Сердце Абзалета - Макганн Ойзин - Страница 42

— Бесполезно, — сказал бригадир. — Единственное, что мы сможем, если останемся здесь, — это смотреть на дыру и мечтать чудесным образом выбраться наружу. Нужно искать другой выход. Мне известны подобные ситуации: когда, цепляясь за призрачную надежду, люди обрекали себя на верную гибель. То же самое с этой дырой. Здесь нельзя оставаться. Нельзя поддаваться гипнозу. Нужно идти дальше!..

Далджин был на грани нервного срыва. Его умоляющий взгляд бегал по лицам товарищей. Но все согласились с бригадиром. Бросая прощальный взгляд на сноп дневного света, они один за другим поворачивались и уходили прочь. Далджин ушел самым последним. Он долго смотрел, словно завороженный, на кусочек синего неба, не в силах оторваться от отверстия. Однако, услышав, что шаги товарищей, скрывшихся в темноте, отдаляются все больше и больше, вскочил и побежал догонять остальных.

Калайялл Гарс с тревогой поглядывал по сторонам. В таверне разгорелся жаркий спор, грозивший вот-вот закончиться потасовкой. Поспорили два рэнсника, каждый из которых выдвигал собственную версию истории тьюдеров-алхимиков, населявших некогда окрестности горы Абзалет.

— Говорю тебе, дурья башка, — кричал первый, отирая со лба пот и энергично тряся лысой, с редкими волосиками головой, — не кто иной, как Огарт, первый укротил черную пыль! Он спустился с гор в долину и втоптал черную пыль в землю своими огромными сапожищами!.. Тут и спорить не о чем. Эту историю передают в нашей семье от отца к сыну вот уже несколько веков.

— А я говорю, что это сделали тьюдеры, — не соглашался другой рэнсник, изумляясь невежеству и тупости собеседника. У этого не было одного уха, на месте которого белел давний шрам с воткнутой в него серьгой. Другое его ухо покраснело, словно кусок раскаленного железа. — Тьюдеры укротили черную пыль при помощи своей алхимии. Только благодаря ей они смогли пробурить туннели и шахты. А как же иначе? Только такой болван, как ты, этого не знает.

— Да это все враки! — продолжал кричать первый.

— Никакие не враки, а чистейшая правда!

— Может, тогда выйдем, поспорим на улице?

— Зачем выходить? Пусть все полюбуются, какую тебе зададут взбучку!

— Ха-ха-ха! Кто это мне задаст взбучку, уж не ты ли, приятель?

— Именно я. Отшлепаю тебя, как это делал твой папаша…

Пробормотав какие-то извинения, чародей поспешно ретировался из таверны. Выбегая на улицу, он услышал за спиной грохот отодвигаемых стульев. Очевидно, компания разделилась на две непримиримые партии. Сам того не ожидая, он посеял между рэнсниками кровную вражду. Впрочем, это его мало беспокоило. Все его мысли были целиком поглощены тем, что он только что услышал.

Черная пыль. От воспоминания о ней пробирала жуть. Когда-то ему довелось увидеть черную пыль в одной проклятой богом долине. Жители окрестных деревень специально пригласили его, надеясь, что своим колдовством он сумеет ее нейтрализовать. Один из его учеников, которому было поручено провести провода от генератора, неосмотрительно приблизился к черной пыли, и она затянула его, разорвала на кусочки и в конце концов перемолола, перетерла в прах. Надо ли говорить, что против черной пыли не помогли ни заклинания, ни генератор. Все дело в том, что, в отличие от гор, лесов, рек и лугов, черная пыль не обладала жизненной силой, которую можно было бы выкачать, и не заключала в себе особых духов, которых можно было бы уничтожить.

Судя по всему, Лирап-Луддич полагал, что омертвелая земля вокруг горы Абзалет скрывает в себе огромные залежи черной пыли и что только мощный дух горы держит ее в повиновении. Теперь, когда дух горы уничтожен заклинаниями, черная пыль должна вырваться наружу.

Между тем никто в здешних краях не встречал черной пыли. Не исключено, что вождь решил задержать у себя заклинателя с помощниками до тех пор, пока еще они могли оказаться ему чем-нибудь полезны. Кто знает, может быть, он вообще их не отпустит… Конечно, большинство историй о черной пыли — не что иное, как легенды и мифы. Как и рассказы об Огарте и древних тьюдерах-алхимиках.

С другой стороны, в каждой легенде или мифе всегда можно отыскать крупицу правды. Рэнсники издавна почитали древние сказания и свято верили в них. Более того, использовали их в своей практической жизни… Что-что, а это Калайялл Гарс хорошо понимал.

Землетрясения начались с тех пор, как он наведался на Абзалет. Можно было лишь догадываться о том, что происходило в окрестностях горы, но то, что колебания земной тверди только начало, — в этом он не сомневался.

Вот уже много раз ему приходилось наблюдать, как умирают реки, как деревья в лесах поражают болезни, как животные перестают плодиться. Зловещий дух мщения витал над этими местами. Если Лирап-Луддич решил задержать их до тех пор, пока не появится черная пыль и не обезопасит границы его владений, то ждать придется очень долго.

Гораздо хуже, если вождь в конце концов догадается, что землетрясения — лишь первое звено в цепочке несчастий, которые заклинатель из Браскии с учениками накликали на его народ. Тогда их всех ожидает долгая и мучительная смерть. С них заживо сдерут кожу, вывесив ее рядом с другими охотничьими трофеями вождя рэнсников… Словом, пока не поздно, нужно было уносить ноги.

Калайялл Гарс хмуро брел по грязной улочке. Навстречу ему вышла одна из его учениц по имени Джена. Это была грациозная белокурая девушка с наивными доверчивыми глазами. На этот раз в ее взгляде сквозила тревога.

— Ваше преподобие, Луддич вернулся. Кажется, он ужасно зол. Он созвал совет и требует вас.

— Прекрасно, Джена. Я как раз собирался поговорить с вождем и его приближенными. Нужно кое-что обсудить.

— Надеюсь, все в порядке, ваше преподобие? Нам ничто не угрожает?

— О нет, дитя мое! Никто не причинит нам вреда, пока мы находимся под покровительством Господа нашего Браска. Нужно только молиться и крепить веру! В его любви — наша надежда и убежище!

— Да, ваше преподобие. Слава Господу!

— Бог милостив, дитя мое, — кивнул чародей и поспешил к дому вождя.

В его голове уже созрел кое-какой план. Это был последний шанс. Если вождь питает такое доверие к мифам и легендам, почему бы не сыграть на его суеверности?

На этот раз совет проходил не в главном зале. Чародея пригласили в верхние покои, заставленные мумиями. Сам Лирап-Луддич в окружении свиты помещался на троне напротив очага. Это называлось «посоветоваться с предками».

С ужасом и отвращением взирая на засушенных предшественников монарха, Калайялл Гарс занял указанное ему место.

— Спасибо, что почтили нас вашим присутствием, ваше преподобие, — промолвил вождь с едва заметной насмешкой в голосе. — Рад, что решили еще немного у нас погостить…

— Что вы, ваше величество, — почтительно ответил чародей, — для меня великая честь лицезреть вас! Тем более что я еще не закончил свою работу.

— Очень хорошо, что вы сами это понимаете, — кивнул вождь, раскуривая костяную трубку. — Должен признаться, мы возлагали на вас большие надежды.

— Насколько мне известно, ваше величество, вы ждали, что мои заклинания помогут освобождению из-под земли черной пыли, которая надежно защитит ваши владения от остального мира?

Вытащив изо рта трубку, Лирап-Луддич подался вперед:

— А вы хорошо осведомлены, ваше преподобие!

— Чего только не пришлось повидать в жизни, — смиренно вздохнул чародей. — Сначала норанцы, а теперь вы, ваше величество, — продолжал он, — уговорили меня провести ритуал изгнания злых духов, а теперь не знаете, как справиться с последствиями. Напрасно вы скрывали от меня всю правду. Нужно было предупредить, что в горе Абзалет обитают не мелкие бесы, а могущественный дух. Я еще могу понять норанцев: они просто не знали, с чем имеют дело. Что же касается мьюнан, то эти двуличные бестии всегда предпочитали держать язык за зубами. Очень печально, что ваше величество не посвятили меня в историю, связанную с легендой об Огарте и могущественном духе, который вырвался на свободу и угрожает вашему народу.