешанное с необъяснимым чувством, что это еще не конец.

Глава 21

Эта ночь ничем не предвещала беды. Все шло абсолютно так же, как и всегда: старый трактирщик Ир, выпроводив последних посетителей, запер входную дверь, прикрыл деревянные ставни, чтобы не летела мошкара. Протер напоследок столы и, вознеся вечернюю молитву Владыке Айду, с чистой совестью отправился спать.

А посреди ночи его внезапно разбудили. Сперва - непонятная тревога, стальным обручем сдавившая грудь. Затем странно сжалась и обессиленно повисла "метка" на левом предплечье, про которую он давно забыл, когда в последний раз чувствовал. Наконец, какая-то крупная нежить тоскливо завыла буквально под окном, а после этого над далекими горами появилось какое-то неприятное зарево, которое, пробившись сквозь плотные занавески, заставило его открыть глаза и беспокойно подпрыгнуть на постели.